Наемник
Шрифт:
Голем довольно резво бежал по тракту. Подъехав к заставе, я поздоровался с гвардейцами герцога и, поинтересовавшись последними новостями, отправился дальше. На големе опять лежала иллюзия просто жеребца, поэтому никто не обращал на меня внимания. Путник, пусть и молодой, но явно спешащий по своим делам. Никто не задавал мне никаких вопросов, только иногда дети и собаки провожали меня веселым смехом и лаем.
Добраться до замка герцога мне удалось только спустя почти семь дней. Подъехав к воротам замка, я спешился и, постучав в калитку, попросил открыть.
— Кого там принесло? — раздался ворчливый голос привратника герцога. — Нет его милости в замке. В столице он.
— А госпожа Кевира или господин
— Нет никого. И пущать никого не велено, — ответил он.
— Спасибо. Пусть будут милостивы к вам боги, — попрощался я и отправился в деревню.
До деревни добраться удалось довольно быстро. Дорога ни капли не поменялась, а голем мог бежать по дороге быстрее любой лошади. Въехав в деревню, я сразу же отправился к дому старосты. Подъехав к крыльцу, я спрыгнул со спины голема и, поднявшись, постучал в двери. Изнутри раздался недовольный голос старосты и его тяжелые шаги по половицам.
— Кого там еще темные боги принесли?
— Открывай, свои приехали, — отозвался я.
— Свои все дома сидят, только чужие в такую погоду шляются, — отозвался староста, но все-таки начал открывать дверь. — Ну, кто тут еще… Дарк?! Ты ли это? Живой?! Живой!
— Живой-живой, — усмехнулся я. — Только если не решишь меня на пороге голодом морить, а то ведь и помереть могу.
— Да что ж ты стоишь-то? Заходи. — И крикнул в глубину дома: — Мать, давай быстрее ставь все на огонь. Дарк вернулся. Живой.
В дверях комнаты появилась жена старосты. Заохав, она подбежала ко мне и принялась меня тискать и расспрашивать о том, что со мной было.
— Вот ты глупая баба, — прервал ее староста. — Не видишь разве, что он только с дороги. Надо сначала ему помыться, поесть, а потом все расскажет. Давай быстро на кухню. Ставь воду.
— Спасибо, — поблагодарил я его. — Но лучше вы мне сначала расскажите, как тут все у нас?
— Да что тебе сказать? — почесал староста затылок. — Милорд герцог, да защитят его светлые боги, уехал в столицу. Не может наш император без него. Слышал я, что токмо благодаря ему войны-то и не было. Очень уж он ловко умеет армиями командовать. Вот и не рискнули на нас нападать Халифаты. Испугались силы нашей. А там, пока холода были, он и в империи порядок навел. Всех на место поставил да императора нового на трон посадил. Женщина у нас теперь правит. Дочь прошлого императора, да упокоят боги его душу. Светлый был человек. Строгий, но справедливый. М-да… так о чем я? Ах да. Вот слышал я недавно, что эльфы примкнули к империи. Торговец один говорит, видел своими глазами в столице, как они лагерь держали рядом с городом, а потом собрались и укатили куда-то. А спустя несколько декад еще раз появились. Только меньше их было, да и люд с ними был военный. Те всего пару дней побыли да и убрались восвояси. Вот такие новости.
— Понятно, — ответил я. — А у вас тут как все? Амулет-то мой пригодился хоть?
— Как есть пригодился, — ответил староста. — Сын мой, пустая его голова, скатился с крыши да и упал на землю. Я уж думал, все, конец. Подбежал к нему — глядь, а он дышит, но слабо так. Тут-то я про твой подарок и вспомнил. Вытащил, ему в руки зажал и сломал. Его тут же облаком света окутало, а как все прошло, то он просто на земле лежит бледный и дышит спокойно. Тут уж и знахарка наша подоспела. Глянула на него и говорит, что все нормально будет. Спас твой амулет жизнь ему. Уж спасибо тебе за него огромное.
— Пустое, — отмахнулся я. — Пару дней отдохну и новый сделаю. Вещь в хозяйстве полезная будет.
— Хватит уже ребенка разговорами морить, — вошла жена старосты. — Там вода согрелась. Сходи помойся с дороги да покушай. Разогрела что было, а пока мыться будешь, еще каша сварится.
— Спасибо, — вежливо ответил я и отправился мыться.
Освежился, и мне сразу полегчало.
— Закусил? — спросил меня Агазар. Я довольно кивнул. — Вот и отлично. Теперь давай рассказывай, что с тобой было и где тебя носило почти два года?
Рассказав заранее подготовленную версию, я принялся отвечать на посыпавшиеся на меня вопросы. Разговоры затянулись до поздней ночи, и отпустили меня спать, только когда я уже начал клевать носом. Староста настоял, чтобы я спал у него дома. Мой дом был не протоплен, и спать там было невозможно. Устроив меня рядом с печью, староста выпроводил гостей.
Уснул я мгновенно. Ночью просыпался несколько раз из-за шума за окном. Походная жизнь приучила меня спать вполглаза, и менять своих привычек я не собирался. Несмотря на это, утром я проснулся хорошо отдохнувшим и выспавшимся. Выйдя из дома, я сделал несколько движений, чтобы разогнать кровь, и пошел умываться.
Позавтракав, поблагодарил старосту за гостеприимство и отправился домой. Открыв дверь, вошел в свой дом. Ничто не изменилось. В доме царил порядок и пустота. Пройдя по дому, я убедился, что все осталось стоять, как и до моего отбытия. Набрав дров, я растопил печь и принялся мыть посуду и проверять, все ли в порядке с запасами. Провозившись с уборкой и наведением порядка пару дней, я наконец-то понял, что я дома. За это время меня успели навестить почти все жители нашей деревушки. Приходили даже мальчишки, которые раньше меня постоянно били, и как-то скомканно извинялись за то, что делали раньше, и уверяли меня в том, что искренне раскаиваются. Я, конечно, говорил, что все уже забыто и прощено, и выпроваживал всех, чтобы не мешали заново обживаться.
Закончив с порядком, я опять отправился в школу на занятия. Видя, как все вокруг радуются моему возвращению, я понял, что не зря стремился домой.
Две декады после моего возвращения казались мне чудесным сном. Работать в поле еще не надо было, а занятия в школе заканчивались довольно рано. Большую часть времени я проводил в лесу, тренируясь, или просто лежал дома. Пока в один прекрасный день не произошла катастрофа. Вернее, две катастрофы и одно небольшое стихийное бедствие.
Развалившись дома на кровати, я в очередной раз задумался о том, что надо поставить нормальную щеколду на дверь, как она буквально сорвалась с петель. Вскочив, я метнул в сторону нападавших ледяную иглу и начал строить защитный купол. Не успел я напитать его энергией, как на меня кто-то накинулся и, повалив на пол, принялся душить. Замахнувшись, я почти ударил нападавшего, пока не одернул себя и не начал размышлять: «А на кой я кому-то сдался в этой глуши?»
Перейдя на обычное зрение и оглядев нападавших, я понял, что меня не душат, а просто сильно обнимают. Сверху на мне лежали Кевира и Илиниэль. Обе что-то бормотали и размазывали о мою одежду дорожную грязь и слезы. В дверном проеме стояли магистр Гордин и Агазар. Рядом с головой Гордина торчала пущенная мной сосулька. Устыдившись своего поступка, я попробовал освободиться от девушек и извиниться, но не тут-то было. Они обе вцепились в меня как клещи и не желали даже шевелиться. Постепенно всхлипывания перешли в тихое бормотание и вскоре совсем затихли. Мне позволили встать с пола и даже поприветствовать учителя и пригласить всех к столу выпить чаю. Видя, как я не глядя кидаю в чайник согревающую структуру, Гордин только языком цокнул.