Мститель
Шрифт:
– Через неделю, считая от сегодняшнего дня, – сказал судья.
– Я хотел бы попросить об освобождении под залог, – сказал Декстер.
– Протестую, ваша честь, – произнес заместитель прокурора.
– Я устанавливаю залог, равный сумме, названной в обвинении, – десять тысяч долларов, – постановил судья Хасселблад.
Таких денег у подсудимого не было, и все это знали. У Вашингтона Ли и десяти-то долларов не нашлось бы. Значит, ему предстояло вернуться в камеру.
Декстеру удалось поспать три часа, проститься наутро с уходившей в школу Амандой Джейн,
В школе Ли особо не блистал. Перспектива перед ним открывалась простая – тюрьма. Но тут один из учителей разрешил ему пользоваться своим компьютером.
Это было все равно что предоставить юному Иегуди Менухину возможность подержать скрипку. Ли глянул на клавиатуру, глянул на экран и тут же принялся сочинять музыку. Учитель, сам неравнодушный к компьютерам, был заинтригован.
Все это случилось пять лет назад. Вашингтон Ли начал учиться. А еще он начал копить деньги. И копил, пока не набрал достаточно, чтобы купить дешевый компьютер.
– Так как же вы обжулили Ист-Риверский сберегательный?
– Залез в их главный компьютер, – ответил паренек.
Декстер попросил разъяснений, и мальчишка впервые за время разговора оживился.
– Друг, ты хоть представляешь, до чего слабы системы защиты баз данных?
В огромной базе данных Ист-Риверского сберегательного банка хранилась исчерпывающая информация о всех вкладчиках. Вашингтон Ли не только взломал коды доступа к базе данных, он еще и ухитрился заставить главный компьютер, упрятанный в глубоком подвале банка на Манхэттене, выполнять его команды. А команды были простые. Вашингтон велел компьютеру установить проценты, ежемесячно начисляемые на счета. А следом изымать из каждого такого начисления двадцать восемь центов и переводить их на принадлежащий ему счет.
Этот счет пришлось открыть в местном отделении “Чейз Манхэттен”. Догадайся он переводить деньги на Багамы, ему, вероятно, все так бы и сошло с рук.
– И сколько же вы заработали? – спросил Декстер.
– Чуть меньше миллиона долларов.
Адвокат прикусил кончик карандаша. Неудивительно, что обвинение столь расплывчато: “более десяти тысяч долларов”. И вот тут-то сам размер уворованного породил у него идею.
Мистер Лу Акерман наслаждался завтраком. Для него завтрак был лучшей трапезой дня – торопиться, как во время обеда, не приходится, переедать, как на банкетах и званых ужинах, тоже. Да и посидеть прохладным летним утром на балконе над Центральным парком тоже было приятно. А мистер Кэлвин Декстер пришел и все испортил.
Когда слуга принес на террасу визитную карточку посетителя, мистер Акерман взглянул на слово “адвокат” и нахмурился. Он совсем уже было сказал слуге, чтобы тот попросил посетителя заглянуть попозже в банк, но тут адвокат появился на балконе и произнес:
– Я понимаю, что это нахальство, мистер Акерман, и приношу свои
Акерман пожал плечами и указал на кресло по другую сторону стола:
– Только покороче, мистер Декстер.
– Вы возбудили уголовное дело против моего клиента, мистера Вашингтона Ли, который предположительно снял около миллиона долларов со счетов ваших клиентов. Думаю, было бы разумным отказаться от этого обвинения.
– Забудьте об этом, мистер Декстер, – сказал генеральный директор банка. – Разговор окончен. Мальчишка сядет в тюрьму. Такое спускать нельзя.
– Жаль. Понимаете, уж больно лихо он все проделал. Взломал ваш главный компьютер. Прошел, вальсируя, сквозь всю вашу защиту. Предполагалось, что на это не способен никто.
– Ваше время истекло, мистер Декстер.
– Еще пару секунд. У вас около миллиона клиентов. Они считают, что в ваших руках их средствам ничто не грозит. Под конец этой недели черный парнишка из гетто предстанет перед судом и скажет, что если это сделал он, значит, всякий хакер может опустошить счет любого из ваших вкладчиков. Как вы думаете, им это понравится?
Акерман опустил чашку на стол.
– Это неправда. И вообще, почему вкладчики должны в это поверить? – произнес он.
– Потому что на процесс сбежится пресса, а снаружи будут ждать телевидение и радио. Думаю, до четверти ваших клиентов решат после этого сменить банк.
– Мы объявим об установке новой системы безопасности. Лучшей из имеющихся на рынке.
– Да, но предполагалось, что вы это уже сделали. А парнишка из гетто взял и взломал ее. Вам еще повезло. Вы получили свой миллион обратно. Но предположим, что это случится снова и вы недосчитаетесь десяти миллионов, только на сей раз они уйдут на Каймановы острова. Как отнесется правление вашего банка к подобному унижению?
Акерман подумал с минуту.
– Неужели дела настолько плохи?
– Боюсь, что так.
– Ладно. Я позвоню в офис окружного прокурора и скажу, что мы больше не заинтересованы в судебном преследовании, поскольку наши деньги вернулись назад. Но помните, прокурор, если захочет, может и не закрыть дела.
– Да, и поэтому вам следует при разговоре с ним быть очень убедительным, мистер Акерман.
Декстер встал и повернулся, чтобы уйти, однако тут выяснилось, что проигрывать Акерман привык.
– Мы не отказались бы от услуг хорошего юриста, мистер Декстер, – произнес он.
– У меня есть идея получше. Возьмите на работу Вашингтона Ли. Пятидесяти тысяч долларов в год ему для начала хватит.
Акерман вскочил на ноги:
– Какого черта я должен брать на работу этого прохвоста?
– Да просто потому, что он лучший из лучших. И уже доказал это. Он взломал систему безопасности, установка которой обошлась вам в кучу денег, и проделал это с помощью консервной банки ценой в пятьдесят долларов. Он смог бы установить у вас действительно непробиваемую систему. А вы смогли бы потом пустить ее в продажу.