Мутантка
Шрифт:
— Нет. Ты — принцесса, и знак у тебя на лбу, проявляющийся лишь в момент смертельной опасности, тому подтверждение.
Меня создали в лаборатории, — попыталась я достучаться до столь внезапно сошедшего с ума императора.
— Тебя не создали, а доставили туда в возрасте одного года. Еще до своего рождения мы с тобой были обручены. Если не веришь — попробуй надеть на палец это кольцо.
— Я…
Но он уже снял с безымянного пальца тяжелое серебристое кольцо и протянул его мне. Я не спешила брать столь ценный подарок, глядя
— Если оно подойдет тебе, значит, я прав.
Я фыркнула. Ну и сказал! Да его палец больше мо его раза в три… Да пожалуйста! Не жалко.
Взяв кольцо и резко надев его на средний палец, я с вызовом ему его показала. Ворона затаила дыхание, а император остался невозмутим и холоден.
И тут… кольцо потеплело и сильно сжалось, плотно обхватив палец. Теперь оно сидело на нем как влитое. Я, ошарашенно глядя на кольцо, попыталась его снять. Бесполезно, теперь если только распилить.
— Вот видишь, я был прав. — Лад откинулся на спинку кресла и спокойно наблюдал за моими безуспешными попытками стянуть столь оригинальный подарок.
Получалось слабо.
И тут дверь распахнулась и в комнату вошли близнецы. Дэй протянул Ладу какой-то разноцветный листочек, а Блэк молча встал за моим креслом. Я продолжала сражаться с кольцом.
— Наша свадьба состоится через два месяца.
— Обойдешься! — Но меня не слушали.
— На это время я должен тебя покинуть, так как у меня есть ряд неотложных дел. Блэк и Дэй отныне становятся твоими телохранителями. Их задача — чтобы ты дожила до свадьбы.
Нет, ну сколько можно! Столько новостей за один день я не перенесу! Я с ужасом уставилась на Дэя, он ответил мне крайне хмурым взглядом, зато Блэк чему-то радостно улыбался.
— На этом все, держи.
Мне в руки сунули тот самый разноцветный листик.
— Покажешь это любому представителю власти, и тебя пропустят куда угодно. Так что жду через два месяца во дворце. Вопросы есть?
Р-р-р…
— Тогда пока, дорогая.
— Я тебе не дорогая!
Но он уже направлялся к двери.
— Если ты думаешь, что я выйду замуж за такого наглого, самовлюбленного идиота, как ты, — Лад остановился у порога, держась за ручку двери, — то ты глубоко и в корне ошибаешься, я скорее застрелюсь!
Он резко обернулся. Как-то неожиданно оказался рядом со мной и рывком выдернул мою тушку из кресла. Миг — и мои губы обжег поцелуй, от которого все тело бросило в сильную дрожь. Под моей ладонью, зажатой между двух тел, ровно билось его сердце… ровно? Нет. Чем дольше длился поцелуй, тем быстрее и сильнее оно билось — и вот уже мощно колотится о грудную клетку. Я замерла, чувствуя, что и мое бьется не менее сильно. А он все теснее прижимал меня к себе, чуть ли не прожигая насквозь серебром своих яростных глаз.
Миг. И все закончилось, меня отпустили, а он снова пошел к двери. Уже закрывая ее за собой, он произнес, не оборачиваясь ко мне:
— Эта помолвка не
И он закрыл за собой дверь, а я рухнула в кресло, чувствуя, как трясутся колени и бешено рвется из груди сердце.
— Может, ты и прав, — тихо произнесла я себе под нос, — только вот мой генокод был изменен в возрасте двух лет в одной из земных лабораторий. Так что в отличие от тебя у меня есть выбор.
За окном дул пронизывающий ветер, швыряя в стекло пригоршни капель, на камине тикали старинные деревянные часы, перебивая треск пламени, а рядом со мной стояли два императорских телохранителя, отныне готовые отдать за меня жизнь.
— Меня кто-нибудь вымоет или как? — в напряженной тишине спросила ворона.
Ворону вымыли. Мыла лично я, зато уж кардинально. Птичка явно была в шоке, так как сразу семью шампунями ее перышки чистили редко. Можно сказать — вообще никогда.
— Иль, я понимаю, ты переживаешь. Все-таки за один день и с императором познакомилась, и принцессой стала, и мужа нашла… Ай, больно! Так о чем это я? Но это не повод для паники… Ой, это же был мой хвост!
— А я и не паникую, — рассматривая три пера, зажатые в кулаке, сообщила я.
Ворона с ужасом ощупывала остатки перьев, старательно отодвигаясь от меня, но в наполненной до половины и очень скользкой раковине это получалось слабо.
— Иль!
— Чего?
На этот раз я взяла вишневый шампунь и вылила на Кару сразу полбутылки.
— Ай, я же уже чистая! Осталось только облысеть!
Я решительно сдула челку со лба и снова взялась за мочалку. Кара взвыла, но я упорно продолжала экзекуцию, решив отчистить несчастную раз и навсегда.
— Мама!
Через полчаса, вся чистая и похожая на шарик, она сидела на краю ванны, в которой отмокала теперь уже я. Вода здесь доставлялась снизу, и таскали ее близнецы, так что ребятам выпало довольно много работы — наполнять спецбаки в соседней с ванной комнате, чтобы у меня был постоянный доступ к горячей и холодной воде. Ничего, пущай побегают. Им это полезно.
Кара хлопала лапкой по поверхности воды, все еще дуясь на недавнюю чересчур энергичную помывку.
— Слушай, а ты, когда станешь женой императора, меня тоже возьмешь во дворец? — Птичка вскочила и начала ходить по краю ванны, воодушевляясь какой-то новой идеей.
— Угу, как только, так сразу, — пробурчала я, намыливая голову.
Так ведь там я буду самым главным другом императрицы… Ну точнее, пока просто принцессы. А это значит, что буду есть что хочу, купаться в роскоши и все такое? А? Иль!
На меня смотрели две черные пуговки глаз с такой надеждой и предвкушением праздника, что сказать «нет» было решительно невозможно. К счастью, мне в глаза как раз попал шампунь.
— Нет.
Личная трагедия вороны и ее красивый обморок. Я продолжала мыть глаза.