Мятеж
Шрифт:
Я приложила ладонь к плечу, где был скрыт мой собственный чип. Его я, правда, намеревалась оставить. Просто на всякий случай.
— Не обижаешься, что я не полечу с тобой? — снова улыбнулся Каллум. — Мы ведь оба знаем, какой я лошара в смысле охоты.
Подойдя ближе, я встала на цыпочки и чмокнула его в губы.
— Я не хотела этого говорить. Но тебе и правда лучше остаться.
Он хохотнул и, держа грязные руки по швам, наклонился, чтобы поцеловать меня снова. Я положила ладони ему на грудь и растворилась в его поцелуе, ничуть не заботясь о любопытных
— Давай сделаем это ночью, когда ты вернешься, — сказал Каллум, чуть отстраняясь и целуя меня в щеку. — Никаких боев, никакой охоты и притирки к коллективу. Только это.
— Согласна. — Я погладила его шею и вздохнула. — Теперь я жалею, что согласилась лететь.
— А по-моему, хорошо, что согласилась. Если мы здесь останемся, ты сможешь заняться охотой. Охотой и спасением других. Это ведь твои любимые занятия.
Я негромко рассмеялась. Не знаю, как насчет спасения — пока он был единственным, кого я спасла, — но вот охота, наверное, действительно была «моим» ремеслом. Всё, что я умела, — это охотиться на людей по заданию КРВЧ. Только к этой охоте возвращаться я больше не собиралась.
— Рен! Ты готова?
Я оглянулась: Михей стоял возле челнока рядом с Джулс и Кайлом. Место пилота занял какой-то совсем юный рибут, и двигатель уже тарахтел. Я со вздохом отошла от Каллума.
— Пока.
— До скорого. Не подставляйся под пули.
Глава 5
Каллум
Увидев разбитую приборную панель, я нахмурился и коснулся места, где должна была находиться кнопка. Этот челнок пострадал больше, чем тот, в котором только что взлетели Рен и Михей, но был не безнадежен.
— Посмотри — ничего не пригодится?
В проеме двери нарисовался Айзек с мешком обломков.
— Не исключено, — сказал я, взял мешок и бросил на соседнее сиденье. — Спасибо.
— Не вопрос. — Он сунул руки в карманы и прислонился к двери. Привычка постоянно сутулиться делала его, и без того невысокого, еще ниже ростом. — Знаешь, расчисткой челноков редко кто занимается.
Я улыбнулся, копаясь в мешке:
— Может, потому, что сначала приходится вытаскивать фрагменты тел. — Я пожал плечами. — Но я неплохо рублю в технике. Решил: а вдруг пригожусь.
— Еще как, — отозвался он. — Большинство рибутов умеют только убивать.
Я закатил глаза. Вот она, корпорация с ее тупыми приоритетами.
— Не сомневаюсь.
— Откуда, ты сказал, вы прилетели? — спросил он.
— Из Остина.
— Ни разу там не был. Да и вообще городов не видел. Красиво там?
— Ни разу не бывал в городах? — Я удивленно взглянул на него. — Ты что, прямо тут и родился?
— Ну да.
— Так ты рибут от рождения? — спросил я. Нам же говорили, что у детей рибутов не бывает номеров. Странно.
— Не-а.
— Хм. — Я ждал объяснений, но Айзек молчал. Он явно что-то скрывал, и, судя по тому, как отводил глаза и хмурился, тайна эта была не слишком хорошей.
Я быстро глянул на то, что происходило у него за спиной. С десяток рибутов
Я снова повернулся к разбитой панели. Наверное, мы пока не привыкли друг к другу — я ведь тоже ни с кем не заговаривал. Подобрав более или менее подходящую кнопку, я попробовал загнать ее в отверстие. Без толку.
— Значит, из Остина, — произнес Айзек, сложив на груди руки. — Хорошее место?
— Нормальное, — пожал я плечами.
Вспоминая об Остине, я видел только родителей, захлопывающих дверь перед моим носом. А слышал только хрип человека, которому вцепился в горло.
Я закрыл глаза и сглотнул подкативший к горлу комок. Отчасти я испытывал облегчение оттого, что воспоминания стали возвращаться ко мне. Это началось прошлой ночью. Они просачивались постепенно, по капле. Прыжок и нападение на женщину из закусочной, плоть которой одурманила меня своим запахом. Ожидание Рен, которая отправилась за Адди, и движение в соседнем доме, отвлекшее мое внимание. Потом взлом двери и тот страшный рывок к человеку.
Вздохнув, я разлепил отяжелевшие веки и натолкнулся на сочувственный взгляд Айзека.
— Видать, вам там в КРВЧ здорово мозги повредили, — сказал он.
— Пожалуй, — ответил я даже слегка весело.
— Как там жилось?
— Да не так и плохо. Правда, в первые дни в филиале мне изрядно навешали, но потом отстали, и лупцевала меня только Рен, а это было даже забавно.
Он наградил меня ошеломленным взглядом:
— Точно повредили. Всем.
— Она была моим тренером, — рассмеялся я. — У нее это славно получалось.
— А-а, ну раз славно, тогда ладно.
— По-настоящему жутко было, когда нас заставляли отлавливать людей. Я бы, наверное, и года не протянул, если б остался, — вздохнул я. — Люди нас люто ненавидят.
Айзек кивнул и отступил на шаг:
— Но ведь иногда есть причины, согласен?
— Что ты имеешь в виду? — удивился я.
— Я бы на их месте нас боялся. Мы сильнее, выносливее, и большинство из вас с легкостью свернет им шею — спасибо КРВЧ.
Он был прав. В своей человеческой жизни я всегда побаивался рибутов, хотя они и интересовали меня. Пока я не перезагрузился сам, я ни разу не сталкивался с ними, но, скорее всего, тоже убежал бы при такой встрече.
Но я никогда не схватился бы за бейсбольную биту, чтобы крушить им головы. При воспоминании о нашем бегстве от жителей Розы меня пробрала дрожь. И пусть на один миг, но мне стала понятна неприязнь, которую Рен испытывала к людям.
— Тебе нравится здесь? — спросил я.
— Ну да, вроде. — Айзек пожал плечами. — Ведь могло быть и хуже? Я мог оказаться в КРВЧ.
— Точно.
— Здесь не так уж плохо. К тому времени как я тут появился, они многие трудности уже преодолели. Стали исправно собирать урожай, все были накормлены и одеты.