На стороне бога
Шрифт:
— Может, сделать ей искусственное дыхание? — робко предложил Сергей.
— Оно не помогает при ударе ножом, — возразил Дронго, наклоняясь к умирающей. — Дайте свет! — раздраженно крикнул он. — Я не вижу ее лица.
Несчастная дергалась у него в руках, очевидно, в последних конвульсиях.
— Наташа! — с отчаянием в голосе закричал Сергей.
— Я здесь! — вдруг крикнула из темноты Толдина. — Меня никто не убивал.
Я здесь!
Она сделала шаг вперед, и Буянов увидел актрису. Дронго повернул умирающую на спину.
Глава 7
— Господи! — закричал Мамука. — Моя Нани! Ее убили!
Он подскочил к телу своей супруги, бросился ее тормошить. Дронго поднял голову. Было уже поздно. Несчастная женщина умерла. Он почувствовал, как обмякло ее тело. Вейдеманис взял одну из свечей и подошел к окну. Оно было открыто.
— Убийца выпрыгнул в окно, — сказал Эдгар.
— Что? — поднял голову Мамука. — В окно? Я найду его! Я задушу его своими руками! Он думает убежать?
Потрясенный горем муж вскочил и кинулся к лестнице. Очевидно, он расталкивал людей, пробираясь вниз, потому что слышались чьи-то восклицания, сдавленные крики. Мамука побежал к двери и стал дергать ручку. Затем лихорадочно, с громкими проклятиями открыл дверь и наконец выбежал на улицу с диким криком.
— Убью! — кричал он. — Я его убью!
Мужчины бросились за ним. Дронго наклонился к телу погибшей и посмотрел на нее. В спине женщины торчал нож, загнанный точно под лопатку. Дронго нахмурился. Хорошо, что Мамука этого не увидел. Он достал носовой платок и попытался вытащить нож, глубоко Сидевший в теле. Дронго был крупным и сильным мужчиной, но ему удалось это сделать лишь со второго раза.
Хлынула кровь. Дронго поморщился и, разглядывая орудие убийства, осторожно повернул тело на спину.
— На этот раз он ударил ножом, — проговорил Эдгар, подходя к нему.
— Напрасно ты сказал про окно, — заметил Дронго, выдвигая ящики кухонного шкафа. Вейдеманис держал свечу. Вдруг Дронго обернулся. Рядом стояли Людмила и Наталья Толдина. Все мужчины были внизу.
— Я хотел сказать это тебе, — признался Вейдеманис, — не думал, что у него будет такая бурная реакция.
— В его положении это естественно, — пробормотал Дронго. Он держал нож в руках, оглядываясь в полутемной комнате в поисках целлофанового пакета.
— Она умерла? — ровным голосом спросила Людмила. Дронго кивнул головой — он не хотел ничего говорить.
Людмила подошла к телу убитой и наклонилась над ним. Дронго увидел, как ее трясет от ужаса.
— Это я, — говорила Толдина, словно в лихорадке, — это я должна была погибнуть. Это меня должны были убить…
— Перестаньте, — прервал ее Дронго, — сейчас не время!
— Нет, нет, — упрямо повторяла она, — это меня должны были убить. Меня, меня!
— Найди мне какой-нибудь пакет, — попросил Дронго, обращаясь к Эдгару.
— Желательно целлофановый, чтобы сохранились отпечатки пальцев.
— Сейчас
— Это из-за меня, — повторяла в тишине Толдина, — я во всем виновата.
— Мы с вами потом поговорим, — сказал Дронго, — не уходите никуда отсюда. Будет лучше, если вы все время будете рядом со мной. Эдгар, ты еще не нашел спички? Давай быстрее, мне нужен пакет.
— Да, да, сейчас. Черт побери, мне действительно не нужно было говорить про окно. Как все глупо получилось! Я даже не подумал, что мы на втором этаже.
Может быть, убийца нарочно открыл окно, чтобы мы предположили, что он убежал.
Кажется, я нашел спички.
— Толдина, — громко спросил Дронго, — вы еще здесь?
— Да, — ответила актриса.
— Встаньте за моей спиной, между мной и Вейдеманисом. Людмила, вы тоже здесь? Людмила, вы меня слышите?
— Да, — сказала супруга Отари, — я здесь.
— Сейчас зажгу свечу, — пробормотал Вейдеманис, чиркая спичкой. Первая спичка погасла. Он чиркнул второй раз. Наконец свеча загорелась, освещая все вокруг. Людмила стояла на коленях перед телом своей подруги, словно молилась.
— Дура я, — громко сказала Толдина, — мне казалось, что нужно дождаться милиции и тогда все рассказать. Какая я дура!
— Вы мне потом все расскажете! — Дронго оглянулся вокруг в поисках пакета. Он все еще держал нож в правой руке. — Эдгар, — снова попросил он, — постарайся найти мне пакет.
— Я его ищу, — пробормотал Вейдеманис. — Я волнуюсь из-за того, что совершил ошибку, крикнув про окно.
— Я тоже был не совсем прав, — заметил Дронго. — Не нужно было звать всех остальных. Это моя ошибка. Такая погода и отсутствие света действуют всем на нервы. А тут еще и второе убийство.
— При чем тут ты? — удивился Вейдеманис. — Это ведь я крикнул про окно.
— Я позвал людей, — объяснил Дронго, — а мне не следовало их звать.
Убийца был наверняка где-то рядом. Возможно, в коридоре или на лестнице. А когда я крикнул, все побежали сюда, и убийца мог легко присоединиться к остальным. — Если, конечно, он не выпрыгнул в окно, — заметил Вейдеманис.
— Здесь второй этаж, — возразил Дронго. — Я не думаю, что он выпрыгнул в окно. Он бы сломал себе ноги.
— Непонятное расположение комнат, — сказал Вейдеманис. — Зачем они сделали кухню на втором этаже? Было бы удобнее расположить ее на первом.
— Там гостиная для приема гостей, — пояснил Дронго, — поэтому они решили, что кухня должна быть на втором.
— А почему ты думаешь, что убийца не успел сбежать вниз?
— Я крикнул, и люди сразу же побежали наверх. Он мог спрятаться только в коридоре или выбежать на веранду. Людмила, где вы были в тот момент, когда я закричал?