Моя воля сильна...
Шрифт:
Лично Тсунаеши больше интересовало, что предпочтет Гокудера-кун. Пожалуй, кроме Хибари, он был единственным из отобранных Реборном Хранителей, кто имел реальные представления о мире мафии. И мог что-нибудь противопоставить офицерам Варии. Все же ученик Шамала. Доктор отзывался о нем очень тепло, родственники как никак. Теперь. Стараниями Тсуны.
Лежа на крыше, девушка хихикала над своими мыслями. И смотрела, как методично Бельфегор и Хаято разносят школу к чертям собачьим. А ведь на этом этаже находилась и классная комната клуба фотографии. Печально.
С тоской Савада осознала, что жадность Мармона заразительна.
Хаято проиграл, как и следовало ожидать. В ответственные моменты он словно спотыкался и смотрел в сторону босса, Даи, бледный, как смерть, сжимал кулаки и кричал ему остаться в живых. Любой ценой. И плевать на кольцо.
Хорошая агитаторская работа, Дино. Тсуна удовлетворенно улыбнулась, когда Принц-потрошитель продемонстрировал сорванное с шеи противника кольцо на цепочке. Полубоморочный Хаято в это время шептал разбитыми губами извинения, Даи утешал его.
Только жутко не нравился взгляд Емитсу и Девятого, их планы рушились с каждым выигрышем Варии. Им не хотелось видеть Занзаса у власти. Тсунаеши прикусила губу. Наверняка у них имеется план на этот случай. Подкуп с отрядом убийц не сработает, там все безусловно преданны Занзасу, как псы. До самой смерти. Шантаж - в том числе, там предпочтут перерезать себе глотку, лишь бы не подвести босса или не накликать на себя его гнев. Удивительно, как Каваллоне удалось найти там хотя бы одного согласного шпионить предателя. Или изначально внедрил своего человека под прикрытием, чтобы следить за работой бывшего одноклассника? Кто знает.
Остается только Даи. Отец не откажется от мысли мотивировать его. Но вот как?
Тсуна сложила вещи, спрятала их в укромном уголке на крыше и послала Шоичи сообщение с координатами, где их можно забрать. Не хотелось вызывать лишних подозрений. Спустилась по лестнице и невидимкой скользнула в толпу, мгновенно став ее частью.
Душу и разум терзали тяжелые размышления. Она не настолько хорошо знала Внешнего советника Вонголы, чтобы предсказать его следующий шаг. Равно как и Девятого. Официально благороднейшие люди Альянса, добрые, временами даже щедрые. Но они мафиози, значит сотрут любого на пути к цели.
Цель оправдывает средства, ведь так?
Задумавшись, Тсуна не заметила, как свернула на темную узкую улочку меж сонных домов. Поединки проводили вечером, так что заканчивались они практически ночью. Чтобы не потревожить лишний раз мирное население. А повреждения школы днем скрывали иллюзионисты Вонголы.
Интуиция предупреждающе взвизгнула, Тсуна напряглась. Нащупала в кармане флик-лезвие, а когда к ней в круг света от фонаря вышли два человека в темных костюмах, пожалела, что оставила пистолет дома. Чтобы не привлекать внимания, ксо!
– Савада Тсунаеши, вам лучше пройти с нами.
– Простите
Который стоял рядом и держал товарища за руку, пока того увозили медики Каваллоне. Вонголе с некоторых пор самый младший Савада не доверял.
Подрывник потерял слишком много крови, несколько взрывов все же задели его, и теперь на предплечьях красовались неглубокие ожоги.
– Все хорошо, Гокудера-кун, - Даи сжал холодные пальцы.
– Главное, что ты выжил. Ты выполнил мой приказ. Я горжусь тобой.
Видимо, даже под действием препаратов Гокудера услышал его, потому что расслабился. Веки его потяжелели и скрыли обморочный зеленый взгляд. Даи проводил взглядом каталку и повернулся к стоящему рядом Дино. Хотелось взять его за руку, ощутить тепло родного человека, его поддержку. Но он не имел права. Не сейчас, не при Вонголе.
Когда, ну вот когда его собственный отец стал восприниматься его врагом? Наверное, когда он увидел тихие слезы мамы, которая грустила и скучала по мужу. Когда понимал, как выросла и изменилась сестра, приезжающая домой пару раз в год, на праздники. Ему нужно благодарить Вонголу хотя бы за то, что удалось провести с Тсуной больше времени, чем в предыдущие годы вместе взятые.
Они всей компанией двинулись к дому Савада, но по пути Ямамото попрощался с ними, куда-то сгинул Реохей с экстремальными криками. Остались только Даи, Реборн и Дино.
На пороге их встречала улыбчивая Савада Нана.
– Ну, как соревнования, мальчики?
– Мы проиграли, мам.
На лице женщины отобразилось сочувствие, искреннее, от этого стало еще теплее.
– Ничего страшного, - она ласково погладила сына по густым волосам.
– Вы еще победите, возьмете реванш, я уверена. А в качестве утешения могу предложить горячий ужин. Идите, мойте руки.
Что-что, а подбодрить своей готовкой Савада Нана умела, как никто другой. Даи кушал домашнюю лапшу, вдыхал аромат маминой стряпни и по чуть-чуть расслаблялся. Все последние дни он находился в жутком напряжении. Не только из-за поединков, все же Вария не собиралась их убивать, сколько из-за отношения отца. Тот словно чего-то ждал, к чему-то готовился. И новоприобретенная интуиция Вонголы противно пищала где-то в груди.
Дети уже спали, и Даи не сразу отметил отсутствие еще одного обязательного персонажа их ежедневных ужинов.
– Мам, а где Тсуна?
Нана выглянула из кухни, вытирая руки.
– Ее еще нет. Странно, - подняла глаза к потолку, приложила палец к подбородку, что-то вспоминая.
– Она не говорила, что у нее есть какие-то заказы. Наоборот, хотела отдохнуть от них некоторое время.
Она вышла, а мужчины переглянулись. Даи сжал рубашку на груди. Интуиция резала нервы по-живому.