Наследие

Гайфутдинова Альфия

— Извини, Стефан. Ты прав… — я резко поднялся со своего места и направился к дверям, — Стефан, вскочив следом, удивленно посмотрел на меня.

— Куда ты?!

— Во Франхле, — я слегка усмехнулся, — или ты передумал меня туда отправлять и решил отговорить от этого?

Пару секунд Стефан сосредоточенно осознавал все сказанное мной, а затем расплылся в широкой улыбке.

— Нет, Ваше высочество! Конечно, я не стану этого делать! — Стефан склонился в резком поклоне, больше похожим на издевку, чем на выражение почтения.

Я на миг поднял глаза к потолку. Все же, он не исправим!

Резко

развернувшись, я толкнул дверь и вышел из кабинета. Стефан, не медля, выскочил в коридор следом за мной.

— Знаешь, я вот думаю, что будет лучше, как можно скорее разобраться с переговорами, и сразу, без промедления, вернуться в Вердан.

Я резко остановился…

"… Не торопись возвращаться в Вердан, отправившись во Франхле…"

Наверное, я схожу с ума, раз мне уже слышаться голоса.

Вздохнув, я закрыл глаза рукой.

— Дёма?

Недовольно нахмурившись, я обернулся к Стефану.

— Сколько раз я тебе должен повторять, не называй меня так! Если ты однажды услышал, как меня называет Венера, это не дает права и тебе так меня называть! Совершенно дурацкое имя! И вообще, тебе что, заняться не чем?! Так и будешь за мной ходить?!

Я с диким раздражением посмотрел на растерявшегося Стефана. Что ж, по крайней мере, так мне удастся избежать ненужных вопросов…

Обижено надув губы, подобно ребенку, Стефан недовольно фыркнул.

— Извините, Ваше Высочество!

После этого, развернувшись, он, широко шагая, направился прочь по коридору. Я же, дождавшись, пока он скроется из виду, огляделся по сторонам, и, убедившись, что поблизости ни кого нет, подошел к резной двери из красного дерева. Резко толкнув ее, я проскользнул внутрь.

Здесь все осталось так, как было полгода назад. Сначала Венера, запретила здесь убираться, дожидаясь моего возвращения, а затем и я сам, наложил запрет, на посещение этой комнаты. Сюда, вход был открыт только приемнику Авенира, а именно — Лизе. Однако сейчас, я сам нарушал собственный запрет…

Когда был построен новый дворец, Авенир долгое время отказывался сюда переезжать, но так было только до тех пор, пока однажды, бродя по коридорам, он не зашел в эту комнату. Именно ее он и выбрал под свой кабинет.

Квадратная комната, справа стеллажи с книгами, перед которыми расположен крупный прозрачный шар на железной подставке. По всей поверхности шара темным узором шло изображение всех государств нашего мира. В его центре, зависнув в воздухе, сверкало красновато-оранжевое пламя, однако даже если решить прикоснуться к шару, обжечься не возможно. Я грустно улыбнулся. Этот шар, был у Авенира ещё с тех времен, когда я был ребенком. И я часто разглядывал узоры на нем, и просил Владимира или самого Авенира, рассказать мне что-нибудь о других землях. С другой стороны комнаты, стояли два глубоких кресла с круглым столиком. Меж ними, занимая почти всю стену, висела картина. На ней, по городским улицам ехал отряд воинов во главе с темноволосым, кареглазым мужчиной, на гнедом коне. Люди, что стояли вокруг радостно бросали воинам цветы. Сейчас, глядя на нее, мне казалось, что, смотря в лицо главного воина, я вижу собственное отражение, хотя это не удивительно, если учесть то, что эта картина была написана в честь возвращения Владимира из очередного военного похода, как раз тогда он, по возвращению,

впервые должен был увидеть своего сына…

Отвернувшись от нее, я прошел к стоявшему в противоположном конце комнаты столу. Бумаги, не разбираемые после смерти Авенира, так же как и при их хозяине были рассыпаны по столу в невообразимом беспорядке. Я невольно усмехнулся, вспомнив, как однажды я спросил его "Неужели тебе так сложно навести порядок? Ведь тебе, будучи волхвом, достаточно сказать всего пару слов!" Тогда Авенир с довольным видом сказал, что это действительно было бы слишком просто, а потому скучно, и к тому же у него на порядок аллергия, и ко всему прочему, в этом беспорядке, находить необходимые ему бумаги, для него гораздо проще, нежели если бы каждая из них, была разложена по полочкам.

Сейчас же, все это покоилось под толстым слоем пыли.

Развернувшись к стене со стеллажами, я остановил взгляд на небольшой двери в самом углу комнаты, за ней располагалась спальня Авенира, дверь в которую всегда была зачарована, даже после его смерти. Это выяснилось тогда, когда я, вернувшись из поездки и получив от Венеры зеркало Авенира, первое время думал найти какие-либо подсказки по его применению. Но все это было тщетно.

Тем не менее, даже зная, что дверь заперта, я, повинуясь странному порыву, все же сделал шаг вперед, и, подойдя к двери, слегка толкнул ее внутрь. Скрипнув, она нехотя открылась, заставив меня застыть на пороге в удивлении.

Нет, комната была совершенно не замысловатой, пожалуй, даже для Авенира. Кровать, слева от нее тумба, дорожка на полу, и больше ни чего. Однако удивило меня то, что комната была чисто прибрана, так, точно кто-то совсем недавно наводил здесь порядок. Но как подобное было возможно, я не представлял, ведь даже от меня, на лежащем, на полу кабинета слое пыли, остались следы, так что если бы кто-то захотел зайти в эту спальню, ему пришлось пройти через кабинет, так как другого пути просто нет! Но тогда почему не осталось ни каких следов?

Вздохнув, я все же вошел внутрь, и, развернувшись, хотел было закрыть за собой дверь, но, вздрогнув, остановился от ещё большего шока, не в силах вымолвить и слова. Ужас от осознания не реальности происходящего заставил меня нервно сглотнуть и сделать шаг назад. В углу, усмехаясь, стоял Авенир. Невероятно бледный, с посиневшими губами.

Недовольно посмотрев на свои часы, он постучал по ним пальцем, глядя мне в глаза, затем, с самым довольным видом подмигнул мне и махнул рукой в сторону тумбы. Я тут же посмотрел на нее, ожидая увидеть что-то ещё более невероятное, однако там ни чего не было, и я вновь повернул голову к Авениру, но его уже не было.

Похоже, я начинаю сходить с ума!

И все же, развернувшись, я направился в сторону тумбы. Тому, что "потерянная" мной пыль, как ей и следовало быть до этого, укрывала все, что было в комнате, я удивлять не стал. Особенно после того, что мне уже пришлось увидеть.

В двух верхних ящиках тумбы, ни чего такого, чего Авенир, мог бы хотеть мне показать я не нашел (вряд ли, он мог подумать, что я могу заинтересоваться его бельем). Однако, открыв последний, третий ящик, расположенный в самом низу, я вновь на миг растерялся, а затем, забрав его содержимое, и поднявшись, направился к выходу.