На линии огня
Шрифт:
Рука девушки легла на его ладонь. Прикосновение было легким, почти невесомым и теплым.
– Моя мать считает, что вы помогаете Гегемонии в ее враждебной политике по отношению к нам, – тихо предупредила она.
Сун-Цу Ляо кивнул, потому что этого она и ждала от него.
Прекрасная работа, мысленно поздравил он свою гостью. Ты не выдаешь ничего такого, чего я уже не понял из разговоров с твоей матерью, и пытаешься завоевать мое доверие.
Возможно, Наоми не обладает той склонностью к военным делам, которой отличается его
– Ваша мать очень мудрая женщина, – осторожно заметил он и, придав голосу нужную нотку сожаления, закончил: – Но не всегда права.
– Я не верю, что станете воевать с нами, Сун-Цу.
– Знаю. – Теперь он прибег к мягкой смеси печали и сочувствия. – Я знаю.
Последовала еще одна пауза. Сун-Цу медленно отсчитывал секунды, пока снова не почувствовал легкого прикосновения руки Наоми.
– О чем вы сейчас думаете, Сун-Цу Ляо? Он повернулся, взял ее ладонь в свои руки и легонько пожал.
– Как хорошо, что у меня наконец появился здесь друг, – прошептал он, подняв глаза на первые вечерние звезды, чтобы она не заметила играющую в них улыбку.
Эмма Сентрелла сидела у камина, глядя, как танцуют язычки пламени в камине, и слушала потрескивание поленьев. Незатейливый белый атласный халат отражал отблески огня и подчеркивал смуглость кожи магистрисы. Она никогда не упускала таких, казалось бы, несущественных деталей, даже оставаясь в своей комнате одна.
– И он показался тебе расстроенным? – Эмма повернула голову в сторону дочери. – Ты полагаешь, он никак не связан с этими жуткими налетами.
– Я не могу утверждать этого, мама. – Наоми переступила с ноги на ногу, что напомнило Эмме младшую дочь. Та переминалась с ноги на ногу точно также, когда ее спрашивали, сделала ли она домашнее задание. – Возможно, Сун-Цу и впрямь чувствует себя здесь одиноким и уязвимым. Если так, то я – самый близкий ему человек.
Вот еще одно доказательство того, что Сун-Цу не обладает ни уверенностью в себе, ни самоконтролем, которые необходимы каждому правителю Внутренней Сферы. Однако, напомнила она себе, он не глуп. Неопытен, возможно, слегка наивен. Если у него разовьется привязанность к Наоми, то это может оказаться полезным. В конце концов, Томас Марик нашел повод отложить брак своей дочери с Ляо. С тех пор прошло уже несколько лет. Все знают, что такое решение принимают только в крайних случаях. Сун-Цу может быть легко уязвим.
– Наоми, тебя не обидит, если я предложу продолжить эти отношения? – спросила Эмма, прищурившись. – Я бы хотела, чтобы Сун-Цу чувствовал себя у нас спокойно и комфортно. Особенно с тобой. Будь здесь его другом.
Наоми не поднимала глаз.
– Конечно, как пожелает магистриса.
– Спасибо, Наоми. Нам нужно его дружеское расположение. Он предлагает нам многое из того, в чем мы нуждаемся, чтобы вернуть Магистрату былое могущество.
– Так ты собираешься отдать наши войска в распоряжении Капеллы?
Эмма
– Я еще не решила. Эта идея имеет свои достоинства. – Она помолчала. – Сначала мы посмотрим, что Сун-Цу отдаст прямо так. В конце концов, его технические советники находятся всего лишь в шести днях пути от нас. Разве ему не придется предоставить всех своих людей в наше распоряжение для того, чтобы завоевать расположение, которого он так ищет?
Наоми улыбнулась:
– Конечно, мама.
Она подождала еще минуту и начала потихоньку отходить к двери.
– Один момент, Наоми. – Магистриса окликнула дочь так, словно ее вопрос не имел никакого особенного значения. – Ты упомянула закат и то, как Сун-Цу любовался им. Уже давно вечер… – Она не договорила.
Эмма Сентрелла не могла видеть выражения лица дочери, но по той осторожности, которая прозвучала в голосе девушки, поняла все, что ей требовалось.
– Мы наблюдали за тем, как на небе появляются звезды, мама. И какое-то время мы просто… разговаривали. Эмма повернулась к дочери и тепло улыбнулась:
– Конечно. Спокойной ночи, Наоми.
После того как Наоми закрыла за собой дверь, выражение лица Эммы Сентреллы не изменилось, и только улыбка стала менее теплой и более задумчивой.
XIX
Шаттл «Булавочная Головка»
Космопорт «Джюбили» Джюбили
Маранта
Магистрат Канопуса
Периферия
22 мая 3058 года
Маркус приподнял защитные очки и потер глаза. Очки были уже не новые, и пыль просачивалась под них вместе с кисловатым запахом раскаленного металла и пота, тяжело висевшего в душном, спертом воздухе грузового отсека «Тупицы». Старенький корабль не отличался слишком уж большим комфортом, но приходилось мириться с этим. Не помогали даже крылья больших вентиляторов, установленных возле открытой двери – температура в отсеке стояла как в раскаленной солнцем пустыне. Никакого сквозняка не было и в помине.
Когда наконец нам доведется полетать на чем-нибудь поновее, привычно проворчал про себя Маркус. И так же привычно ответил сам себе – никогда.
«Ангелы Аванти» передислоцировались в Джюбили сразу же после того, как на Индейский Остров прибыли местные гарнизонные подразделения. Один шаттл оставили, чтобы загрузить его собранными трофеями, и он прибыл только под вечер.
Маркус снова наклонился над листом брони, не выпуская из рук газовую горелку. Он пытался определить, как лучше вырезать кусок металла для треугольного защитного колпачка, располагающегося на колене боевого робота Винса Фоули, когда к нему подошла Джерико Райан.