Наша Рыбка

Козинаки Марина

И почему Лера попала к нам в список? Тепличная такая, совершенно нормальная. Немного навязчивая и уж очень откровенно выражающая Пете свою симпатию, она все-таки совсем незаслуженно оказалась в наших лапах. Возможно, Петя имел на это другие взгляды, но я не хотел его

об этом спрашивать. Что было, то было.

Я вырвал из блока лист и быстро нацарапал послание.

«Сегодня идем в театр с Воронцовым и моими сестрами. Ты с нами? Есть билет».

Передал ей, она прочла, смерила меня туманным взглядом и ответила только во время следующего перерыва.

– На эту пьесу советовали сходить ребята из второй группы?

– Да.

– Тогда, пожалуй, пойду. Но только без глупостей, – вдруг предупредила она.

– Обещаю! – Я улыбнулся: мне показалось, что на самом деле ее расстроило именно то, что глупостей очевидно не предвиделось, – мы же шли в театр, а не к Пете на квартиру.

Мои сестры если и удивились появившейся с нами одногруппнице, то виду не подали; нет, вру, Маринка, само собой, попыталась что-то разнюхать, но Соня быстро ее осадила. Моя старшая сестра, манерами и лицом похожая на маму, тут же стала интересоваться, не прогуливаю ли я лекции и так ли хорошо учусь, как рассказываю дома. Петя, как мне казалось, сначала сильно напрягался и молчал с задумчивой и холодной печалью в глазах, но потом Лера его разболтала.

– Так, Игорь, билеты у тебя? – спохватилась Соня.

– Да-да. – Я стянул через голову сумку и стал в ней рыться. – Вот. – Поднял голову и раздал бледно-розовые

бумажки, на которых синей ручкой кто-то подписал ряд и места. День к этому времени уже сменился темнотой, пошел колкий снег. Бесформенные черные кучки людей, присыпанные мокрой мукой, не спеша тянулись к театру, но большинство из них проплывали мимо входа и исчезали вдали.

И вдруг посреди этого темного зимнего вечера, прямо над занесенными золотым снегом ступеньками я увидел… ее! Сначала даже не саму ее, а красные, похолодевшие от мороза губы, за ними и ее пальто, и темные волосы из-под смешной шапки… Все это было настолько неожиданно, что у меня перехватило дыхание. Огромная Москва, где если и встретишь случайно какого-нибудь приятеля, так и того не заметишь и пройдешь мимо!

Сестры, ни о чем не догадавшись, двинулись прямо к ней навстречу, а мы с Петей застыли внизу. Она малиново-красно улыбалась. Она нас увидела.

– Ты что здесь делаешь? – воскликнул Воронцов, и я подумал, что он, должно быть, ощутил что-то неприятное: Лера держала его под руку, когда мы подходили.

– Ой! Вы знакомы? – Соня остановилась возле Ясны.

– Да, знакомы, – сказал я. – Ярославна. Марина, Соня и Валера.

– Сам ты Валера! – Лера ткнула меня в бок.

– Очень приятно. – Ясна повернулась к Пете. – Вы же проговорились, куда идете. Позавчера по телефону, не помните? И я тоже решила пойти в театр.

– Ты одна? – тут же спросил Воронцов; воодушевление даже изменило его черты.

Конец ознакомительного фрагмента.