На линии огня
Шрифт:
– Привет, Джейми, – прозвучал чей-то низкий голос.
Джейми повернулась к другой двери и шагнула навстречу магистрисе Канопуса Эмме Сентрелле, вошедшей в комнату в сопровождении двух старших дочерей.
На магистрисе была строгая официальная мантия темно-синего шелка с золотистыми искорками. На голове ее красовалась золотая тиара, украшенная сапфирами. Смуглая кожа лица, темные волосы, полные губы и большие серые глаза придавали внешности магистрисы нечто экзотическое. Даже в свои пятьдесят с лишним лет магистриса поражала чувственной красотой, напоминавшей окружающим, что Канопус славится своей любовью к удовольствиям.
– Я
Деми-прецентор ответила ей улыбкой, напомнив себе, что в молодые годы Эмма Сентрелла была грозным солдатом и управляла боевым роботом. Эта женщина не из тех, кто способен на ничего не значащую лесть.
– Вы и ваши дочери, магистриса, выглядите очаровательно, – сказала она, сравнивая лица юных красавиц Данаи и Наоми с внешностью их матери.
На обеих вечерние платья: Наоми в модном с блестками, мягкого тона, Даная в более откровенном, лазурном с черным, с разрезом, открывающим взору стройную длинную ногу.
– Я вам не помешала?
Эмма Сентрелла жестом пригласила Джейми присесть на мягкую софу.
– Мои дочери собираются сегодня на прием, но у них еще есть несколько свободных минут. – Сама она опустилась в массивное, в форме полумесяца кресло, подобрав под себя ноги. – А послание, похоже, и впрямь содержит какую-то важную информацию.
Присев на софу, Джейми положила пакет Ляо на маленький столик, отделявший софу от кресла, в котором сидела магистриса. Даная, которой недавно исполнился двадцать один год, – наиболее вероятная претендентка на место матери – села справа от Джейми. Девятнадцатилетняя Наоми расположилась чуть в стороне, опустившись на колени и откинувшись на синяку софы.
Джейми посмотрела на конверт, едва заметно нахмурившись, зная, что магистриса обязательно обратит на это внимание.
– Полагаю, что да, магистриса, иначе я не пришла бы так поздно. Этот пакет был вручен «Слову Блейка» в Сиане, столице Капеллы, с указанием как можно скорее доставить его вам. Он от Сун-Цу Ляо. Мы провели сканирование, чтобы убедиться в его безопасности. Это же сделали и ваши люди, когда я пришла сюда.
– И что же, по-вашему, содержится в нем, Джейми?
Эмма Сентрелла была слишком опытным дипломатом, чтобы выдать свои чувства выражением лица, даже при столь неформальной встрече, но Джейми распознала в голосе магистрисы нотку любопытства. Понятно. Большая часть дипломатических сообщений вручалась Ком-Стару или «Слову Блейка». Последние имели станции гиперимпульсной связи, которые могли переслать сообщения из Сиана в Канопус за пять-десять дней. Или менее чем за день при соответствующей оплате по высшей категории срочности. Но Сун-Цу не постоял перед расходами и отправил пакет не дипломатическим путем, а с курьером, который, сменив несколько шаттлов и «прыгунов», наконец прибыл в Магистрат. Джейми знала, что сообщение находилось в пути около месяца, и его доставка обошлась канцлеру в сто раз дороже, чем если бы было отправлено по гиперимпульсной связи.
И при всех этих затратах времени и денег мы понятия не имеем, о чем оно, и это меня серьезно беспокоит.
– «Слово Блейка» не было ознакомлено с содержанием, магистриса. Мы лишь знаем, что это – подарок для вас в надежде на улучшение отношений между Канопусом и Конфедерацией Капеллы.
Эмма Сентрелла еще раз посмотрела на пакет, задумчиво поджав
– Детские игры, – сказала она, покачав головой.
– Не думаю, что это так, – ответила Джейми, сохранив в голосе легкую нотку сомнения.
Играть на обе стороны, так говорилось в директиве прецентора Азиз. Первым порывом Джейми было уничтожить пакет – внезапный интерес Сун-Цу к Канопусу встревожил ее. Но Демона Азиз возглавляет «Тояму», и воля Блейка будет исполнена. Джейми верила в нее почти так же, как Камерон Сент-Джеймс.
Она продолжила:
– Сун-Цу прислал также устные сообщения. «Слово Блейка» должно проинформировать вас, что Конфедерация отправляет нового посла в Магистрат Канопуса. Этот подарок сопровождает просьба принять его.
Предыдущего посла Ляо, бесцеремонного и воинственного солдафона, магистриса, в конце концов, выдворила из своих владений. По тому, как сузились глаза Эммы Сентреллы, Джейми поняла, что она вспоминает его без всяких теплых чувств.
Эти дураки направляют еще одного мужчину, с некоторым облегчением подумала Джейми. Хвала Блейку, что капеллане не учатся на своих ошибках. Нельзя сказать, что в Магистрате не ждали мужчин в качестве официальных лиц. Например, последний посол Таурианского Конкордата был мужчиной, но если Сун-Цу пытается иметь дело с государством вроде Магистрата Канопуса, где женщины играют доминирующую роль, то разве было бы неразумным принять во внимание местные обычаи?
– Отправь его назад, мама. – Совет Данаи Сентреллы прозвучал столь же резко, сколь и внезапно. – Не прошло еще и года. Сомневаюсь, чтобы они успели научиться хорошим манерам, а еще менее уважению к тебе и Магистрату.
Суровые черты лица Данаи напомнили Джейми голографии магистрисы Кайаллы Сентреллы, матери Эммы. Зная о том, что Даная является водителем боевой машины и командиром батальона Дворцовой гвардии, Джейми прекрасно понимала, как трудно этой молодой и нетерпеливой женщине иметь дело с Ляо. Ей вдруг пришло в голову, что и выбор Данаей платья в общем-то не лишен смысла, ведь лазоревый и черный – это цвета формы Вооруженных Сил Магистрата.
Лицо Эммы Сентреллы не выдало никаких эмоций, когда она посмотрела на младшую из дочерей.
– А что ты думаешь, Наоми? Принять мне нового посла?
Наоми пожала плечами, хотя явно уже успела поразмыслить над этим вопросом. Джейми знала, что этой девушке более близка сфера связей с общественностью, чем военная, хотя официально она и занимала пост командира роты в дворцовой гвардии. Может быть, она менее склонна к принятию излишне резких действий против капеллан?
– Я бы сказала, что тебе следует взглянуть на подарок, – произнесла наконец Наоми. – Может быть, он поможет тебе принять верное решение.
Джейми постаралась не выдать своего облегчения, услышав эти слова. Сун-Цу Ляо не отличался особым хитроумием. Если, конечно, он сам не совершит какую-нибудь ошибку, «Тояма» или «Движение 6 июня» просто бросят несколько вибробомб на его пути.
Эмма Сентрелла протянула руку и положила пакет себе на колено. Потом потянула за язычок тонкую проволочку, легко разрезавшую пакет по шву, и подняла крышку полированной деревянной шкатулки.
– О, очень интересно!
Подавляя желание вскочить и посмотреть на содержимое шкатулки, Джейми осталась сидеть, а вот Наоми поднялась и забрала у матери и обертку, и шкатулку, оставив в руках магистрисы большую книгу в кожаном переплете.