Нанопанк
Шрифт:
Возле Башен появилась знакомая тень. Тёмный треугольник корпоративного челнока возвращался с охоты. Машина зависла над крышей главной Башни и медленно опускалась, бесшумно, словно огромный коршун, возвратившийся в гнездо.
– Поставь музыку!
– приказал я, не отрывая взгляда от челнока.
– «Полёт Валькирий» Вагнера.
Из динамиков полилась знакомая устрашающая мелодия. Вначале едва слышная, затем нарастающая в жуткий боевой марш. Больше всего подходит для описания моих чувств к Корпорации.
– Есть подключение к Интернету, - проговорил компьютер.
– Хотите активировать ручное управление?
–
– За какое время?
– осведомился собеседник.
– С начала века, - ответил я.- И шевели процессором! Задолбал с лишними вопросами!
– Не могу понять смысла ваших слов, но по тону голоса улавливаю оскорбительные нотки в мой адрес, - затараторил компьютер.
– Согласно Гаагской Конвенции от 2028 года искусственный интеллект имеет право на защиту своей чести и достоинства…
– Чего?
– Я резко развернулся и прошёл через прозрачную картинку браузера.
– Выполняй немедленно!
На экране появилось изображение скинхедов, марширующих по улице города.
– Первоначально скинхеды никак не были связаны с фашизмом и националистическими идеями. Молодых людей сплачивали музыка и спорт, - забубнил компьютер.
– Да не нужна мне их история, - взмахнул рукой я.- Давай о националистах.
– В начале века количество скинхедов достигло пятидесяти тысяч, - ответил компьютер.
– Так как власть в то время не счела нужным бороться с новой молодёжной культурой, они без труда распространяли идеологию, вербовали новых сторонников, устраивали акции, направленные против представителей других рас. Каждый год в России гибли сотни человек из-за национальной розни. К 2029 году число скинхедов достигло ста тысяч…
– Ты ничего не путаешь?
– перебил я.
– Я лишь суммирую данные из глобальной сети, - почти обиженным тоном изрёк искусственный интеллект.
– В данный момент скинхедов стали поддерживать многие политические круги. Партия «Свободная Россия» год назад победила на выборах, большинство депутатов там – ярые сторонники национализма.
На голографическом экране возникли фотографии, изображающие толпу народа с чёрно-жёлто-белыми флагами. Некоторые держали в руках транспаранты, на которых светились надписи вроде: «Зов Крови – Призыв к действию» или «Избавим Россию от пендосов». Но хуже всего видеть, что там не только молодые бритоголовые парни. Но и женщины, дети, старики… Все как один подымают руки в нацистском приветствии. Мой взгляд скользил по людям, не в силах поверить. А вот и батюшка с крестом в рясе, тоже решил приобщиться к народному единству…
Музыка нарастала, «валькирии» увеличивали скорость своего полёта. Как же в тему-то…
Мобильник завибрировал в кармане.
– Да, - произнёс я, прижимая к уху трубку.
– Какие новости?
– Нужна твоя помощь, - ответил Крылов.
– Опять?
– хмыкнул я.- Вы без меня хоть ширинку сами застегнуть можете?
– Оставь свои шутки, - раздражённо ответил лейтенант.
– Скинхед не колется. Пытались выведать месторасположение их основной базы. Так этот лошара сделал морду кирпичом и требует позвонить родителям. Мол у бати большие связи, всех нас самих посадит…
– Кто бы сомневался, - вздохнул я.- Так чего от меня хочешь? Чтобы я залез ему в голову?
– Вроде того. Корпорация
– Были проблемы?
– Черкизова помнишь? Прыгал здесь, плевался слюной, ругался… Хотел знать, почему мы не успели схватить нанопанка.
– Да и чёрт с ним! Через пять минут буду.
– Хорошо, спасибо, - облегчённо произнёс Иван.
– И что это у тебя за жуть играет? Похоронный марш?
– Вагнер!
– Ты бы ещё седьмую симфонию Шостаковича поставил.
– А мы образованные!
– съязвил я.
– Жду короче.
Телефон перекочевал обратно на место.
– Мне продолжить информировать вас?
– спросил компьютер.
– Нет, обойдусь, - буркнул я.- В следующий раз не тормози. Не включаться пока я не вернусь в номер. Понял мысль?
– Могу ли я пожелать вам счастливого пути?
– почти с надеждой проскрипел компьютер.
– Ой, да сколько ж можно!
Я прикрыл глаза, представляя расположение полицейского отделения Магнитогорска. Старое, приземистое здание, обветшалое с потрескавшимися стенами. Понятно, что на ремонт городская администрация не тратила ни гроша. Странно, что зарплату ментам платили. Когда я собирал информацию для ограбления ювелирного, то постоянно слонялся в том районе, изучая работу отделения. Не было смысла бояться – действовали они как сонные мухи. С другой стороны – лейтенанта Крылова я тогда и в глаза не видел.
Прыжок оказался мгновенным, наниты приятно щекотали воспалённую кожу. Я раскрыл глаза, поражаясь точности своей мысли.
Иван Крылов сидел за столом, заваленном кучей бумаг, папок, карандашей и прочей канцелярщины. Головой уткнулся в древний пузатый монитор, оставшийся с бог знает каких времён. Да и всё в кабинете напоминало прошлое. От стенок, закрашенных отвратительной жёлтой краской, до огромного шкафа, протёртого, грязного с качающейся дверцей. Помещение небольшое – с трудом здесь вмещались два стола в разных концах. Судя по висевшему на стуле зелёному мундиру Крылов заседал здесь не один.
Я оглянулся назад. Дверь бы тоже стоило заменить – покрытая сажей, с потрескавшимся стеклом в центре.
Моего появления лейтенант не заметил. Значит, можно развлечься.
– Сдаюсь!
– крикнул я, падая на колени.
– Пришёл с повинной! Надевай браслеты!
Надо отдать должное Ване – не заорал от испуга и не кинулся под стол. Слегка вздрогнул и взглянул на меня поверх бумаг.
– Твою ж мать, совсем очумел?
– проговорил он.
– Я же предупреждал не делай так при мне! Не мог через дверь зайти, как нормальный человек?
– Прости, брат, - хныкающим голосом затараторил я.- Не мог, стыдился… Нанопанк я паршивый…
– Тьфу ты!
– Крылов откинул бумаги в сторону.
– Счас дождёшься у меня, достану ошейник и отправлю в КПЗ. Посидишь ночку, а утром в Корпорацию под конвоем…
Я хихикнул. Нравится мне этот парень. Чувствуется, что за службу повидал всякого. И не спёкся, не стал размазнёй или взяточником. Нормальные менты редкость для нашего времени.
Дверь кабинета со скрипом отворилась. Я всё ещё стоял на коленях с протянутыми с мольбой руками. В дверном проёме застыл молодой полицейский. Кудрявые волосы, большие тёмные глаза под круглыми очками. В одной синей рубашке и зелёных потёртых брюках.