Моя воля сильна...
Шрифт:
Для поединка Хранителей Солнца была построена специальная боксерская арена с мощными лампами наверху. Вроде как олицетворение атрибута. Тсунаеши призадумалась, как бы на подобной арене сражались Реборн, привыкший к пистолету, и Шоичи. С Гусеницей они провели эксперимент по выявлению пламени Посмертной воли. Никто не верил, проводили испытание скорей от скуки. Каково же было удивление всех присутствующих, когда у Ирие нашлась предрасположенность к солнечному пламени.
Так вот, вернемся к нашим ба... то есть, к Конфликту колец. Реборн, безусловно, смог бы сразиться и даже победить. Но вот Шоичи.... Он ведь тоже Солнце,
Девятому поставили кресло, Хранители столпились за его спиной, бдительно осматривая округу. Даи с компанией сжимали кулаки, бледные, нервные, волнующиеся. Вария снова радовала оскалами. Единственным, кто ни капельки не волновался, был сам Реохей. Правда, Тсуна подозревала, что ему так и не сказали, в чем заключается главная опасность. Ну, или этот гиперактивный ребенок все прослушал. Недостаток гиперактивности в том, что сосредотачиваться на одном конкретном деле долгое время они не умеют, если это самое дело не предполагает активности.
Тсунаеши это напоминало ринг для подпольных боев. И богачи, делающие ставки, здесь тоже имелись. Правда, ставки были немного другие, но все же.
Реохей был хорош, даже очень. Колонелло отлично потрудился над ним, но парень все еще напоминал кусок грубой, необработанной породы. Можно и таким победить, если бить посильнее, но ведь может пострадать точность, можно убить противника. Луссурия уже выработал свою форму, резцом убрал все сколы и недостатки.
И потому проиграл. Если бы он начал сражаться в полную силу, если бы применил свои наколенники в достаточной степени, он обязательно убил бы Реохея. И тем самым нарушил договоренность с Тсуной. Девушка видела, как Занзас покачал головой в ответ на короткий взгляд подчиненного. Луссурия кивнул и слил поединок, хотя выглядело все эпично и красиво, что уж говорить.
Солнце Варии привык сражаться со взрослыми противниками, которых нужно убить, размазать. А тут мальчишка. Его и не ударишь толком - сразу сломаешь. Тем более, с силой Луссурии.
Занзас удовлетворенно кивнул, когда подчиненный сошел с ринга. К данной ситуации подходила старая, избитая, но от этого не потерявшая своего смысла фраза про бой и целую войну.
Все еще впереди.
Пока что ей нужно убрать свой наблюдательный пункт и позвонить Занзасу. Сообщить некоторые подробности физиологии и анатомии Бовино Ламбо.
Ребята дома праздновали победу Реохея, танцевали, чуть ли не на головах стояли. Нана заставила стол им вкуснейшими угощениями, лучшими своими блюдами. Емитсу куда-то ушел, видимо, чтобы не портить праздник. Даи так и не смог расслабиться в присутствии отца. Он все еще не простил его.
К ним присоединился неизвестно откуда взявшийся Дино, свалившийся как снег на голову.
– Дино? Разве ты не должен тренировать Хибари?
– удивилась Тсунаеши, хрустя кружочком огурца.
Блондин засмеялся смущенно, по привычке почесал в затылке, еще больше растрепав пышную шевелюру.
– Кея-кун уже готов к битве, он очень торопился стать сильнее, - пояснил он.
– Наши тренировки подошли к концу, вот я и решил навестить
Когда попытался освободиться, от неловкого движения оба упали и чуть не опрокинули стол, к ним тут же подлетел Гокудера. Теребя Джудайме на предмет травм и ругая на чем свет стоит Мустанга.
Тсуна покачала головой. Бедлам, да и только. Но какой веселый!
И поймала пробегавшего мимо Ламбо.
– Ламбо-сан хочет пакет мармеладок с виноградным вкусом?
Будь они в мультике, в глазах мальчишки выскочили бы ценники-конфетки. А так - просто засиял и радостно завопил по всю глотку.
Тсунаеши присела на диван, который плотно оккупировал Реборн. Наверное, именно поэтому вокруг создалась метровая зона отчуждения, пересечь границы которой не решался никто. И пока мальчишка наслаждался мармеладками, выискивая самые яркие и красивые на его взгляд, Тсунаеши зарылась пальчиками в густую шевелюру. Весь арсенал, присланный Бовино, она конфисковала в пользу исследовательского центра Шоичи-Спаннер еще в самом начале. Не получалось добраться только до одной базуки. Либо Ламбо не давался, либо Реборн мешал.
В волосах у Бовино, наверное, имелось какое-то пятое измерение, потому как девушка долго не могла найти базуку. Мальчик присмирел, прикрыл глаза, не переставая, правда, жевать, и подавался вперед, навстречу мягким, ласкающим движениям. Реборн смотрел на это представление с долей интереса и некоторого недовольства. Ламбо его всегда раздражал, а сейчас - особенно. Занял такие привлекательные, округлые коленки, обтянутые джинсовой тканью, на которые хотелось прилечь. И все внимание тоже занял.
Пристрелить его все равно не получится - Леон дремал на плече Тсуны. Свой выигрыш девушка отказывалась отдавать даже под ласковыми ночными пытками, говорила, что уже не может без зеленого зверька. И гладила хамелеона по выгибающейся спинке. Тот млел, а Реборну хотелось сменить оружие.
Выкинуть в окно? Так Тсуна первая его и прибьет за нарушение каких-то своих, явно злодейских, планов.
А еще Реборну чертовски нравилось смотреть, как меняется выражение ее лица в зависимости от происходящего. Как пылает румянцем или кривится в ехидной ухмылочке. И как черти танцуют самбу в янтарной глубине. Конечно, нравились и желание, голод, страсть. Но вот такой исследовательский интерес, предвкушение исполнения своих планов - еще больше. Хотелось перехватить ручку, поцеловать тонкую косточку на запястье, укусить трогательно розовую мочку аккуратного ушка, подуть в него, зная, что от такого действия носик сморщится. Он сходит с ума? Возможно. Но ему это нравится.
Тсунаеши наконец нащупала то, что искала. Базука Десятилетия. Не хватало еще, чтобы Ламбо использовал ее в завтрашнем поединке. Нет уж, Леви предупрежден, так что зверствовать не будет.
А если будет.... Чатти еще никто не отменял.
Ламбо убежал вымогать сладости у остальных, гоняться за И-пин, которая снова где-то посеяла свои очки. Реборн посмотрел на изобретение семейства Бовино в руках своей девушки.
– Без него он точно пропадет. Емитсу делает ставку на электрическую кожу и способность вызывать себя из будущего.