Моя Европа
Шрифт:
Во время обеда я разговорился с настоящим коммунистом, молодым мужчиной, который три года провёл в нацистском концентрационном лагере. Я спросил его, как к нему там относились. Вместо ответа он показал свои зубы. Они все оказались вставными, большинство коронок были сделаны из золота. Джентльмены из Гестапо повыбивали ему все зубы.
После обеда нас рассадили по машинам и повезли на митинг. Солнце уже сияло вовсю, и, въехав в маленькую деревушку Мних, мы уже издалека увидели собравшихся на манифестацию людей. Место поражало своей помпезностью. Памятник, который предстояло открыть, был обернут чёрной материей и располагался на небольшом холме. На огромной поляне, заросшей травой, собралось более 20 тысяч человек: крестьяне в национальных костюмах, ветераны Первой Мировой войны, солдаты, офицеры и военные оркестры, дипломатические представительства
Справа от памятника установили длинную скамью для вдов и матерей погибших. С левой стороны располагалась деревянная трибуна для выступлений. С земляного возвышения, где установили памятник, открывался потрясающий вид на поля и волнистые холмы, поросшие лесом. Вдали голубой грядой поднимались горы.
Мы заняли отведённые нам места во втором ряду, позади словацких послов. Ян заметно нервничал, ему не сиделось на месте, и он постоянно просил у меня закурить. Его выступление планировалось ближе к концу митинга, поэтому у меня оказалось достаточно времени, чтобы увидеть и услышать различных коммунистических докладчиков.
Заметной фигурой был Рудольф Сланский, – Генеральный Секретарь Чехословацкой Коммунистической партии.
(Чешский криптоеврей. Настоящая фамилия Зальцман. http://www.pseudology.org/Veizman/Slansky_Rudolph.htmГенсек компартии Чехословакии, ориентировавшийся на СШАнглию. Растрелян в 1952 году. http://en.wikipedia.org/wiki/Rudolf_Sl%C3%A1nsk%C3%BD– Компартия Чехословакии под руководством Сланского (настоящая фамилия Зальцман http://www.pseudology.org/Veizman/Slansky_Rudolph.htm) вооружала только что появишееся на карте сионистское фашисткое государство Израиль советским стрелковым оружием и танками. Следы этого вооружения до сих пор видны в находящихся на вооружении Израиля автоматов "Галил" http://world.guns.ru/assault/as23-r.htm– модифицированный Калашников, и "Узи" - модифицированный чехословацкий автомат CZ23 http://www.waronline.org/IDF/Articles/uzi.htm. Зальцман-Сланский настолько рьяно вооружал Израиль, что в дело вмешался Сталин. Сланский и кагал были расстреляны, но Сталину саму это стоило жизни. Пресловутое "дело врачей", которое обычно выставляется как причина развязки для Сталина - это мелочь. Сталин был физически устранён в результате расстрела Сланского и его сионисткой компартии из-за продолжающегося ими вооружения Израиля советским оружием и не без помощи тайных советских сионистов в Политбюро и ЦК КПСС; а также в результате безуспешно ведшейся американской коалицией войны в Корее. Расстрел Сланского, и продолжающееся сопротивление США в Корее обрекли Сталина на неминуемую смерть, но тайная причина за всем этим - сопротивление нарождающемуся Израилю. Прим. ред.).
Теперь, как и Клементис, выгнанный, снятый со всех постов, объявленный предателем и, конечно, западным шпионом, он либо находится в тюрьме, либо его уже нет в живых. В тот день нас представили друг другу за несколько минут до его выступления. Осанистый, с вьющимися светлыми волосами и горящими глазами, с взглядом аскета-фанатика, он поразил меня как человек, чьи помыслы и убеждения были непоколебимы. Я нисколько не сомневаюсь, что все обвинения против него – сфабрикованная ложь. В то время, однако, Сланский являлся серьёзным конкурентом Готвальду, а при коммунистической диктатуре не может быть двух «главных начальников».
Поднявшись на трибуну, Сланский застыл как изваяние и зычным голосом поприветствовал огромную аудиторию. При первом упоминании в его речи Югославии, послышались бурные аплодисменты, и часть собравшихся начала скандировать: «Тито! Тито! Тито!». Точно так же фашисты маршировали, печатая шаг под непрекращающиеся возгласы: «Дуче! Дуче!». Водоворот коммунистических кумиров нёсся с необычайной скоростью. (И все они были опять же криптоевреями. Это была соревнование различных общественных социальных формаций для управления криптоалиенов гоями. Прим. ред.) Когда в Югославия к власти пришли коммунисты, и Тито мгновенно стал любимцем коммунистических богов. Чисто внешне только в Чехословакии ещё сохранилась демократия.
Речь Сланского выслушали в основном в полной тишине. Громкие аплодисменты достались ему в самом конце, когда он по традиции воскликнул: «Да здравствует Президент Бенеш!». Подобно другим
Это дало преимущество Яну Масрику, который, войдя на трибуну, сразу успокоился и обрёл уверенность. Он начал медленно. Сказал, что он – министр без партии. Конечно, некоторые могли бы возразить, что он – выше партии. Он заверил всех, что находился значительно ниже партии. На этих словах люди засмеялись, и послышались аплодисменты. Затем смех перешёл в слёзы, когда Ян заговорил о двух тысячах патриотах Южной Богемии, отдавших жизни за свою страну. Он говорил простыми словами, и эти слова шли от самого сердца.
На скамье вдов и матерей две пожилые женщины непрерывно тихо плакали. Молодые крестьянские девушки в ярких национальных костюмах разноцветным кольцом окружили трибуну. Я засмотрелся на одну красивую девушку, которая не отрывала восхищённых глаз от Яна. На её лице светилась вера.
Затем Ян Масарик заговорил о проявлении славянского единства. (Еврей http://www.time.com/time/covers/0,16641,19440327,00.htmlговорит о славянском единстве - какая прелесть! http://en.wikipedia.org/wiki/Jan_MasarykПрим пер.) Он дал этому явлению высокую оценку. Каждый раз, когда вспыхивали войны, славянским народом приходилось дорого за них расплачиваться. Это не должно больше повториться. Ян пояснил, что такое славянское братство: оно предназначено для добра, а не для зла. Основополагающим камнем этого братства является любовь. В нём нет места ни воинственности, ни ненависти. (К избранному племени. Прим. ред.) Затем Ян процитировал главу из Библии Шамала (S'amal's Bible) о сострадании и смирении. Он рассуждал о братстве между людьми и целыми народами и привёл сюжет из Библии, когда один человек принёс в жертву свою жизнь во имя жизни других людей. Эмоционально закончив свою речь призывом: «К работе!», Ян опустился на своё место.
Под конец митинга собравшиеся запели гуситский гимн «Кто же вы, божьи воины?» и таким плотным кольцом окружили Яна, что Марсии Девенпорт и мне пришлось с большим трудом следовать за ним до машины. Ян имел полный успех. Только его одного выбегали приветствовать (гойские) крестьяне каждой деревушки на всей дороге от Мниха до Табора. И он улыбался им и перебрасывался со всеми шутками.
Во время длительного переезда от Табора до Праги Ян совсем переменился. Его бывшая усталость полностью улетучилась, и всю дорогу он веселили нас анекдотами, личными воспоминаниями и весьма неприличными историями. (Криптоеврейский артист выступил перед гоями и мог теперь расслабиться. Прим. ред.) Если бы я не знал его много лет, то ни за что бы ни поверил, что это тот же самый человек, который нервно теребил сигарету перед своим выступлением. Когда мы подъехали к Черниному Дворцу, Ян устал. В завершении этого напряжённого выходного дня я отправился в театр.
5.
Длинная рука Москвы.
Я покинул Прагу с грустным предчувствием, что больше никогда её не увижу. Это ощущение поселилось во мне совершенно бессознательно. Я и предполагать не мог, что очень скоро произойдут страшные события. Наоборот, располагая временем по дороге в Англию, я набросал путевые заметки, где оказалось мало места для пессимизма. Я встретился с большим количеством людей разных слоёв населения, в одинаковой мере люди надеялись на лучшее и опасались будущего, но в одном все противники коммунистов соглашались: ситуация в стране заметно улучшалась.
Буржуазия не испытывала страха. Буржуазные газеты не подвергались цензуре и свободно ругали коммунистов. В народе гуляли антикоммунистические шутки. Много было разговоров о мадам Готвальд, жене Премьер-министра, которая не могла унять свою страсть к шикарным нарядам, изысканным блюдам и хорошему вину. Во время моего визита она «отличилась» дважды. В первом случае, посетив картинную галерею, где её сопровождал и давал пояснения молодой чешский художник, мадам Готвальд посчитала его автором всех полотен. Вернувшись домой, она заявила друзьям: «Сегодня я познакомилась с милым молодым художником по фамилии Рембрандт!». Вторая история связана с её вечеринками, где коньяк подавали в огромных бокалах. В тот раз были приглашены высокопоставленные гости, и мадам Готвальд была вынуждена шёпотом остановить дворецкого, уже приготовившегося наполнить её бокал коньяком: «Сегодня не наливай до краёв. У нас иностранные дипломаты!».