На линии огня
Шрифт:
Ты быстро учишься, Сун-Цу. Признаю это. Но теперь я уже устранила потенциальную угрозу моему миру и его безопасности, а вместе с ней и один из предметов сделки.
– Что же именно? – спросила она так, словно собиралась незамедлительно удовлетворить его просьбу.
– Нечто такое, что поможет и вам, и мне. Вашим войскам необходим опыт в новой тактике современного боя. Мне нужны войска для того, чтобы вернуть то, чего лишило меня тридцать лет назад Федеративное Содружество.
Эмма Сентрелла поспешила не выдать своих мыслей под пронзительным взглядом молодого Ляо.
На твоей стороне молодость и отвага молодого
– Мы запланировали прием в вашу честь, – сказала она наконец, уже громче, желая, чтобы ее голос разнесся по всему залу. Она успела заметить разочарование, мелькнувшее в его глазах, и это доставило ей удовольствие, хотя она не подала виду. – Или, если быть более точной, в честь посла Капеллы, но ваше присутствие только вдохновляет наших артистов.
Словно прочитав ее мысли, Наоми поднялась и сделала шаг вперед.
Эмма улыбнулась дочери:
– Раз уж вы путешествуете без вашей невесты, Изиды Марик, моя семья почтет за честь, если вы позволите Наоми сопровождать вас.
Теплая улыбка и уважительный поклон в сторону Наоми показались достаточно любезными, хотя при упоминании имени Изиды Марик Эмма вновь заметила в глазах своего гостя тень разочарования.
– Я был бы чрезвычайно польщен, магистриса. Наоми тут же вышла вперед, закончив аудиенцию.
– Канцлер, – сказала она и поклонилась в ответ. Сун-Цу предложил ей руку, и она послушно приняла приглашение.
Эмма Сентрелла заметила, как облегченно вздохнула куртизанка, избранная ими в качестве эскорта для «посла Капеллы», незаметно отступая к боковому выходу.
Пока Сун-Цу вел Наоми к главной двери зала, Эмма Сентрелла продолжала сидеть, глубоко погрузившись в тяжелые мысли. Лишь когда дверь закрылась и в зале осталась одна только охрана, Эмма рассмеялась про себя и встала с кресла.
Ты намерен нанять вооруженные силы Магистрата, как будто это обычная рота наемников. Смелый план, Сун-Цу.
Эмма улыбнулась, уже не скрывая своих чувств, и направилась к тому же боковому выходу, чтобы вовремя появиться в зале для приемов и должным образом представить присутствующим канцлера.
Возможно, когда-нибудь я даже поддержу тебя. Но ты нетерпелив, и я заставлю тебя заплатить за это еще до твоего отъезда.
XII
Великий Сенат Новый Рим
Альфард
Марианская Гегемония
Периферия
11 мая 3058 года
Цезарь Шон О'Рейли ворвался через полуоткрытую дверь и резким толчком захлопнул ее, отчего большая стеклянная панель едва не разбилась. Золотые буквы на ней, даже если смотреть изнутри комнаты, легко складывались в слова «Министерство связи».
Деми-прецентор Камерон Сент-Джеймс поднял голову и увидел, что могучий правитель Марианской Гегемонии,
Удостоверившись, что все поспешно вернулись к своим делам, О'Рейли повернулся к Сент-Джеймсу. Лицо его было искажено от злобы, зубы оскалены, в зеленых глазах сверкали огоньки.
– Сун-Цу Ляо сейчас находится на Канопусе, – холодно сказал он, явно требуя объяснений.
Опустив глаза к отчетам «Слова Блейка», которые он только что изучал, Сент-Джеймс закончил читать один из многочисленных рапортов о боевых частях наемников, направленных к границе Магистрата Канопуса. «Наступательная тактика. Часть невелика, но высокомобильна. Специалисты по инфильтрации, затяжным партизанским рейдам, спецоперациям». Снова подняв голову, он оценил боевую позу Цезаря и легкой гримасой показал, что она не произвела на него никакого впечатления.
– Я знаю, – просто сказал деми-прецентор и вернулся к чтению заинтересовавшего его сообщения. «Последнее назначение – Новый Дом».
– Вы знаете? И что вы сделали? – спросил О'Рейли.
Сент-Джеймс отодвинул стопку сообщений на середину стола и откинулся на спинку единственного в помещении кресла. Одним локтем он оперся о подлокотник, и потер подбородок большим и указательным пальцами. Некоторое время обдумывал, стоит ли подняться.
В конце концов, именно Цезарь предоставил ему эту маленькую комнату, так как миссия Сент-Джеймса исключала его пребывание на территории станции гиперимпульсной связи «Слова Блейка». Прецентор Альфард входил во фракцию «Тояма», но Демона Азиз приказала Сент-Джеймсу действовать как можно осторожнее на тот случай, если что-то пойдет не так. По этой же причине она выбрала именно Астрокази в качестве базы предстоящей операции, а не какую-нибудь другую планету из числа пограничных миров, находящихся под сильным влиянием «Слова Блейка».
Если дела пойдут плохо, я стану ее жертвой новому «Первому Контуру».
Насчет этого Сент-Джеймс не питал ни малейших иллюзий. Если Демоне потребуется, она без колебаний назовет его ренегатом и прикажет уничтожить, чтобы сохранить свое положение. Таковы условия игры, которую они вели.
Если не я, то другой. Но я добьюсь цели там, где провалился бы другой. И когда Демону провозгласят примасом, я буду первым среди ее сторонников, ожидая того дня, когда она наконец оступится.
Чем больше Камерон обдумывал возможный риск и потенциальную награду, тем меньше ему хотелось терпеть Шона О'Рейли. Впрочем, ему доставляла удовольствие та почтительность, которую демонстрировал по отношению к нему правитель Марианской Гегемонии.
– И что вы хотите от меня? – спросил он наконец и посмотрел О'Рейли в глаза.
О'Рейли неловко переступил с ноги на ногу – он явно не привык к таким разговорам. Цезарь бесцеремонно пользовался властью, и его, конечно же, раздражало, что «Слово Блейка» – и в частности Сент-Джеймс – не поддаются запугиванию.
– Послушайте, – уже более деловитым тоном сказал он, – Сун-Цу сделал несколько крупных инвестиций в Гегемонию, как, впрочем, и Томас Марик. Ляо даже претендует на то, чтобы править Лигой Свободных Миров, если брак с Изидой все же будет заключен. Мне нужно знать, не означает ли его визит на Канопус смену союзников?