На пределе

Браун Сандра

– Я ничегошеньки не поняла.

– Тогда придвигайся поближе, и ты увидишь чертеж не вверх ногами.

Она послушалась, передвинула свой стул и села рядом. При этом нога ее нечаянно коснулась его, но Шанталь не подала виду, что заметила.

– Что означают эти маленькие черточки? – спросила она, показав на ряд карандашных пометок на бумаге.

– Как я уже сказал, когда ты явно думала о чем-то другом и не слушала, построить мост невозможно, разве что начать плести пеньку, чтобы соорудить нечто вроде того, что ты сожгла.

–

Что? Вчера шла речь об опорах и арках и…

– Попридержи лошадей. Дай мне объяснить, ладно? – Она замолчала. Он глубоко вздохнул и продолжал: – Я построю подвесной мост, но не на той высоте, где был старый. Наш мост будет много ниже, вон там, где ущелье сужается, – сказал он, прочерчивая линию над извилистой чертой, которую Шанталь правильно приняла за ручей. – В этом месте его длина не будет превышать пятнадцати метров.

– Не понимаю. А как попасть туда вниз?

– Посмотри сюда. Это ступени, выбитые в скале.

– Ступеньки к мосту, – раздумывала она вслух. – Мост намного короче, а построить его легче и не потребуется такого количества материалов.

– И не так много рабочих рук.

– И не так много времени.

Ее выразительные глаза встретились с глазами Скаута, но взгляд ее тут же вернулся к чертежам.

– Они будут крутыми, эти ступеньки?

– Если вырубать их вертикально вниз, то очень крутыми. Поэтому я расположил их зигзагом. Они будут тогда куда более пологими, чем сам склон. Но за ними придется постоянно следить, чтобы они не заросли.

– С этим проблем не будет. Вы что-то упоминали о компромиссах.

Он поскреб голову.

– Во-первых, пешеходу теперь понадобится больше времени, чтобы перебраться через ущелье, чем прежде. И всему населению придется заняться аэробикой.

– Но этот мост будет много безопаснее, чем старый.

– Это уж наверняка.

– Какие минусы? – спросила она.

– Калеке через него не перебраться.

– Калеке и по тому мосту, что у нас есть, не пройти.

– Был, – поправил он Шанталь и улыбнулся.

– Был, – мягко повторила она. – Однако до деревни все равно нельзя будет добраться на машине, – указала она еще на один недостаток предложения Скаута.

Он бросил карандаш и глубоко вздохнул.

– Вот тут-то и самая главная закавыка, Шанталь. Я почти всю ночь думал, пытаясь найти способ, как построить действующий мост с теми ограниченными ресурсами, что имеются в моем распоряжении. Нет такого способа! Прости, но я не кудесник. Я не могу перекинуть мост через такое ущелье без бульдозеров, подъемных кранов, современных материалов, не располагая месяцами тяжелой работы опытных инженеров. Мужчины в твоей деревне при всем их энтузиазме не являются квалифицированными рабочими. Это же очевидно. Мне думается, я смогу построить вам пешеходный подвесной мост внизу в самой узкой части ущелья, укрепить его на бетонных столбах стальными тросами. Ничего лучшего я предложить не могу.

Она пристально

смотрела на Скаута, силясь понять, насколько он искренен. Ей показалось, что он не хитрит. Ни тени фальши. Более того, он казался неподдельно расстроенным и явно сожалел, что не может предложить ничего иного.

– Я и хотела, чтобы ты предложил нам лучшее, Скаут.

Он улыбнулся.

– Значит, ты согласна, чтобы я действовал в соответствии с этим замыслом?

Она поднялась со стула, закатывая рукава рубашки.

– Еще как! С чего начнем?

Он медленно и с трудом встал со стула. Сунул под руку костыль и сказал:

– Собирай воинов, принцесса. Твой главнокомандующий желает к ним обратиться.

– Ты давно носишь очки?

Скаут некоторое время наблюдал за Шанталь, сидевшей у стола в противоположном конце комнаты. Помещение освещалось лишь керосиновыми лампами, расставленными по углам. Ее сосредоточенное лицо было почти в тени. Перед ней на низеньком столике лежало несколько фрагментов застывшей лавы, и она что-то записывала в журнал.

Подняв голову, Шанталь взглянула на него сквозь очки.

– Со школы. Только когда читаю.

– Гм-м… над чем ты работаешь?

– Данные по вулкану Голос Грома.

– Зачем?

Она не ответила. Вместо этого она подняла очки на лоб и с тревогой посмотрела на него.

– Ты выглядишь усталым, Скаут.

– Так оно и есть.

– Почему бы тебе не лечь спать?

– Слишком о многом надо подумать.

Она сидела, поджав под себя одну ногу. Спустя секунду она отложила блокнот, встала с дивана и подошла к нему, бесшумно ступая босыми ногами.

– Мой отец утверждал, что я прекрасно массирую спину. Может быть, это поможет тебе расслабиться.

– Звучит заманчиво.

Она зашла сзади за его стул и принялась ловко массировать ему спину и шею. Ощущение было замечательное, но Скаут не верил, что это поможет ему расслабиться. Рядом с Шанталь об этом думать не приходилось. Больше недели прошло с той праздничной ночи и их несостоявшейся любви там, на пляже. Скаут все еще легко заводился и быстро раздражался. Казалось, его лихорадит без особой температуры. От этой лихорадки он не мог избавиться. Каждые несколько часов он глотал аспирин, но дрожь не унималась.

– В последние дни жарче, чем когда я здесь появился, верно?

– Это все вулкан, – объясняла она, массируя его напряженные мускулы сильными пальцами. – От двух сегодняшних извержений воздух сильно прогрелся.

Подобное происходило и со Скаутом при одном взгляде на Шанталь. Каждое утро она надевала шорты и простую рубашку и присоединялась к рабочим. Но ее бюст делал рубашку необыкновенной, а то, что удавалось ее длинным ногам, украшавшим обыкновенные шорты, держало Скаута на грани извержения, под стать Голосу Грома. Эти ее ноги даже в толстых носках и тяжелых ботинках выглядели потрясающе.