Мунсайд

Сафо Марк

– Там сегодня будет Криста, мы легко попадем внутрь.

– Ты это говорил и в прошлый раз. – Она стала яростно листать свой блокнот, исписанный мелким, убористым почерком. – Не хочу, чтобы ты снова отхватил.

– Снова?

Каспий мотнул головой: мол, не стоит спрашивать.

– Что ж, я вижу только один выход: полная смена обличья.

– Это сложно, Хейз, ты не справишься.

– Справлюсь, – упрямо заявила она, листая огромную тетрадь.

– Ладно внешность, но запах ты не подменишь.

– Я много практиковалась.

– Слушай, Хейзер, у меня нет таких денег, да

и рисковать я не хочу.

– Я заплачу. – Но меня проигнорировали.

– Услуга за услугу, – добавила Хейзер, найдя нужную страницу. Каспий сделал глубокий вдох.

– Если это то, о чем ты говорила сегодня, то я против.

– Там даже твоего лица не будет, все анонимно, ты в безопасности. Просто подмочи репутацию Варрону, и все. – Хейзер неожиданно посмотрела на меня, будто только вспомнила о моем присутствии. – Да ты же не знаешь.

– Не знаю о чем?

– Хейзер – невеста Варрона.

– Что?

– Новый эксперимент Вестфилдов, – только и фыркнула она.

– Она – бокор, – пояснил Каспий.

Бокоры – маги вуду – довольно сильные. Спектр их возможностей намного шире, но опаснее и сложнее.

– А моя мать – мамбо, верховная жрица. Поэтому от Вестфилдов избавиться будет очень сложно.

– Почему я не видела тебя вместе с Варроном?

– Потому что я его ненавижу, – просто ответила она. – Думаю, тебе меня понять куда легче в этом плане.

– Почему же?

– У тебя ведь такая же ситуация.

– Не поняла.

– Ифрит, ты ведь с детства ему обещана, и тебе тоже нужно обязательно родить отпрыска. Вот только у тебя есть выбор, от кого именно.

Это меня задело, очень сильно.

– Но меня силой не выдают замуж за ублюдка.

Хейзер посмотрела на меня, словно я какая-то дурочка. В последнее время на меня так часто смотрят.

– Это тебе так кажется, что он не ублюдок. Я не хочу с тобой спорить, Лавстейн, но подумай логически: зачем многовековому демону так с тобой носиться? Все мы знаем, что ты от ифрита без ума, что он тебе пеленки менял и отца заменил. Но все ли так просто?

Я сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. В ее словах была доля правды, колкой и неприятной.

– Он боялся, что и ты его бросишь, как твой папа, бабушка и прадед, – мягко добавила она. – Правда, я надеюсь, что у вас была любовь до гроба, но… это демоны. Тебе ли не знать.

– Ничего ты не знаешь.

– Я надеюсь, сестрица, правда надеюсь.

Мы замолчали. Она колдовала за столом, доставая ингредиент за ингредиентом, и что-то шептала, а Каспий проник в комнату сестры и стал перебирать ее вещи. Я последовала за ним.

– Хейзер не хотела тебя обидеть, – шепнул он, придирчиво оглядывая платье.

– Я понимаю, но лучше от этого не становится.

– Знаешь, – Каспий замолк, – я часто думал, почему Кави сделал с собой такое.

– Такое?

– Стер память, создал новую человеческую личность. Мне кажется, он просто хотел забыться. Настолько ему было плохо, когда тебя украли, что он не выдержал этого. Представляешь, все напоминало ему о тебе, а ты пропала. Никто даже толком не знал, жива ли ты.

– Хотела бы я так же подправить себе память, – выдавила я. Я знала, что Каспий желал поддержать меня, как-то

утешить, и я правда верила в его теорию, но все так запуталось, что разбираться было бессмысленно. Кави – меньшая из моих проблем, пусть и самая близкая к сердцу. Моя задача – быть в свое совершеннолетие здесь, пожать ему руку, а потом все проблемы рассосутся сами собой. Нет, конечно, ответственности будет в разы больше, но у меня хотя бы будут поддержка, близкий человек, который знает все вдоль и поперек.

– Каспий, ей нужна мужская одежда.

– Что? – Он выглянул в коридор.

– Ты был прав: полная смена облика – это сложно. А вот сменить ее пол на вечер легче.

Ради всех богов и демонов, во что я, черт подери, ввязалась?

Каспий дал мне свою одежду. Я переоделась, а Хейзер продолжала колдовать.

Магия вуду была для меня в топе магических практик. Было в ней что-то жизнерадостное, бойкое и в то же время кровавое, жестокое. Я ожидала песнопений и танцев, но в итоге Хейзер прошептала что-то зловещее, повесила на меня вычурный амулет, от которого изрядно воняло, и все. Ни песен, ни плясок.

– За что платили, то и получили, – только и сказала она, а потом в моих глазах потемнело, и все тело, каждый мой орган охватила ужасная боль, словно меня скрутило в узел. Я не могла даже закричать, настолько это было невыносимо.

– Я могу облегчить боль, но ты сама сказала: никаких прикосновений. – А я уже сама повалилась на Каспия, ощущая исходившее от него тепло. Боль действительно притупилась. Я будто оказалась под одеялом в дождливый, холодный вечер. Так хорошо и уютно. Каспий обнял меня и прижался как можно ближе. Это не выглядело как домогательство. Сейчас это было единственным, что он мог сделать для меня. Лихорадка спадала, мышцы медленно расслаблялись, Каспий сам сделал шаг назад, позволяя мне вздохнуть полной грудью, то есть как-то по-другому.

– Ну… родиться девчонкой было твоей большой ошибкой, – усмехнулся Каспий.

– Знаешь, сколько раз мне это говорили? – я сама не узнала свой огрубевший голос. Поспешив к зеркалу на ватных ногах, я внимательно всмотрелась в новое лицо. Думаю, каждого интересовало, как он будет выглядеть в другой половой ипостаси. Если честно, мужской облик шел мне больше. Не могу сказать, что я сильно изменилась. Лицо стало шире, но осталось таким же угловатым, глаза – серьезнее, брови – гуще. Я была субтильным мальчишкой с острым кадыком и худыми ногами. Одежда Каспия, который был шире меня в плечах, была мне великовата, но смотрелась неплохо. Волосы до плеч немного портили мужественный облик. И даже форма рук изменилась! Пальцы стали толще. Минус – подростковые прыщи на подбородке, да и кожа стала более сухой.

– Вау! – Я рассмеялась.

– У нас не так много времени, – крикнула Хейзер, когда я уже намеревалась полностью осмотреть свое тело.

– Убери волосы, – посоветовал Каспий, – на одну сторону, а лучше зачеши челку назад.

– А это надолго?

– Часов на пять. Держи, – он протянул мне резинку, – завяжи хвост. Там все-таки фейсконтроль.

– Фейсконтроль, – передразнила я его.

– А лучше так. – Он взял красную шапку и бесцеремонно натянул ее мне на голову. – Все, идем.