Мозаика чисел
Шрифт:
Степан повернул ключ, сделал два оборота и открыл дверь. Лицо девушки осветилось. Она была сказочно красива.
– Привет, красавчик! Цыганочку вызывал? Величко все еще не мог прийти в себя. Сосулька упала парню на голову в разгар лета. Он испытывал похожее состояние. Девушка небрежным движением отстранила хозяина в сторону и вошла в квартиру. Степан тут же захлопнул дверь, запер ее, а ключ убрал в карман.
– Клофелинщица, что ли? – ничего умнее он спросить не смог.
Девушка осматривала
– Кто же по телефону клофелинщиц вызывает? Наша фирма на мелочевку не разменивается. Платить будешь после обслуживания. А не заплатишь, придут мальчики с наганчиками и отстрелят тебе то, чем ты еще дорожишь.
– Значит, ты недешево стоишь?
– А то ты не знаешь наших тарифов. Экзотика всегда в цене. Дурачка из себя не строй. Но я думаю, что у тебя с деньгами большие проблемы, судя по твоему гнезду.
– Деньги есть, мебели нет. Я их на таких куколок трачу. И сколько ты стоишь?
– Ты еще столько не заработал. Мои услуги стоят пятьсот баксов за час. За ночь – три тысячи.
Цыганка подошла к нему и обвила его шею руками. По коже Степана пробежала дрожь. Он совсем одичал от долгого одиночества, а тут еще этот сумасшедший аромат, ворвавшийся в его берлогу вместе с дикаркой. У мужика крышу снесло от упавшей на голову сосульки.
Конечно же он не почувствовал, как его ключ перекочевал из его кармана в руки цыганки.
Она оттолкнула его.
– Фу! У тебя же задохнуться можно. Ты даже окна не открываешь. В конюшне воздух свежее.
Она подошла к окну и распахнула его настежь. Ключик улетел в окно, но Букинист этого не заметил. Духота ему не мешала, и окна он мог бы открыть, третий этаж не первый, просто он не думал о том, что на дворе уже лето начинается.
– Тебя, вероятно, надо угощать шампанским. Но я не пью и выпивку в доме не держу, – попытался оправдаться хозяин.
– Мне прелюдии не нужны, – хмыкнула цыганка. – Это клофелинщицам требуется выпивка. Как тебя зовут, котик?
– Степан.
Он все еще стоял посреди комнаты, как столб, и не мог двинуться с места.
Девушка вдруг запела и начала кружиться по комнате, исполняя странный танец. Степан не мог оторвать от нее глаз и крутился волчком, пока она обходила его со всех сторон. У нее был приятный низкий голос, очевидно, очень сильный, но она, скорее, не пела, а напевала и, подобно сирене, завораживала своего пленника. Потом произошло что-то непонятное. Девушка начала прижимать его к стене между двумя окнами, потом поцелуй, и она отпрянула. Он хотел ее схватить, но ничего не получилось. Правая рука Букиниста была уже пристегнута наручниками к трубе отопления.
Через секунду цыганка оказалась у двери. Все, что он заметил, это как она потянулась к выключателю.
– Нашествие цыган на Москву! – нервно засмеялся Букинист.
Как его лихо облапошили. Такие таланты пропадают.
Старый дом в глухом дворе выселенного центра Москвы. Тут живут одни старики и прощелыги. Проституткам высшего класса здесь делать нечего.
– Я сам скажу, где лежат деньги, а ты мне дай ключ от наручников и проваливай, – все еще смеясь, пролепетал Букинист.
Гость выглядел слишком серьезным и деловым. Он молча подошел к дивану и сел. В его руках появился пистолет с глушителем, после чего хозяину стало не до смеха.
– От меня уйти невозможно, Степан. Я нахожу и тех, кого зарыли в землю. О тебе мне известно все.
– Ты кто? – испуганно произнес человек, прикованный наручниками к трубе.
Сергей уже понял, что сумел напугать Величко. Надо продолжать гнуть свою линию.
– Меня наняли отцы дочерей, которых ты продал бандитам. Они знали, к кому им стоит обратиться, и вот я здесь. Тебе вынесен смертный приговор. Никаких судов и следствий. Сгибают две березы, привязывают каждую к разным ногам и отпускают. Когда они выпрямляются, тебя разрывает на две части, как лягушонка. Я не могу отказать порядочным людям в благородном желании отомстить тебе.
По щекам Букиниста потекли слезы, его голова заметно затряслась. Ноги подкосились, и Величко упал на колени. Сергей не мог понять, как такой человек решился пойти на открытое ограбление среди белого дня? По своей воле он на такой шаг не решился бы пойти. Но кто же его заставил? А главное то, что он трус и привык действовать исподтишка, скрытно и тихо. Ответ мог быть только один. Главный фигурант в деле не участвовал. Он мог рискнуть подставными фигурами. Либо имел гарантии, что план сработает при любом раскладе.
– Послушай, парень, – взмолился Букинист. – Если ты меня отпустишь, я тебе дам миллион долларов.
Наконец-то Сергей услышал то, что хотел услышать.
– Брось, Степа! Если бы ты продал бандитам полк малолеток, тебе не заплатили бы таких денег. Ты сбагривал товар по дешевке. Девочки тебе легко достались.
– Ты не так меня понял. Деньги я получу за ограбление банковской машины. Миллион – моя доля. Я тебе ее отдам, а ты обо мне забудешь. Хорошие деньги. А?