Мутант

Буторин Андрей Русланович

– Не знаю, – начал сердиться Семен. – Если тебя и впрямь воспитала Святая, то с тобой разговор особый, ты не просто мутант. А тот, кто тебя учил… Ну, бывают же исключения. Но только мутанты все равно недочеловеки, тут ты меня не переубедишь.

Глава 28

Новые знакомства со старыми знакомыми

Пожилая Галина рубашку зашила вполне качественно. Глеб поблагодарил женщину, взял рубаху, надел ее, застегнул, заправил под ремень и сказал:

– Я готов. Идем?

– Подожди. Быстрый какой! – нахмурился Семен и обвел взглядом своих. – Так, Игорь, Артем, вы уже с ним дело имели, с нами пойдете, для подстраховки. Автомат бы взять, так с ним к Святой все равно не

пустят… Хотя, зачем нам у Святой автомат? Он нам по дороге нужен! А там у охраны оставим… Эй, караульный, где ты там? Иди сюда!

Караульный был, видимо, неподалеку – услышал и подошел быстро.

– Юра, я у тебя автомат заберу, пока мы ходим, – сказал Семен.

– А я как же?… – возмутился караульный.

– А что ты? Возьмешь еще пару ребят покрепче, покараулите и так пару часов. Я ведь у тебя не навсегда его отнимаю!

– Ага, пару ребят!.. Говорят, у реки, куда ход ведет, целая банда обитает! Там их, если верить, больше сотни уже. А если рискнут сюда припереться? Что мы тут с ними, голыми-то руками?… А они нас перережут и дальше пойдут. Что тогда?

– Не припрутся, – буркнул Глеб.

– А ты откуда знаешь? – уставился на него Семен. – И чего смурной такой? Обиделся, что с автоматом тебя поведем? Так ведь только что говорили: верить никому нельзя. А ты вон какой здоровенный! Мы и втроем с тобой вряд ли справимся. Подстраховка это, понял? Не связанным же тебя вести…

– Ведите связанным, – криво усмехнулся мутант. – То-то Святая обрадуется, как вы меня привечаете.

– Святая нас скорее за безалаберность накажет, у нее с этим строго. Но ты не ответил на главный вопрос: откуда знаешь, что бандиты сюда не полезут?

– Обвал там, – сказал Глеб. – Я как раз от них убегал, когда в этот ход провалился. Засыпало капитально. Я долго там… отдыхал, никто не пролез.

– Та-а-аак!.. – обвел взглядом храмовников Семен. – Слышали? Выход к реке накрылся. Как только с бандитами разберутся, надо будет восстановить. А ты, Юра, тоже слышал? Бандитов можешь не бояться, так что обойдешься без автомата.

– А другие проходы? – вскинулся караульный. – Еще ведь три остаются!

– Те ведь не к бандитам ведут. Один к ар… – тут Семен бросил взгляд на мутанта, поперхнулся, откашлялся и закончил: – Сам знаешь куда. Не дури. Оттуда если опасность придет, значит уже все, всем хана.

Караульный Юра нехотя отдал автомат. Семен забросил его за плечо.

– Ну, все, теперь выходим. Я с Глебом впереди, Артем, Игорь замыкающие.

– Нам тогда автомат дай, – сказал один из парней. – Что толку нам сзади «голым» идти? Он тебя заломает, автомат заберет – и по нам.

– Есть резон, – согласился Семен и протянул ребятам оружие. – Теперь все? Тогда пошли.

Идти пришлось долго. Тоннель по пути несколько раз поворачивал, раздваивался, от него отходили боковые ветки. Встречались по пути и большие «пещеры», «залы», подобные тому, откуда они вышли, и еще б'oльшие. А некоторые, как пояснил Семен, были лишь первыми в череде анфилад. Такое случалось, как правило, под развалинами древних храмов, где и так уже были подземелья с ходами, которые храмовники после Катастрофы расширили, достроили, «облагородили» и соединили ходами с другими подземельями, если до этого они не соединялись.

Повсюду встречались люди, чем ближе к центру – тем больше и чаще. Многие были вооружены. Почти все сразу начинали пялиться на Глеба: с удивлением, испугом, брезгливостью… Сначала это раздражало мутанта, потом он привык и перестал обращать внимание. Просто шел и смотрел в спину идущего впереди Семена, с которым, кстати, довольно часто здоровались встречные.

Наконец дошли до большого «зала», в котором народу оказалось больше всего. Причем, люди не просто сидели или стояли – они ходили, бегали, копошились, словно муравьи. Конечно же, этот «зал», как и предыдущие, не был пустым. В нем стояли как брезентовые палатки,

большие и маленькие, так и деревянные, похожие на сараи, сооружения, причем некоторые из них были довольно длинными, со множеством дверей, в которые и из которых то и дело входили и выходили люди – как правило, с очень серьезными лицами. И все пройденные залы, а также переходы между ними были освещены электрическим светом. Подземные ходы – более тускло, редкими слабенькими лампочками – лишь бы было видно, куда ступать, а «залы» – довольно ярко. Но Глеб заметил на стенах и потолках следы копоти и вспомнил свой сон, который приоткрыл один из участков его «заблокированной» памяти. Теперь он знал, откуда здесь берут электричество. Солнечные батареи. Пока на дворе лето и солнце светит долго, его энергии хватает для нужд подземного поселения. В пасмурную пору и особенно зимой, когда дни на Севере короткие, приходится пользоваться масляными лампами, а порой и смоляными факелами. Также этот «зал» оказался очень красиво украшен. В некоторых из тех, которые они проходили, мутант тоже видел различные украшения: позолоченные столики, резные светильники на цепях, иконы на стенах, кое-где даже шкафы и полки с книгами. Здесь всего этого было во много раз больше, особенно икон. Некоторые из них были очень большими – выше человеческого роста. Кто именно изображен на них, Глеб не знал (или не помнил), но то, что это именно иконы с изображениями святых, его память информацию сохранила.

В этом «зале» оказалось несколько дверей в стенах. К одним из них, двойным, широким, резным, богато украшенным, и направился Семен. С двух сторон от дверей стояли вооруженные храмовники. Увидев приближающуюся «делегацию», охранники напряглись и повернули стволы в сторону идущих.

– Стоять! – сурово приказал один из них, когда до дверей оставалось пять-шесть шагов.

– Стоим, – покорно ответил Семен, сделав повелительный знак рукой остальным. – Нам нужно к Святой.

– С какой целью?

– Мы привели ее… воспитанника. Его зовут Глеб. Передайте Святой, это очень важно!

Охранники смерили мутанта изучающими взглядами. Но по их лицам трудно было что-либо прочитать – видать, охрану Святая муштровала серьезно и кого попало в нее не брала.

Один из охранников приоткрыл дверь и сказал кому-то за ней:

– К Святой пришли люди с Глебом. Доложи, – сказав это, он снова закрыл дверь и сухо бросил пришедшим: – Ожидайте.

Глеб не знал, сколько им придется ждать. Но в любом случае он не думал, что мать, услышав о его прибытии, тут же бросится к нему вприпрыжку и кинется на шею. Тем удивительней стало то, что двери вдруг распахнулись и к нему с радостным визгом метнулась хрупкая девичья фигурка, одетая в черное длинное платье и с черным же платком на голове. Все произошло настолько быстро, что мутант не успел разглядеть лица – отметил лишь эти две детали: черное платье и черный платок. Мелькнула поначалу мысль, что это и есть Святая, но слишком уж хрупкой, почти невесомой показалась фигурка, и этот визг – слишком несерьезный, слишком по-девичьи тонкий для солидной предводительницы храмовников, к тому же, как ни крути, для женщины в довольно солидном возрасте.

– Глеб! Глебушка! Живой!!! – бросилась ему девчонка на шею. Повисла, едва касаясь пола носочками до блеска начищенных ботинок, прижалась к широкой груди лицом, зарыдала.

Мутант остолбенел. Ошалело посмотрел на охранников, но те лишь невозмутимо закрыли двери. Перевел взгляд на своих спутников – те выглядели ошарашенными не меньше его самого, Семен лишь недоуменно развел руками.

– Живой, живой, – всхлипывая, продолжала причитать девушка.

Что-то в этом голосе показалось Глебу знакомым. Так ведь кто его знает, с кем здесь сводила его судьба раньше. Наверное, это какая-то подруга его детства, дочка одного из приближенных храмовников, с которой ему дозволялось играть. Мутант нерешительно коснулся плеча незнакомки ладонью. Кашлянул, смущенно просипел: