На грани ночи

Далеко внизу под ними мягко светился город. Извилистая речка отражала призрачное сияние. Человек, который рассматривал город с высоты трех тысяч футов, не замечал ни рева мотора, ни ветра. Равнодушный к красоте, открывшейся его взору, он изучал мост, который безошибочно обозначался светящейся дорогой через реку. От моста он перевел взгляд на север, вдоль шоссе, к транспортной развязке с ползущими огоньками автомашин. Транспортная развязка служила хорошим ориентиром. Он слегка повернул голову и разглядел

на расстоянии полумили среди огней большое прямоугольное здание. Стараясь не выпустить его из поля зрения, искоса посмотрел на часы. «Сейчас должна сработать автоматика», — подумал он. И, словно угадав его мысли, на темном здании вспыхнули желтые огни. Человек улыбнулся. Весьма учтивое приглашение в Первый Национальный банк Бэннинга, штат Джорджия. С этой высоты вспыхнувшие огни казались светящейся точкой, хотя на самом деле они образовывали равносторонний треугольник, каждая сторона которого была равна десяти футам. Днем раньше он сам установил их на крыше здания банка. Здание стояло на крутом берегу в центре города. А каждый фонарь был спрятан в цилиндрический рефлектор, что делало их невидимыми с земли. Иное дело — с воздуха. Человек снова взглянул на часы и похлопал по плечу пилота, сидящего перед ним. Он указал на светящееся желтое пятно.

Пилот кивнул.

— Усек, — сквозь рев мотора прокричал тот. — Как ветер?

Пассажир подтянул парашютные ремни, опоясывающие его коренастую фигуру. Он медлил с ответом, наблюдая за направлением их движения. Снова взглянул на желтые огни на крыше банка. Вспомнил, как вчера они с напарником, переодевшись механиками, обслуживающими систему кондиционирования, поднялись на крышу. Они спрятали брезентовый сверток за узлом кондиционирования на крыше. Быстро закрепили три фонаря, установили часовой механизм, который должен включить их через много часов. Перед тем, как покинуть крышу, они основательно поработали над системой включения тревоги возле дверей. Спустились к своему грузовику и уехали.

И вот теперь пассажир небольшого самолёта собирался вернуться туда. Он сам себе кивнул и снова коснулся плеча пилота. Наклонился вперед, чтобы его было лучше слышно, и прокричал:

— Ветер что нужно! Возьми немного на юг от транспортной развязки! Понял?

Пилот энергично кивнул. Пассажир быстро хлопнул его по руке и стал выбираться из маленькой кабины.

Он привычно развернулся в воздушном потоке, выпрямив руки и ноги, и полетел вниз, на обозначенный огнями город, умело управляя падением. Сгруппировавшись, он дернул правой рукой за кольцо. Парашют раскрылся с сухим треском. Потом наступила тишина. Слышен был лишь шорох уличного движения. Он весь сосредоточился на снижении. Опуститься в заданную точку надо с первой попытки, второй не будет. Орудуя стропами парашюта, он безошибочно направил черный нейлоновый невидимый снизу купол в нужную сторону. Высокая облачность, закрывшая луну и звезды, превращала его в призрак, скользящий с неба.

Три желтых фонаря разбегались с огромной скоростью, указывая ему точные координаты.

И вот он уже опускается на крышу, падает, сразу же поднимается и гасит парашют, не дав ветру подхватить его и отнести на край крыши.

Он перевел дух, посмотрел на часы, удовлетворенно широко улыбнулся. Затем приступил к делу. Он разложил на крыше парашют, развернул брезентовый сверток, который они с помощником спрятали там накануне, вынул из него сложенный воздушный шар, подсунул его под парашют, расправил, а затем прикрепил края полотнища к крыше. Светя потайным фонариком, проверил, надежно ли присоединен патрубок шара к двум небольшим баллонам с гелием, и отвернул вентили. Услышав, как в патрубке зашипел газ, человек довольно хмыкнул: к тому времени, как он всё закончит, шар будет наполнен.

Он наклонился, взял большой прорезиненный мешок и решительно направился к двери, которую так хорошо обработал восемнадцать часов назад. Дверь открылась бесшумно. Спустя несколько секунд он снова удовлетворенно хмыкнул. Охранная сигнализация всё ещё отключена. Светя себе фонариком,

он быстро двинулся вперед, мягкие подошвы его ботинок ступали бесшумно. И вот он уже перед толстостенным банковским хранилищем. Он улыбнулся — массивная стальная дверь была фактически неприступной.

Но не стены. Изучение чертежа здания дало ему — им — то, что нужно знать. Человек опустился на колени у свертка, извлек оттуда круглое взрывное устройство примерно в три фута диаметром. Он прикрепил взрывчатку к стене главного хранилища, размотал детонаторный шнур и протянул его за угол хранилища. Снова взглянул на часы и ругнулся. Вернулся к свертку, извлек несколько небольших ящиков, расставил их в помещениях банка и завел на каждом часовой механизм.

Он намеренно медлил, заставляя себя ещё раз представить каждый шаг. Всё было сделано точно, как он сотни раз репетировал. Он подошел к управлению детонатором, наклонился и замкнул контакт. Взрыв потряс здание банка, он едва удержался на ногах. Не обращая внимания на звон в ушах, бросился к пролому в стене хранилища. Внутри работал четко, как человек, который знает, где искать то, что ему нужно. Его руки двигались быстро, набивая пачками банкнотов подвешенные к парашютным ремням сумки на «молниях». Когда он застегнул сумки, на нем висело свыше ста тысяч долларов. В хранилище было больше, но пора быстрее сматываться.

Почти сразу же он услышал первые сирены полицейских машин. Он резко засмеялся, выбрался сквозь пролом в стене и побежал по лестницам. По всему зданию громыхали взрывы, и из канистр, разбросанных по полу, повалил дым, заволакивая место действия. Какое-то время полицейские могли видеть только этот дым. Человек толкнул дверь, ведущую на крышу, когда новые взрывы прогрохотали за его спиной. Он услышал звук разбитого стекла. Теперь срабатывали часовые механизмы, и осколки летели в зеркальные стекла фасада банка. Так что полицейским казалось, будто банда, которая засела в банке, в отчаянии открыла по ним огонь. Но полиция не торопилась идти на приступ: кто бы там ни был, он уже не уйдет — западня захлопнулась.

Человек запер за собой и забаррикадировал дверь, приглушив прерывистый звук разрывов. Бросился к парашюту, рвавшемуся вверх, — шар под ним уже наполнился гелием. Снизу доносились крики разъяренных и озадаченных людей, грохот моторов и вой сирен. Что ж, чем больше шума и суматохи, тем лучше. Человек проверил баллоны с газом. Всё готово. Он пристегнул стропы к своим лямкам и к пустым баллонам из-под гелия — оставлять после себя ничего нельзя.

Он потянул кольцо застежки, плотнее соединившей парашют с шаром. Огляделся. Ветер по-прежнему дул в нужном направлении. Ладно. Он зацепил свои ремни и разомкнул крепление воздушного шара. В густой темноте черный шар тихо поднялся с крыши и поплыл по ветру.

Полисмены всё ещё толпились перед банком, шумели и ругались, прячась от выстрелов бандитов, захвативших здание.

Человек на парашютных стропах внимательно осматривал местность, одновременно прикидывая направление ветра. Но вот он услышал гул мотора за собой. Повернувшись на стропах, разглядел знакомый силуэт низкокрылого «пони» и теперь следил, как самолёт выписывал над ним широкий круг, а лётчик махал ему рукой. Человек потянул за клапан, выпуская газ из шара. Но спуск шел слишком медленно — небо заметно светлело, — поэтому пришлось открыть и второй клапан. Парашютист отстегнулся от строп и, прижав руки к телу, камнем полетел к земле. Он дернул за кольцо. Над ним хлопнул и раскрылся нейлоновый купол запасного парашюта.

Приземлившись, он быстро погасил парашют, свернул его и побежал туда, где бесформенной кучей лежал спущенный шар с основным парашютом. К этому времени немного правее уже сел «пони» и неуклюже покатился по земле. Собрав всё имущество, парашютист побежал навстречу самолёту.

— Надеешься там повеселиться?

Капитан Бен Майклс посмотрел налево. Увидев широкую ухмылку на лице Дика Чамберса, он медленно покачал головой.

— Слушайте, майор, вы когда-нибудь думаете о чём-нибудь, кроме юбок?