Может, нет

Гувер Колин

 Она не любит другую часть? Часть, где она получает удивительный, умопомрачительный оргазм?

 - Хорошо, я пойду спать.

 - Спасибо, - пробормотала она.

– Но сначала, - сказал я, подняв палец, - мне нужно кое-что узнать.

 Она закатила глаза.

– Что?

 Я наклонился к ней и обворожительно посмотрел на нее.

– У тебя всегда такой секс? Ты держишь все в полном контроле, до точки, где даже не позволишь кому-то довести тебя до оргазма?

 Она пнула меня ногой, пытаясь заставить меня встать с постели.

– Я не обсуждаю свою сексуальную жизнь с тобой,

Уоррен. Иди к себе в комнату.

 Она быстро соскользнула вниз по кровати, пока ее голова не встретилась с подушкой. Повернувшись ко мне спиной, она натянула на голову одеяло.

Святое дерьмо. Это... Я даже не знаю, что думать. Я никогда не встречал никого, похожего на нее. У нее серьезные проблемы с контролем.

 - Бриджитт, - прошептал я, нуждаясь в том, чтобы она повернулась и снова поговорила со мной. Она проигнорировала меня, но я не могу уйти, потому что мы должны поговорить.
– Ты говоришь, что никогда не испытывала оргазма во время секса?

Одеяло слетело с ее головы, и она перевернулась на спину.

– Это ни для кого не было проблемой до твоего появления, - сердито ответила она.

Смеясь, я покачал головой. По неведомым причинам из-за этого я чувствую себя счастливым. По-видимому, в прошлом она была с некоторыми действительно корыстными задницами, и я собираюсь показать ей, что она пропустила.

 Она натянула одеяло обратно на голову и снова отвернулась. Вместо того, чтобы встать и уйти к себе в комнату, что я знаю, она бы хотела, я поднял одеяло и перевернул ее на спину. Обняв ее и прижав свою ладонь к ее животу, и потянув ее к своей груди.

 Она практически зарычала на меня.

– Уоррен, остановись. Веришь или нет, я совершенно счастлива и с такой сексуальной жизнью, и я не хочу, чтобы ты, Боже мой, - она остановилась на середине, как только я коснулся ее между ног.

 Я прислонился щекой к ней.

– Мне нужно, чтобы ты помолчала, Бриджитт.

 Она не двигается, так что я перевернул ее на живот и скользнул поверх нее. Я удержал ее руки своими руками, так же, как она делала со мной до этого.

– Пожалуйста, не сопротивляйся мне, - прошептал я ей на ухо.
– Я хочу, чтобы контроль был у меня, и я хочу, чтобы ты сделала то, что я говорю, - я провел языком по ее уху, наблюдая, как дрожь проходит по ее шее.
– Поняла?

 Ее дыхание поверхностное, и она, закрыв глаза, кивнула.

– Спасибо.

Проложив путь из поцелуев вниз по ее шее и плечу, а медленно покрыл поцелуями ее спину. Ее тело напряжено и, знание того, что она никогда не испытывала оргазм от рук другого парня, снова сделало меня твердым.

Я потянулся вниз к ее бедрам и раздвинул ноги. Она спрятала лицо в подушку, заставляя меня улыбнуться. Она никогда не была такой уязвимой с кем-то еще, и она не хочет, чтобы я получил удовольствие, видя, как сильно ей это нравится.

 В любом случае, мои глаза сосредоточены на ней, когда я медленно протолкнул два пальца в нее, ожидая ее стоны в подушку.

Она не издала ни звука, поэтому я вытащил пальцы и снова вошел в нее, но на это раз тремя пальцами.

 Я прижался лбом к подушке, рядом с ее лицом, ожидая звуки.

 Ничего. Я тихо засмеялся, потому что моя работа действительно выводит меня из игры.

 Я отвел

от нее руку и перевернул ее на спину. Ее глаза все еще плотно закрыты, поэтому я, придерживая ее челюсть, прижался губами к ее губам. Я целовал ее жестко и глубоко, пока она не начала целовать меня с не меньшим гневом. Потянув меня за волосы, она раздвинула ноги, молча прося похоронить себя внутри нее.

Я сделаю это. Я отодвинул ее трусики в сторону и вошел в нее так сильно и быстро, что она позволила себе издать стон и, Бог мой, мне нужно больше этого. Намного больше. Но у меня нет презерватива, и на этот раз это не для меня, поэтому я вышел из нее. Сжав одну из ее грудей в своих руках, я поднес ее к своему рту.

Я медленно проложил дорожку поцелуев вниз по ее животу и ниже, чувствуя, как ее напряжение растет. Я чувствую ее колебания, и часть меня хочет немедленно попробовать ее, но другая часть знает, что я не должен заходить слишком далеко и слишком быстро. Я могу сказать по жесткости ее позы, что теперь она нервничает. Я положил обе руки ей на талию и посмотрел на нее. Она нервно пожёвывает нижнюю губу, а ее глаза полны ужаса.

 - Ты никогда никому не позволяла делать это с собой? – прошептал я.

 Она выпустила нижнюю губу и покачала головой.

– Мне это не нравится.

 - Откуда ты знаешь?

 Она пожала плечами.

– Я просто знаю.

 Я стянул ее за бедра на несколько дюймов вниз по кровати.

– Ты слишком упряма, для своего же блага, - приподняв ее, я начал опускать рот к ней, но она отползла назад и села.

 - Нет. Я не хочу, чтобы ты это делал.

Я схватил ее за бедра и притянул вниз.

– Ляг и закрой глаза, Бриджитт.

 Она продолжила смотреть на меня со страхом в глазах, отказываясь лечь обратно, поэтому я поднял руки ладонями вверх.

– Не могла бы ты перестать быть такой упрямой и просто отдохнуть? Господи, женщина. Я хочу подарить тебе самые лучшие десять минут, которые у тебя когда-либо были в жизни, но ты все усложняешь.

 Она нерешительно прикусила губу, но сделала так, как я сказал. Медленно опустившись на кровать, она расслабилась на подушке.

 Я торжественно улыбнулся и снова прижался губами к животу. Я начал чуть ниже пупка оставлять медленные поцелуи всю дорогу, пока не дошел до ее трусиков. Проскользнув пальцами за пояс, я потянул их вниз по бедрам, плавно переходя к ногам. Я медленно снимал их, пока не дошел до лодыжек. После того, как я бросил их на пол, я поднял ее ногу и оставил нежный поцелуй на ее лодыжке, потом на голени, потом на коленке, повторяя поцелуи вплоть до бедра, пока не оказался в дюйме от скольжения своим языком по ней. Как только мой рот оказался над ней, я почувствовал, как ее тепло манит меня.

 - Уоррен, пожалуйста... – запротестовала она. Как только «пожалуйста» слетело с ее губ, мой язык скользнул по ней, разделяя ее. Она подняла бедра на несколько сантиметров над кроватью и закричала, поэтому я схватил ее за талию и возвратил обратно на кровать.

 Она сладкая и соленая, и как только мой рот коснулся ее, я почувствовал, что она сможет насытить каждую унцию голода, которую я буду чувствовать на протяжении всей оставшейся жизни.

 Она снова закричала, все еще пытаясь вырваться от меня.