Наблюдатель
Шрифт:
— Вроде как чтобы скоординировать действия, — вздохнул я, — хотя, если честно, не представляю, как мы это сделаем. Да и зачем не очень…
Я не успел договорить. Справа от нас возник огромный мотоцикл с коляской, за рулем которого сидел здоровенный смуглый парень в черной майке и с массивной золотой цепью на шее. Он помахал нам рукой, потом сказал пару фраз на испанском.
— Так понимаю, все на месте? — перевел асот.
— Не знаю, — я пожал плечами.
— Я Алекс, — здоровяк спрыгнул с мотоцикла и, совершенно не глядя
— Антон, — ответил я, пожимая крепкую ладонь.
Мэй Лин тоже представилась.
— Нас всего трое осталось, — продолжал Алекс, — я точно знаю.
— Откуда ты?.. — хотела что-то спросить Мэй, тут я услышал хлопок дверцы за спиной — там, где стояла Муся.
Коля, вопреки моей просьбе, вышел из салона и направлялся к нам.
— Или не точно?.. — растерянно спросил Алекс.
— Он не наблюдатель, — сказал я, — просто мой друг.
— Вот как? — Алекс поглядел на меня со странным выражением, — не знал, что у наблюдателей бывают друзья.
Сказав это, он громко рассмеялся, запрокинув голову. Мы с Мэй растеряно переглянулись.
— Тоха, — шепнул Коля мне на ухо, когда подошел ближе.
— Какого фига ты… — возмутился было я, но Коля меня перебил, продолжая шептать на ухо.
— Не нравится мне это. Чувство нехорошее. Давай линять, а?
Асоты реплики Коли не переводили. Мэй и Алекс смотрели на меня растеряно.
— Ты серьезно, что ли? — так же шепотом ответил я, и добавил, уже громко: — ну что, раз собрались — надо бы как-то скоординироваться, да?
— Да что координироваться-то? — Мэй пожала плечами, — оружие нужно. Как найти паразита я уже соображу. Айя сказал, когда сможет синтезировать субстанцию?
— Сказал, как договоримся, сразу лететь к нему, — я пожал плечами. Почему-то только теперь я осознал, что это действительно было довольно странно. Почему сразу не собрать нас всех вместе, в его резиденции? Перестраховался он, что ли? Да и говорить нам — о чем? Обсуждать детали того, как каждый из нас заразит паразита?..
Я посмотрел на Колю, заглянул ему в глаза.
А потом сработали инстинкты. После таких моментов невозможно сказать, почему ты поступил так, а не иначе. Этому нет рационального объяснения.
Я схватил Колю в охапку и одним прыжком влетел в Мусю. Кажется, я что-то орал. Вроде: «Скорость максимум!» или что-то в этом роде. Как бы то ни было, она меня поняла.
Всего через секунду мы были в десятке километров от мусорного пляжа. А через две — расстояние достаточно увеличилось для того, чтобы мы выжили.
Сам момент взрыва я помню очень хорошо.
Наши с Колей глаза защитила Муся, сделав окна почти непрозрачными. Но даже сквозь них это выглядело как океан света и огня.
Мы не снижали скорость. Рвались ввысь. Меня это удивило: ведь по инерции «выше» не воспринималось как «дальше». Только позже я сообразил, что разреженная атмосфера создает менее мощную
Глава 26. Переговоры
Тем вечером я не мог уснуть. Все прокручивал в голове тот критический момент, когда почуял близость смерти. Она ведь была почти неизбежной. Наверно, я даже в какой-то мере заглянул за этот горизонт, смог почувствовать, что там — на другой стороне. И мне не очень понравились эти ощущения. Безысходность. Когда уже нельзя ничего изменить.
И, конечно, я думал о том, был ли шанс спасти других наблюдателей. Раз за разом я приходил к выводу, что таких шансов не было. Даже если бы я кричал на бегу, что нужно спасаться. Крик замедлил бы меня на долю секунды, которая могла стать критической. Кроме того, они могли и сами о себе позаботиться — если бы чувствовали немного быстрее, чуть быстрее думали… наверное. Мне хотелось думать, что могли. Но, хоть ситуация и была предельно ясной, я не переставал прокручивать в голове сценарии.
— Не спишь? — спросил Коля. Он лежал рядом, так же, как и я беспокойно ворочаясь.
— Нет, — ответил я.
— Я вот тоже… слушай, хоть какие-то мысли есть, а? Что это было и зачем? Может, все-таки к Айя вернемся?
— Ты же умный парень, — ответил я, — сам все понял.
— Ничего я не понял! — возразил Коля, — этот паразит, он сорвал наши планы, да? Теперь все будет сложнее? Мы сможем его победить?
Я вздохнул и открыл глаза. Посмотрел на напарника, который приподнялся на локтях и глядел в мою сторону. Его глаза влажно блестели в звездном свете.
— Думаю это Айя хотел нас убить, — тихо, но уверенно, произнес я, — и мы спаслись только чудом.
— Тоша, ты серьезно? — вмешалась Муся.
— Сама подумай, — ответил я.
— Я боялась об этом думать… а что, если он меня каким-то образом контролирует?
— Если бы он тебя контролировал — мы бы не смогли скрыться от взрыва, — возразил я, — да и сейчас не сидели бы спокойно здесь…
— Может, это все-таки не он? — с надеждой в голосе спросил Коля, — иначе все совсем хреново…
— Знаю, — ответил я, — надо крепко думать.
— О чем?
— О том, что делать дальше.
Где-то через час мне все-таки удалось забыться беспокойным сном, где меня преследовал радиоактивный скорпион, который почему-то был Айя. Он загнал меня в лабиринт, чтобы выйти из которого, я должен был научиться мыслить в четырех измерениях. И во сне у меня это каким-то образом получалось.
Когда я проснулся, у меня в голове уже созрел план. Я собирался сделать то, что еще день назад казалось совершенно немыслимым. Но тогда я совершенно неверно оценивал реальный расклад и баланс сил. Теперь же ситуация прояснялась. И многое зависело от того, как быстро Айя поймет, что меня не удалось ликвидировать.