Мутаген
Шрифт:
И медицинский эффект опять же… Само заживление плоти, костей, сухожилий, как в случае «пленки» и «калейдоскопа», не происходило, но очистка крови и всего организма от примесей сама по себя являлась существенным подспорьем. Для Штыря и Черского самое то! Ведь основная проблема у них как раз в заражении ран, а против этого «пиявка» помогает с гарантией.
Передав капитану и напарнику артефакты, я обернулся к девушке:
– Отдыхай пока. Когда выйдем отсюда, то остановок не будет до самой точки.
И
– Умник, – присела рядом со мною на рюкзак девушка. – Ты еще не заснул? Можно задать тебе пару вопросов?
И что ей от меня надо? Пришлось открыть глаза и сознаваться в том, что сон не пришел и теперь не придет после ее вмешательства.
– Извини, – произнесла подруга по осточертевшему рейду, хотя в голосе не было и тени раскаяния. – А почему ты не продал морферы или не носишь с собою? Я же знаю, твой комбез и даже автомат просто вместилище морферов, порой очень ценных. Да и по деньгам две «пиявки» потянут на очень большую сумму.
– По деньгам… – хмыкнул я, в очередной раз изумляясь непониманию относительно того, что эта часть бытия для искателей не так уж и важна. – А зачем? У меня имеется неплохой счет, повышать который не имеет смысла – и так все деньги смогу потратить, только очень сильно этого пожелав и бросаясь ими направо и налево. Насчет свойств… не все так просто. Наличие на поясе такого артефакта, тем более двух, долго не удержишь в тайне. А это даже для меня слишком круто. И так уже приходилось несколько раз отстреливать тех, кто целенаправленно за комбезом охотился.
– Это серьезно?
– Абсолютно! – вмешался в разговор чуток оживившийся после начала действия морфера Штырь, устроившись поудобнее на раскладушке. – С такими вещами ходить не каждый рискнет. Умник любит все самое хорошее, но он пока не дорос до Грифа, Немца, Копья… Эта категория искателей из независимых уже может себе позволить даже ОЧЕНЬ дорогие морферы в снаряжение включать. То есть без опаски, что начнется охота.
– Но…
– Их никто не рискнет тронуть из-за снаряжения, такое всплывет рано или поздно. Себе дороже, красотка. Но Умнику все неймется. Не удивлюсь, если он захочет двигаться дальше.
Девушка серьезно задумалась, что-то переосмысливая. В последнее время ей явно приходится часто этим заниматься. Ну да ничего, штука полезная. Чем больше осознаешь реалии Мутагена, тем больше шансов выжить. У нее, несмотря на своеобразный характер и повышенную степень любопытства, шансы имелись. В противном случае… не стал бы я с ней возиться и пытаться пусть косвенным путем, но обучать основам.
О, а вот что-то и надумала. Мало того, повернулась
– Продай их мне! – с жаром произнесла девушка. – Я смогу дать тебе достойную цену.
– Именно тебе? – с сомнением спросил я. – Не верится, что научный работник твоего ранга может ворочать такими деньжищами. К тому же они мне малоинтересны. Разве только сменять на другие морферы, более безопасные. Но и тут возникает тот же самый вопрос…
– Хорошо, пусть не мне, а моему институту, – поправилась собеседница. – Зато никто не узнает об этой сделке.
– Ага, кроме твоих коллег и спецуры в лице Черского и его коллег, – саркастически ответил я на ее предложение. – Потом агенты прочих смежных контор, что не пройдут мимо твоего научного центра. Совсем никто.
Черский, услышав мои слова, тихонько хмыкнул, но промолчал, признавая логичность сказанного. Впрочем, все равно доложит по инстанциям о наличии у искателя по прозвищу Умник редких морферов. УМК любит накапливать подобную информацию, а то и использовать, если представится случай. Как ни крути, а ситуация вышла из тени.
– Ладно, – дал я добро девушке. – После лечения Штырь заберет себе оба морфера и затем передаст в Острог, на твое имя. На указанную сумму я смогу приобрести там все, что есть и в открытом, и в не совсем открытом списке. Устраивает?
– Да, конечно, – просияла девушка. – Я очень рада, что…
– Штырь?
– А меня-то что спрашиваешь? За мной должок серьезный, по всем понятиям, должен хоть чем-то помочь. Для начала вот этой мелочью.
– Пустое… Сам потом что делать планируешь?
– Если из Острога с группой через линии охраны переведут, мне самое оно будет. Отдохнуть хочу.
Я вопросительно посмотрел на Черского, без слов намекая, что тут лучше шутки не шутить.
– Я своим словам хозяин… – начал капитан, но я его перебил, продолжив за него:
– Хочу – даю, а хочу – назад забираю. – Потом, глядя на возмущенно дернувшегося безопасника, примиряющее поднял обе руки вверх. – Ладно, ладно. Признаю, что шутка неудачная. Но тебе бы тоже порекомендовал во внешний мир.
– Посмотрим. Сначала до Острога дойдем, там видно будет.
После этого разговор затих сам собою. Девушка отошла на свое место, успокоенная моим обещанием, а раненые постарались расслабиться и дать организму подстроиться под ритм работы морферов, что с солидной скоростью прогоняли через себя кровь, очищая и даже что-то полезное добавляя. А время шло…
– Пора, – произнес я, поднимаясь с лежака. – Мы пошли, а вы оставайтесь в схроне еще не менее суток. К этому времени и след наш затеряется, да и вы в порядок придете. Относительный, конечно, но полное лечение лучше с другими морферами устроить.