Нашедшие Путь
Шрифт:
– Не думаю… Кошкой она вполне согласна называться… Всё в ней кошачье: и повадки, и фамилия…
– Кошкина что ли?
– Верно, – Кошкина… И имя у неё кошачье, и отчество… Так ведь, Екатерина Васильевна?
Катя, бесшумно проскользнув мимо Алексея, мимоходом ухватила со стола банан и оказалась на чёрном кожаном стуле около компьютера. Отвечать она явно не собиралась.
– Имя-то почему «кошачье»? – не понял Борис.
– Потому, что «Катёнок», – пояснил Алексей. – Кстати, я как-то по глупости своей решил Тимке память восстанавливать, как Чак Норрис в сериале про рэйнджеров… Зря я это сделал…
– Поединок что ли с ним устроил?
– Ну да… на свою голову… Не знал – куда деваться от него…
Катя как раз доела банан и, по достоинству оценив шутку Алексея, запустила в него кожурой.
Поймав и выкинув кожуру, Алексей продолжил рассказ:
– Она помогла Тимофею вспомнить его тренерскую работу; даже смогла развеселить его своей боевой стойкой – как у кота из мультфильма про Шрэка; хотя, в основном – использовала Тимоху в качестве «живой макивары»: довольно долго его колотила… Не представляю себе, как он это выдержал… Удары у Кати достаточно хорошо поставлены; а кисти и стопы у неё маленькие, прямо как у потомственной аристократки. Сильные удары малой площадью довольно болезненны.
Катя тем временем уже обложилась учебниками и тетрадями, включила компьютер и, перехватив взгляд Алексея, указала ему на чайник. Алексей кивнул в ответ, а потом спросил:
– Может, ещё что-нибудь кроме чая?.. Есть вино и сок.
– Что отмечаем?
– Да вот… Борис уезжал надолго, а теперь вернулся.
– Ладно, наливай; только мне надо бы ещё и учёбой немного заняться… А музыку какую-нибудь включить? – Катя собралась-было найти музыку в компьютере.
– Да ну её… Не надо… К тому же, гитара имеется.
Борис тут же снял гитару со стены и начал перебирать струны. Узнав мелодию, Катя сначала закачалась в такт, а затем пропела:
«Человек и кошка дни с трудом считают…»– Вы есть-то собираетесь? – перебил Алексей. – Кстати, и чайник уже вскипел.
Катя подставила чашку и вновь повернулась к компьютеру.
– А мне, пожалуйста, ещё вон оттуда, – Борис указал на бутылку.
Налив чай и вино, а потом выпив вместе с Борисом, Алексей достал откуда-то статуэтку кошки и жестом предложил Борису сравнить её с Катей. Борис слегка улыбнулся и кивнул.
– Похожи, похожи, – прокомментировала Катя, не поворачиваясь.
– Ты же не оглядывалась! – удивился Алексей.
– Да, но я знаю, где стоит статуэтка.
– Внимательная: всё видит, всё помнит… Эту статуэтку она мне и принесла… В компьютере – тоже полно кошек и в телефоне… да, и Багира ещё.
– Из «Маугли»?
– Нет, из «Морских дьяволов».
– Волч, хватит о кошках, – попросила Катя, – не отвлекай меня… Сосредоточиться не могу.
Алексей убрал статуэтку, налил ещё вина и, когда Борис потянулся за рюмкой, стащил у него гитару со словами:
– Ну вот, прозевал, – буду теперь тебе «нервы выматывать».
Алексей отпил из рюмки и попытался что-то сыграть, однако вскоре остановился и задумался, потом взглянул на Бориса и уже уверенно заиграл вновь и запел:
«Хозяин», Небо зовёт домой;А ты – опять со своей тюрьмой…Тюрьма и Воля – всегда со мной, начальничек!На Небесах нет приюта псам…Кому ты служишь? Подумай сам…Твои законы – писал не Бог, а чёрт-е кто.Гляди, начальничек: журавлиЛетят без спроса на край Земли,Летят от этой больной страны…И знаешь что?!.Ты – очень серьёзный…А я, босота, своё «тяну»…Да– Всю песню исковеркал, – прокомментировал Борис. – У Вячеслава Бобкова она совсем по-другому звучит.
– Под себя не могу не переделать; хотя, Вячеслав Бобков для меня, пожалуй, – на втором месте после Высоцкого.
– Для меня – тоже… Спасибо, Лёха… Песня-то – со смыслом.
Алексей поставил гитару и, долив в рюмки вина, сказал:
– Ну, за свободу, за свободу в самом правильном понимании этого слова.
Катя резко повернулась и подставила свою рюмку.
– Тоже свободолюбивая, как и большинство кошек; не может такой тост пропустить.
– Что ты к ней всё цепляешься?.. Как она тебя терпит?
– Сам удивляюсь… Вообще-то, сердится иногда. Как-то сообщение ей послал на телефон: «Кис-кис-кис!» Она пришла на зов, но с порога на меня с кулаками накинулась; да и потом ещё долго шипела и в прямом, и в переносном смысле.
– Вот я тебе завтра на тренировке-то припомню, припомню, – проговорила неспеша Катя, отыскивая одновременно что-то на мониторе.
– А мы, я так понял, в клуб ведь завтра? – Алексей вопросительно посмотрел на Бориса.
– Да хотелось бы.
– В «Кимэ»?.. Фу! – фыркнула Катя. – Не нравится мне там. Вы как хотите, а я – к Тимохе; у него реально с пользой можно позаниматься.
– У неё там, просто, три подруги есть, – сообщил Алексей, махнув рукой в сторону Кати.
– Ладно, ладно, – Катя едва заметно улыбнулась, выключила компьютер и начала собирать свои вещи. – Ухожу я от вас.
Проводив к выходу Катю, Алексей вернулся, достал с полки несколько фотографий и протянул их Борису.
– Узнаёшь?.. В «травме» лежат.
– Те ублюдки с вокзала?
– Они, – подтвердил Алексей. – Снял тайком на телефон, когда со студентами в стационар ходил… Возьми-ка себе эти снимки на всякий случай.
– Да, да… Однако, ими ведь кто-то руководит.
– А кто у нас городом командует?
– Злобин Леонид Олегович… Кто же этого не знает?.. При чём тут он?
– Брось!.. Мэр Новошураленска – «марионетка». Его хоть в народе и называют: «господин Зло», но самое большое зло исходит не от него…
– Помню я, как его проклинали, когда он, едва «избравшись», укатил в Германию на лечение за казённый счёт…