Мудрость эксперимента

Смагин Борис Иванович

Ещё три выстрела — и мы как раз подскочили к двери. Буран был рядом, оглашая округу яростным лаем. Твари пёрли молча, только умирали с крысиным писком.

Правда, крысы это быть не могут — нефиг им тут делать в таком количестве. Это лес, а не город.

Дверь распахнулась сама, тут же высунулась Юля и, мгновенно сориентировавшись, шмальнула по тварям. А их первые ряды — метрах в четырёх от нас, не больше — вдруг подпрыгнули.

Высоко, мать их, подпрыгнули, чуть ли не на полтора человеческих роста. Извернулись

в воздухе лапами кверху…

— Внутрь! — рявкнул я во всю мощь обновлённых лёгких. Одной рукой пихнул в избушку Юлю, другой сгрёб за шиворот Шенга — и почти забросил его вслед за девушкой.

А взмывшие в воздух твари в этот момент обрушили на нас целый дождь длинных тонких игл.

— Срань господня!

Я запрыгнул внутрь, но закрыть дверь не успел, только — прикрыть рукавом голову. Живот, бок и бедро в нескольких местах пронзило болью, взвизгнул Буран.

На порог со шлепками приземлились две твари — одну тут же просто смела выстрелом Мэй, вторую стремительно сгрёб Буран, ухватив за горло. Я — захлопнул дверь, увидев напоследок новую партию подпрыгнувших тварей.

Уже через миг по закрытой двери застучали иглы.

Быстрый взгляд на себя — иглы засели не глубоко, и это хорошо. Выдёргивая их одну за одной, я бросил:

— Все целы?

Вопрос касался Юли и Шенга — но их реально не зацепило.

— Юля, какого хрена? Ты нам дорогу закрыла. Зачем вообще высунулась? В компьютерной игрушке себя почувствовала?

Девушка стремительно покраснела, опустила взгляд:

— Прости…

— Над трупом моим будешь извиняться, если эта херня ядовитая, — Буркнул я. — Ещё один залёт — вместо ружья тебе сковородку выдам, ясно?

— Д-да…

— Может, отсосать? — с писклявым ехидством спросил Илья. Нашёл же время…

— Давай останемся друзьями, Илюх.

— А я про яд вообще-то… — он тут же стушевался. Ну вот, и стоило ли этот разговор вообще начинать?

Бурану повезло — он тварюшку поймал за горло, где игл толком не было. Прикончил, судя по короткому писку, сразу же — и теперь трепал по полу под завистливым взглядом медвежонка.

— Фу!

Пёс послушался, бросил на меня недовольный взгляд. Юля кинулась к нему вытаскивать иглы — бедняге зацепило спину и хвост.

— Не уколись, — бросил я ей. Не хватало ещё, чтобы и она траванулась, если иглы реально какой дрянью смазаны. Да и обычное воспаление никто не отменял.

Ладно, кто тут у нас?

— Это ёжики? — заинтересовался Шенг. Он, в отличии от Юли, не проштрафился и выглядел довольным. Надо с небес на землю спустить.

А ещё — мне большого труда стоило не ответить в рифму.

— А ты чего сияешь, как солнышко? Какого хрена тянул, почему мне тебя в дом зашвыривать пришлось?

Парень сходу помрачнел, буркнул:

— Виноват.

— Не считай ворон, Шенг. С нас смертей уже хватит. А по твоему вопросу — это, походу, мыши. Хвост видите?

Длинный, но не голый, как у крысы.

— Мыши? — кажется, у ребят порвался шаблон.

— Водяные полёвки. Они в миру толстые такие, мордастые — как хомячки. Мордастость, как видите, сохранилась. Только они маленькие, максимум с небольшую крысу вырастают. А эти — почти бобры, блин. И с иголками.

Последние, судя по виду, ничем смазаны не были. Мокрые немного — но это от воды. Каналов для яда внутри не видно, опять же… Спасибо, что зазубрин нет — вот тогда мы бы охренели.

— А стреляют иглами, как дикобразы, — буркнул Илья.

— Дурак? — тут же фыркнула Юля. — Ничем дикобразы не стреляют. Мультиков насмотрелся?

— Так, хватит! — я прервал перепалку. — Надо идти и валить гадов. Они нам сейчас весь огород сожрут. Да и эски никто не отменял. Олег, срочно — достаём всю одежду, нужна защита.

А мне — нужно хоть пару тварей прибить ножом. Посмотрим, как у Системы работает прокачка, когда ты уже наделён уровнем и классом.

А ещё…

Я, вообще-то, приручитель.

Вот и попробую их приручить.

Глава 5

Не псих

В шкафу, оставшихся от охотников сумках и по рюкзакам студентов нашлась подходящая нам одежда. Сам я надел шапку и куртку, накинул два капюшона — от худи и от куртки.

Правда, левый рукав был слишком толстый, чтобы надеть его под броню, и слишком узкий, чтобы надеть поверх. Так что, я обвязался пледом в два слоя, стянув его сверху ремнём и патронташем. Этого должно хватить, чтобы защититься от игл. Главное, в полах пледа не запутаться.

Ещё бы очки, чтобы глаза уберечь — но чего нет, того нет.

Остальные завернулись, кто во что горазд. На Илью и Олега отлично сели видавшие виды фуфайки из местных запасов. Олег юбкой повязал две простыни. Кирзовые сапоги, к слову, ему оказались по размеру — в них он и щеголял.

Ну вот, не зря я не стал откладывать мародёрку. Уверен, Артур понял бы всё и простил.

На Илью мы надели старые резиновые болотники, найденные в шкафу — ноги они закрыли полностью. Пах и задницу он прикрыл, повязавшись мохнатым банным полотенцем и сверху, по моему примеру, перетянув его ремнём.

Оба парня надели облезлые и поеденные молью бобровые ушанки и, завязав шкурки ушей под подбородками, выглядели теперь офигенно колоритно.

Шенг и Мэй с Юлей просто завернулись в одеяла и надели поверх куртки. Лыжные шапки и капюшоны защитили головы. Два новых трофейных ружья достались Илье и Шенгу, Олег взял ракетницу. Вторую с парой запасных патронов я оставил Сметане — просто на всякий случай.

Я оглядел своих бойцов, вооружённых и смотрящих на меня с напряжёнными серьёзными лицами, и… не выдержав, заржал. Прекрасно понимая при этом, что сам выгляжу так же нелепо.