Мурзик
Шрифт:
Я крепко обнял ее за плечи и поцеловал в щеку.
– Привыкай Мурзилка к роскошной жизни.
Войдя в вестибюль салона, я поймал за руку первую попавшуюся «зайчиху» и, демонстративно сунув ей в руку стольник, приказал вести нас к Зайцеву…
…Мы сидели в демонстрационном зале, а перед нами сам Зайцев объяснял назначения различных своих моделей, которые демонстрировали нам под музыку манекенщицы.
После каждой модели я спрашивал Мурзилку: «Нравится?» и, если она отвечала
Через два часа моей Мурзилке понравилось шестьдесят семь моделей. Попросив ее немного подождать, я вышел из зала и отдал Зайцеву 2 670 тысяч рублей залога.
Отобранные модели упаковали и отвезли по указанному мной адресу. К завтра их вернут, и как я объяснил, их скопируют на моем новейшем роботизированном пошивочном комплексе и пошьют их копии с учетом замечаний и пожеланий Мурзилки, и ее размером соответственно.
Потом в тайне от Мурзилки их привезут к Зайцеву, и он их выдаст как будто сшил сам.
Мне стоило больших трудов уговорить его пойти на эту сделку. Он долго не мог понять, как можно скопировать его «гениальные» модели в таком количестве за одну ночь без ущерба качества, и только осознав, что практически, не ударив палец о палец, за это получит 2 670 тысяч рублей, он, немного покорежившись, согласился.
Скачок во времени мы совершили, проезжая подземным туннелем на Садовом кольце, и я привез Мурзилку к ней домой во вчера к шести часам. Перед этим мы довольно пространно пообедали в «Космосе».
Отпустив ее с миром, я прямо из машины телепортировался в сады Семирамиды и, лежа под цветущим фиником в обществе прекрасных и юных дев, с интересом стал наблюдать, как встречают моего окабаневшего Мурзика дома.
Мой второй интеллект, разделавшись с обустройством командировки мурзячьих родителей, отправился шить зайцевские хламиды.
Мурзилка, облаченная в девятнадцатикусковую шубу, робко открыла дверь своей квартиры. В коридоре никого не было. Повесив злосчастную шубу на вешалку, она на цыпочках прошла в большую комнату.
Ее мама, уже порядком вымоталась, собирая вещи в дорогу на Огненную Зеландию и сидела в кресле, мысленно прощалась со своим домом.
Мурзик как можно ласковей улыбнулась и сказала:
– Здравствуй, мамочка!
Мама тоже, чувствуя свою перед дочерью вину, нежно промолвила:
– Здравствуй, доченька!
После чего они нежно и страстно обнялись и заплакали, каждый о своем.
Тут вошел в комнату папа и при виде дочери и во исполнении святых отцовских чувств выдавил из себя скупую мужскую слезу.
Первой начала разговор мама:
– Доченька, а у нас для тебя есть новость!
Доченька
– Мы с твоим папой сегодня ночью улетаем в загранкомандировку!
– Куда?
– В Гвинею-Окинаву.
Мурзик ничего не понимая опять поинтересовалась:
– И надолго?
– На год…
Далее последовали сцены взаимных клятв и обещаний, потом нашло место продолжение экстренного укомплектования дорожных чемоданов, во время которых Мурзик под шумок спрятала в своей комнате шубу, презенты родителям были раньше спрятаны от греха подальше.
В 11 часов вечера состоялся прощальный ужин, затем они всей семьей сидели у камина и грозились друг другу писать каждый день. В два часа ночи подъехало заказанное такси, и родители благополучно уехали, а бедный Мурзик осталась совсем одна в этом огромном городе на растерзание злобному Димику.
В двенадцать дня она мне позвонила:
– Здравствуй, Димик!
– Кто это? – сделав вид, что не узнал ее голос, сердито спросил я.
– Это я…
– Кто это я?
– Мурзик…
– Здравствуй, злобный окабаневший Мурзик!
– Бедный, несчастный, всеми брошенный…
– Кто ж тебя бросил? Опять очередной твой хахаль?
– Дурак!
– Сама такая!
– У меня родители уехали.
– Ну и что? – притворился незнайкой я.
– Они надолго уехали.
– На два дня, чтоль?
– На год.
– Шутишь?
– Правда. Я вчера обалдела, когда они мне об этом сообщили.
– И куда ж их черт понес?
– В какую-то Гвинею-Окинаву.
– Что-то я не знаю такой страны.
– Я тоже до вчерашнего дня не знала.
– И на кого ж они тебя бросили?
– На съедение волкам.
– Да, вот теперь ты покабанеешь. Вот теперь ты погуляешь. В институт ходить не надо. Домой возвращаться рано не надо. Хошь пей, хошь гуляй!
– Да, и буду гулять!
– Только не забудь про СПИД.
– Рожа!
– Сама такая!
Мурзик злобно засопел в трубку.
– Чем ты сейчас думаешь заниматься? – спросил я.
– Не знаю. А к Зайцеву когда надо ехать?
– Завтра.
– А что мы с тобой сегодня будем делать, Димик?
«Вот! Долгожданный момент наступил, – подумал со злорадством я. – Она сама спросила меня, значит я на правильном пути».
– Ты ведь так и не посмотрела свою машину…
– Ура! Когда ты приедешь?
– А когда ты будешь готова?
– Через час.