Находка
Шрифт:
Мама не знала, радоваться ей или сердиться на Таню. Всё-таки она больше радовалась. Она с удовольствием прислушивалась к звонкому Таниному голосу. А Таня держала одной рукой маму за руку, другой — Лёшу и говорила, говорила без конца:
— А ты, Лёша, как не стыдно, ушёл без меня! А я всё равно доехала. И на трамвае, и на метро, и пешком ехала. У меня ни копеечки не было… А машина на мою тапочку — раз! Только ей ничего не сделалось… А генерал правда добрый?..
Она тараторила без умолку. А Стасик, и Женя, и Миша с Никитой
Потом мама обернулась к ним:
— А кто из вас, ребята, знает, где тут санаторий?
Миша с Никитой в один голос сказали:
— Да вон там, на горке. Мимо пройдём.
— Вот и отлично, — сказала мама. — Сейчас мы с тобой, Татьяна, зайдём ко мне, причешемся, умоемся, поедим…
— А Лёша? — спросила Таня.
— И Лёша пойдёт.
— Нет, мама, — сказал Лёша, — мне надо в деревню. Там Алексей Кузьмич ждёт. И все. Неудобно.
— Мамочка, можно и я с ним? — взмолилась Таня. — А потом приду. Он меня проводит. Ладно, мамочка?
Мама посмотрела на Танино раскрасневшееся лицо, на её блестящие глаза, распустившиеся косички и сказала:
— Вид у тебя!.. Ну ладно, иди уж… Только ты, Лёша, следи за ней в оба!
— Теперь я уж сама за ним буду следить! — сказала Таня.
Дорога привела их к высоким решётчатым воротам с вывеской:
САНАТОРИЙ «ЗЕЛЁНЫЙ ШУМ»
За калиткой, в будочке, сидел сторож. Он высунулся из будки:
— Потише, граждане! Здесь санаторий всё-таки!
— Ладно, Никанор Васильевич. — Мама остановилась у калитки. — До свиданья, друзья! Так ты, Лёша, приведи Таню. Дорогу найдёте?
— Найдём. Дорога простая.
И мама пошла к себе в санаторий, а Таня с ребятами пошла в деревню. Стасик сказал:
— Всё-таки добилась своего, боярышня. Прикатила!
— Добилась, — ответила Таня.
А Лёша сказал:
— Я тебе говорил, от неё не отвяжешься. Её даже, видишь, генералы и то боятся.
Они быстро дошли до деревни. Там всё ещё продолжался спор:
— Не дадим копать!
— Нет, дадите!
— Нет, не дадим!
Алексей Кузьмич сидел на пеньке, курил трубку и пускал дым колечками. Потом он встал, выколотил трубку:
— Точка. Довольно шуметь. Зовите председателя, раз вы нас так встречаете.
Лёша подбежал к нему:
— Алексей Кузьмич, сестрёнка нашлась!
— Ну-ка, ну-ка, покажи нам её. Ого, да это большая девочка! Она нам помогать будет. Будешь помогать?
— А как же! — ответила Таня. — Я для того и приехала. Я на «ЗИСе сто десять» приехала!
Тут к берёзе подошёл председатель колхоза. Это была женщина в розовой кофточке и чёрной юбке. Она протянула руку Алексею Кузьмичу:
— Здравствуйте, здравствуйте, дорогие гости! С чем к нам пожаловали?
Алексей Кузьмич вежливо приподнял шляпу:
— Мы приехали из Москвы для научной работы. Но ваша молодёжь, так сказать, встречает нас
— Как так? Что ж не поладили? Мы научных людей уважаем. Только больно они у вас молоденькие! — И председательница показала загорелой рукой на Лёшу, Таню, Стасика, Женю и прочих пионеров, стоявших под берёзой, — А в чём ваша работа будет?
— Объясню, — сказал Алексей Кузьмич и махнул шляпой: — Ну-ка, народы, расступись!
Ребята отошли немножко, и Таня увидела под берёзой два небольших круглых холмика. Оба они поросли травкой и одуванчиками. Неужели в одном из них зарыт клад? И Тане снова представился тяжёлый зелёный сундук, окованный по углам медью. Сейчас они выроют его, откроют, а там внутри чего только нет! А чего именно, Таня и сама не знала. Это-то и было самое интересное.
Алексей Кузьмич поднялся на один из холмиков, словно на трибуну, и сказал:
— Перед нами, товарищи, под этой берёзкой, два памятника глубокой древности.
— Это кургашки-то? — удивилась председательница колхоза и так посмотрела на холмики, словно увидела их в первый раз. — А мы на них, извините, коров пасём.
— Напрасно, — сказал Алексей Кузьмич. — Это древние захоронения. Сейчас мы их раскопаем. Кое-что там найдём. И находки эти расскажут нам о жизни наших предков. Разве это не интересно? Ведь это целая наука, называется археология…
Таня вдруг вспомнила длинное слово, которое было напечатано на Лёшиной книге, и крикнула:
— Интересно!
Алексей Кузьмич улыбнулся:
— Вот видите. Вы нам помогать должны, а вы нас чуть ли не в штыки встречаете.
Ребята зашумели. Председательница сказала:
— Сейчас разберёмся… Да разве мы против?.. Только вы не взыщите, гражданин… А документ у вас есть на такое дело?
— А как же!
Алексей Кузьмич достал из кармана сложенный лист бумаги. Председательница развернула его, с уважением посмотрела на подписи и печати и стала вслух читать:
— «Академия наук СССР. Открытый лист. Разрешается производить археологические обследования и раскопки…» — Она бережно сложила толстую, хрустящую бумагу и вернула её Алексею Кузьмичу. — Пожалуйста, приступайте! А ну, ребята, все от курганов! Не мешайте! — Она обернулась к Алексею Кузьмичу — А вы, гражданин, не ошибаетесь насчёт древности? Может, это окопы там или что… от сорок первого года?
— Я, — сказал Алексей Кузьмич, — работаю при Академии наук. Кроме того, преподаю в школе. Можно сказать — специалист. Так что вы уж не сомневайтесь… — Он крикнул: — Итак, друзья, отдохнём, подзакусим — и за работу! Объявляю малый привал!
И сошёл с кургана.
Все зашумели:
— Малый привал! Малый привал!
И все расположились вокруг курганов, под старой берёзой. Лёша и Таня тоже уселись под её печально опущенными ветвями, достали из мешка хлеб, яйца, колбасу и стали закусывать, как настоящие, опытные археологи…