Музыкант
Шрифт:
Свой матч мы у дублеров тбилисского 'Динамо' выиграли - 2:0. Я забил гол и выдал голевой пас. Победу, как и планировали, отметили безалкогольными посиделками в номере, который занимали Яшин и Маслов. Были считай обе команды - дублеров и основная, которым завтра еще предстояло выйти на поле. Тренеры и медперсонал тоже присоединились к нам, правда, ненадолго, и попросили сильно не засиживаться, чтобы в 11 вечера все были в постелях.
Помимо дынь на нашем столе хватало и других восточных фруктов, не считая классических нарезок из сыра и колбасы, а также еще теплых лепешек. Когда начальство ушло, кто-то выставил на стол пару бутылок 'Мукузани', которые
А вскоре откуда-то принесли гитару, которую после недолгого колебания вручили мне и попросили спеть что-нибудь из новенького. Исполнил три вещи с акустического альбома, и как бы между делом его презентовал. Мол, там все песни - потенциальные шлягеры, вы такого не слышали, а когда услышите - офигеете. В общем, заинтриговал, подумав перед сном, что нужно срочно обзаводиться парой катушечников. Оригинал и две копии хранились у меня дома. Пора уже, пора запускать хиты в народ.
Под занавес посиделок Яшин принялся травить анекдоты. Оказалось, он был непревзойденным рассказчиком. Народ просто надрывал животы. Хотя, уверен, какие-то анекдоты ребята слышали не в первый раз. Я тоже не удержался, выдал анекдот про на грузинскую тематику:
'Юноша-грузин учится в институте и пишет письмо родителям:
– Здравствуйте, дорогие папа и мама! У меня все хорошо. Учеба идет хорошо. Ребята в группе попались хорошие. Только одно меня смущает. Все ездят в институт на автобусе, а я один - на машине.
Родители отвечают:
– Дорогой сынок! Рады, что у тебя все хорошо. По поводу машины - не расстраивайся. Высылаем денег - купи себе автобус, езди как все ребята'.
Все, кто были, заржали так, что в комнате затряслись стекла, а по батарее со стороны какого-то из соседних номеров возмущенно застучали.
По возвращении домой меня ждал самый настоящий сюрприз. Не успев вручить родным подарки, был оглушен известием, что мама и Ильич решили связать себя узами брака. Заявление еще не подавали, зачем-то ждали, как я отреагирую на данный факт, словно от этого могло что-то зависеть. Тем более что могли бы и догадаться, что я скажу, раз уж изначально выступил в роли свахи.
– Если ты не против, то мы завтра же с Валерой подадим заявление, - сказала мама.
– Я-то не против, только рад за вас. А что же, у тебя теперь будет фамилия Байбакова?
– Ну, выходит, так, - грустно улыбнулась родительница.
– И кстати, Валера предлагает жить у него.
– Ясно... Думаю, отсюда выписываться тебе не резон, давали-то на троих как-никак.
– Я тоже об этом думала. Пожалуй, не буду торопиться с пропиской у Валерия. Ой, как-то боязно вас с Катей одних оставлять...
– Ничего страшного, мы с ней уже взрослые, Катька, небось, уже замуж намыливается, угадал?
Увернувшись от подзатыльника со стороны сестры, я продолжил более серьезно:
– Конечно, подавайте заявление, если любите друг друга. Свадьбу будете играть?
– Да какая там свадьба, хотели просто посидеть по-семейному. Родню пригласим, и нормально.
На следующий день мама с Ильичом отправились подавать заявление, а я ближе к вечеру пошлепал в 'Арагви', где меня ждала очередная порция дани от ресторанных музыкантов. Учитывая, что я давненько тут не появлялся, мне выдали сразу 250 целковых, а я подкинул ребятам партитуры еще пары песен. Одна была 'Букет', авторство музыки я приписал себе,
Гонорар от рестораторов я решил потратить на свои дела. У того же звукорежиссера сделал 10 копий магнитоальбома на качественной немецкой пленке, а на 105 рублей приобрел самый дешевый катушечный магнитофон 'Чайка'. Все-таки хорошо, что попал я в 1961-й, когда много чего можно было купить без очереди, только денег у населения не хватало на бытовую и электронную технику, не говоря уже про машины и квартиры. А вот в годы застоя при Брежневе пришлось бы записываться в очередь, тогда на все, что считалось дефицитом, были очереди. А дефицитом считалось почти все, однако люди умудрялись все же как-то доставать нужные вещи, хотя частенько приходилось переплачивать. Как бы там ни было, принеся домой магнитофон, я в тот же вечер прокрутил домашним альбом 'Лирика', после чего в глазах мамы и сестры вознесся еще уже куда-то в заоблачную высь. Ну да это, думаю, не предел, очень мне хотелось, чтобы 'Лирика' вышла все же в виде грампластинки.
Глава 14
Директор Апрелевского завода грампластинок Лев Борисович Кугель с задумчивым видом вертел в руках бобину. Катушку с альбомом 'Лирика' я привез ему на прошлой неделе, за это время и он должен был прослушать альбом, и его техники, чтобы определить, подходит ли качество звучания для записи на винил. Я и в будущем предпочитал виниловые диски лазерным и прочим USB-носителям за более живой и теплый звук. А сейчас и выбора особого не было, до изобретения CD еще лет с четверть века ждать. Или до внедрения, не суть важно.
Но прежде чем ехать в Апрелевку с одной из копий альбома, мне пришлось еще раз выставить Блантеру бутылку эксклюзивного коньяка. Именно Матвей Исаакович помог решить вопрос с приемкой музыкального материала и одобрением его на художественном совете. Были небольшие претензии к паре-тройке песен, но не особо критичные, а в целом альбом членам худсовета понравился, после чего его было рекомендовано напечатать на Арпрелевском заводе опытную партию диска-гиганта тиражом в 10 000 экземпляров. Дальнейший спрос, как мне объяснили, диктуют магазины. Именно оттуда поступают заказы, которые обрабатываются и по их результатам решается, какой дополнительно отпечатать тираж пластинки.
В Апрелевку я лично привез магнитную запись с резолюцией худсовета и соответствующей рекомендацией отдела министерства культуры РСФСР. Хотя по телефону, насколько я знал, его еще и заранее предупредили. И вот теперь директор завода должен был вынести вердикт, подходит ли запись по своему качеству для выпуска на грампластинке. За качество я изначально не сильно волновался, все же она была сделана на профессиональной студии. Я уже слышал, как она звучит на магнитофоне, но все же немного мандражировал - очень уж задумчивым выглядел Лев Борисович.