Наглец

Перри Девни

Она была великолепна. Беззаботна.

— Хм.

Кто это? И почему это фото оказалось в мусорном ведре?

— Не мое дело, — пробормотала я, затем вернула рамку в мусорное ведро, бросив на ее последний взгляд.

Выбросив фотографию из головы, я пошла в гостиную, чтобы убить время за телефоном. Когда пробило полночь, я зевнула и решила проведать Пирса.

Я открыла дверь и медленно приблизилась к кровати. Он сбросил одеяло, и его лоб был нахмурен. Стакан с водой был пуст.

Я потянулась за ним как раз в тот момент,

когда он пошевелился и приоткрыл глаза.

— Прости.

— Я не спал. — Мужчина выглядел несчастным.

Я приложила ладони к его щекам, они были липкими.

— Черт.

Мы никогда не доберемся до больницы. Температура спадет ведь, верно?

— Почему я не могу перестать думать о тебе?

Я замерла и встретилась с ним взглядом.

— Не знаю. Но, вероятно, по той же причине я не могу перестать думать о тебе.

Мое признание далось мне легко. Слишком легко. Завтра я, вероятно, пожалею об этом. Если повезет, Пирс ничего не вспомнит.

— Почему ты поцеловал меня в мотеле? — прошептала я.

Он поднял руку и провел пальцами по моим губам.

— У тебя самые совершенные губы, которые я когда-либо видел.

Если бы он не был в бреду, я бы усомнилась в искренности этого комплимента, но он был таким искренним, что все, что я могла сделать, это улыбнуться. Ни один мужчина раньше не хвалил мои губы.

— Это был лучший поцелуй, — пробормотал он, его веки вели безнадежную битву.

— Так и было.

Его темные ресницы затрепетали, и я на мгновение замерла, думая, что он снова уснул. Я встала с кровати, но прежде чем успела уйти, он протянул руку и поймал меня.

— Керриган?

— Да.

— Останься.

Я села рядом с ним и убрала волосы с его лба.

— Только ненадолго.

Глава 9

Пирс

Я откинул подушку и с трудом открыл глаза. Проснувшись, я почувствовал, что выбираюсь из черной дыры. Когда в последний раз я так крепко спал? В висках ощущалась тупая пульсация, но она не шла ни в какое сравнение с той сильной головной болью, которая мучила меня прошлой ночью на диване. Чем бы я ни заразился, это было серьезно, но, надеюсь, долгий ночной сон выбил это из меня.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с силами и подняться с кровати, и, сделав несколько головокружительных шагов, я направился в ванную.

Горячий душ прогнал большую часть тумана и запаха тяжелого, потного сна. Мой лоб не был горячим, значит, температура, должно быть, спала. И, наконец, я не чувствовал себя так, словно в моем черепе стучал отбойный молоток.

Надев последнюю пару чистых спортивных штанов, я спустился вниз, чтобы найти Керриган. Яркий свет из окон заставил меня прищуриться. За стеклом мир был белым как мел. Дом завалило снегом высотой почти в три фута, но буря уже миновала. Небо

было ярко-голубым, а солнце слепило глаза.

Керриган была на кухне, стояла перед плитой, одетая в мои серые спортивные штаны. Она стояла ко мне спиной, ее волосы были собраны в беспорядочный пучок. Несколько прядей щекотали длинную линию ее шеи.

Она была прекрасна.

Я покачивался на пятках, наблюдая, как она двигается с такой грацией и элегантностью, словно танцует, а не готовит. И, как это уже случалось слишком часто, я позволил себе упиваться ею. Прошлой ночью, если бы она не была в другом конце гостиной и, если бы я не чувствовал себя как полное дерьмо, я бы поцеловал ее снова. Я бы поцеловал ее и никогда не останавливался.

Она пошевелилась, полуобернувшись в мою сторону, и я оторвал ноги от пола, прежде чем она успела заметить, что я смотрю на нее.

— Доброе утро.

Керриган отвернулась от плиты, на которой дымилась кастрюля. Комнату наполнил аромат специй.

— Добрый день.

— Э-э-э… — Часы на микроволновке показывали, что было почти два. У дедушки в доме не было будильников, потому что, когда он приезжал сюда, он отказывался следовать расписанию.

Я, с другой стороны, не мог позволить себе проспать все утро.

— Я и не подозревал, что проспал так долго. Я даже не помню, как ложился спать прошлой ночью.

— Вообще-то сегодня вторник. — Она убавила огонь на плите и повернулась ко мне лицом. — Ты проспал весь понедельник.

У меня отвисла челюсть.

— Серьезно?

Она кивнула.

— Ты был в плохой форме.

— Черт. — Я доковылял до табурета у столика и сел. Мой телефон лежал на столе, подключенный к зарядному устройству. Я взял его и просмотрел кучу непрочитанных электронных писем.

— Как ты себя чувствуешь? — Керриган положила руки на столик.

— Не так уж и плохо, на самом деле. Думаю, мне просто нужно было поспать. — Почти два дня.

— Вчера я разговаривала с Нелли и сказала ей, что ты заболел. Она сказала, что внесет изменения в твое расписание и вычистит его до конца недели.

Я провел рукой по влажным прядям своих волос.

— Спасибо. Мне нужно поговорить с ней.

— Иди. Я как раз готовила суп на случай, если ты проснешься.

— Пять минут. — Я соскользнул с табурета, но остановился. — Ты осталась.

Буря миновала. Дороги, вероятно, расчищали. Был вторник, но она все еще была здесь.

— Ты, эм… попросил меня остаться.

— Попросил?

— В этом нет ничего такого. — Она пожала плечами. — Дороги все еще закрыты, и я не хотела оставлять тебя одного. Когда вчера у тебя не спала температура, я испугалась, что мне придется укладывать тебя на санки и везти в больницу. Но сегодня утром температура спала.

Она проверяла, как я. Казалось, часто. Когда в последний раз кто-то заботился обо мне? Тогда, когда я был ребенком, и даже тогда это была няня.