Начало пути

Майер Кай

Взгляд Фурии пробежал по полкам.

— Целестин?

— Была у меня эта книга, — сказал кромсач, — но я распродал её части много лет назад. Какой-то коллекционер из Германии был согласен заплатить целое состояние за одну лишь обложку. Страницы из этой книги я разослал десяткам людей по всему миру, заработав при этом такую сумму, какую мне ещё ни разу не удавалось получить ни за одно издание.

На лице Изиды появилось неприкрытое отвращение. Фурии тоже стало плохо от одной лишь мысли о подобном кощунстве.

Не

менее больно ей было и оттого, что для прыжка придётся воспользоваться любимой книгой её матери, и тогда «Фантастико» растает в воздухе, не оставив и следа. Но на карте стояла жизнь Пипа, и такой уж была сущность прыжка: для того чтобы он состоялся, нужно было идти на жертвы.

— Объясните мне, какова во всём этом роль Зибенштерна, — попросил Целестин.

— Погодите! — Финниан поднял руку. — Прошу прощения, но сейчас мне действительно пора. Если Интрига решится отомстить нам и выдаст Академии тайник в Лесу мёртвых книг, нужно как можно быстрее обеспечить охрану перехода. Я не могу сидеть здесь и ждать неизвестно чего.

Фурия улыбнулась ему:

— Ты прав.

Она обняла сначала Финниана, а затем Кэт, которой тоже гораздо комфортнее было в Либрополисе, а не здесь, в Лондоне.

Кэт крепко сжала Фурию в объятиях.

— Единственный, кто может тебе помочь вызволить Пипа, — это она. — Кэт подошла к Изиде. — Спасибо за всё. И будь осторожна, ведь… да что это я, ты и сама всё знаешь. — Кэт поспешно смахнула слезу, снова улыбнулась и повернулась к Целестину: — И вам огромное спасибо. Если все остальные молчат, хотя бы я вас поблагодарю.

Кромсач смущённо улыбнулся. К Целестину подошёл Финниан и пожал ему руку.

— Подождите-ка, — сказал вдруг хозяин дома. — Возьмите с собой вот это.

Целестин выдвинул ящик стола и вытащил оттуда две закладки с гербом Либрополиса, потом, пошарив в карманах, вынул несколько купюр по двадцать фунтов. — Это вам на дорогу к мосту. Выйдя из дома, поверните налево и пройдите несколько метров вперёд. Там увидите стоянку такси.

Кэт с благодарностью приняла его подарки, а Финниан повернулся к Изиде.

— Позаботься о Фурии, — сказал он и протянул ей руку.

Изида что-то пробурчала, замешкавшись на какой-то момент, но затем всё же пожала руку Финниана.

Фурия провела друзей до выхода. Здание, в котором находился полуподвал Целестина, оказалось старым особняком без палисадника, с осыпающейся штукатуркой и граффити на стенах первого этажа. Ни в одном из высоких окон не горел свет.

В такое позднее время, посреди ночи, машин было совсем немного. По улице гулял ледяной ветер, приносивший с собой запах гнилых овощей. Неподалёку стояли закрытые киоски с надписями на хинди.

Все чувствовали, что это расставание очень поспешное: не было ни плана, ни подготовки. Но каждый осознавал: нельзя терять ни минуты.

Фурия снова обняла друзей, пожелала им удачи

и скорее побежала обратно вниз, чтобы никто не заметил, как блестят её глаза.

Глава ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Вероятно, их расставание на улице затянулось, поскольку, когда Фурия снова зашла в подвал, застала там лишь одного Целестина.

— А где Изида?

Он сидел перед письменным столом, выдвинув все ящики, и перебирал кипы документов, писем и счетов. Не отрываясь от своего занятия, Целестин указал пальцем на потолок.

— Она хотела помыться. Поднялась наверх.

— Наверх? — Фурия была совершенно уверена в том, что Целестину принадлежал только этот подвал.

— Через заднюю дверь, затем узкая лестница наверх. Ты найдёшь. — Он говорил не поднимая головы.

Кажется, ему срочно нужно было что-то найти, и это что-то, по мнению Целестина, должно было находиться в одном из ящиков стола.

Дверь в углу подвала была заставлена картонными коробками из-под книг, Фурия заметила этот проход не сразу. Наверное, пользовались им не слишком часто.

На первом этаже Фурия зашла в широкий коридор безо всякой мебели. На стенах не висело ни зеркал, ни картин. Перила лестницы были покрыты толстым слоем пыли. За высокими створчатыми дверями находились мрачные залы, в которые сквозь оконные решётки проникал лишь свет уличных фонарей. Все комнаты были совершенно пустыми, если не считать нескольких фресок с пейзажами английских холмов.

Поднимаясь по скрипучей лестнице на второй этаж, Фурия позвала Изиду.

— Я здесь, — прозвучал ответ.

Тут же Фурия обнаружила в слое пыли отпечатки подошв. Открытые по обеим сторонам коридора двери вели в заброшенные комнаты, каждая из них — с высоким лепным потолком и мутными от грязи окнами.

Изида стояла посреди комнаты, располагавшейся в самом конце коридора. Женщина даже не взглянула на Фурию, когда та зашла, она лишь сверлила глазами потолок, на котором не было ничего, кроме теней.

— Это была моя комната, — тихо сказала она. — Вон там стояла моя кровать. Все стены в доме были заполнены книжными полками. — Она рассеянно провела рукой по корсету, как раз в том месте, где находилась молния, а за ней — книжная сущность Изиды. — Он всё распродал несколько лет назад.

— Сколько тебе было, когда он тебя забрал?

— Три или четыре. Ещё несколько лет после этого Целестин пытался жить, как раньше, но затем понял, насколько сильно он изменился в ночных убежищах. Сначала отец продал почти все книги, потом всю мебель, а теперь просто заперся в своём подвале. Дом по-прежнему принадлежит ему: Целестин очень богатый человек, но по его внешнему виду этого не скажешь. В то время он послал меня учиться в интернат, и именно там меня завербовали агенты Академии.