Наследник
Шрифт:
Стерко бросился на руада с проворством, достойным лучшего применения. Л'Шасс не успел уклониться, и Стерко вцепился в перья на его шее. Пожалуй, его усилия хватило бы, чтобы сломать шейные позвонки низкорослого руада, но кто-то с криком повис на локте Стерко…
Неизвестно, откуда взялись силы у Шото, чтобы справиться с отцом. Но под его напором Стерко выпустил руада и в бешенстве отвернулся к перилам, чтобы немного остыть. Пальцы Стерко побелели, вцепившись в пластик, он изо всех сил старался побыстрее
— Извини, Л'Шасс, накатило… — пробормотал он.
— Понимаю… Конечно, умереть от руки защитника куда почетнее, чем своей смертью, но я предпочел бы последнее… — прохрипел за его спиной руад. — Я ведь еще и проститься с вами пришел. Убываю домой…
— Домой? — машинально повторил Стерко. Да убывай руад хоть в саму преисподнюю, Стерко теперь было все равно.
— Вы еще не знаете? Руады восстановили сотрудничество с хаваррами. Документы подписаны, кордоны сняты… Я возращаюсь домой. Буду возглавлять службу внешней защиты этажа руадов.
— Поздравляю с повышением, птичка моя бескрылая… Высоко ты вскарабкался по костям Лэри!..
— Вот уж, право, не знаю, чем я оскорбил вас, — недоуменно проговорил руад. — Прощайте, Стерко. Если занесет вас ко мне на этаж, всегда буду рад помочь. Извините, если я чего-нибудь не понял… Прощайте.
— Счастливого пути! — отрезал Стерко, не оборачиваясь.
Шаги руада удалились и затихли, и Стерко смутно пожалел, что напоследок даже не взглянул в глаза назойливому напарнику. В том, что Стерко еще жив, немалая доля заслуги Л'Шасса…
Стерко развернулся и обмер. Шото стоял и читал подобранный с пола террасы и расправленый листок с письмом Лэри. Вернее, уже не читал, а бегло перечитывал, скользя по строчкам взглядом вверх-вниз и шевеля побелевшими губами.
Стерко кинулся к сыну, но Шото мгновенно отскочил и спрятал листок за спину.
— Ты хотел скрыть это от меня? — проговорил Шото.
— Верни мне бумагу! — потребовал Стерко.
— Значит, этого никто не должен был видеть, да? — побледневший парнишка отошел еще на пару шагов назад.
— Шото, отдай немедленно, это тебе не игра! — злобно повторил Стерко и снова шагнул к сыну.
— Попробуй, отбери, — торопливо пробормотал Шото, и отпрыгнул назад, предусмотрительно бросив взгляд по сторонам.
— Шото, я не шучу! — Стерко готов был применить силу. — Это намного опаснее, чем таскать из моего стола оружие!
— А ты думаешь, я этого не понимаю? — скривился Шото. — Если этот мерзавец не врет, ты теперь — отец наследника Пограничья!
— Не вздумай еще раз где-нибудь произнести вслух эти слова! — вскипел Стерко, не на шутку перепугавшись.
— Ну, конечно! Ведь вместо того, чтобы найти и уничтожить этого маленького звереныша, ты поможешь ему выжить! — с издевкой выговорил Шото. — В память о своем рыжем изверге ты сделаешь это, ведь
— Отдай письмо, Шото, в последний раз предупреждаю!!
— А если не отдам? — оскалился Шото. — Прибьешь, как всегда обещал? Сделай это, Стерко! И мертвый вершитель будет тобой гордиться: ведь когда он писал это письмо, он рассчитывал, что успеет убить не только Зого, но и меня тоже. Исправь его промах, Стерко, и у тебя останется только твой маленький Лиор и больше никого, кто стоял бы между вами!!!..
Стерко метнулся к Шото, и от хлесткой пощечины хрупкий парнишка вскрикнул и повалился на пол террасы.
Стерко вырвал листок из стиснутых пальцев сына, торопливо свернул и сунул во внутренний карман.
— Сбереги его, сбереги… — простонал Шото, поднимаясь с пола. — Это ведь все, что осталось у тебя от великолепного майра Лэри…
— Заткнись, парень! — проговорил Стерко, все еще не унявший дрожь.
— Вот-вот, — огрызнулся Шото. — Всю жизнь только и слышу: «малыш», «приятель», «парень»… Хоть бы раз сыном назвал! Или для рыжего звереныша себя бережешь?
— Как ты со мной разговариваешь?! — обида вспыхнула, как порох.
— Да как еще с тобой разговаривать?! — горько усмехнулся парнишка. Лучший защитник мироздания…
Левая щека Шото горела. Он демонстративно отряхнул брюки, глубоко засунул руки в карманы и отвернулся.
На полу террасы остался лежать маленький оторванный клочок бумаги. Видимо, это было то, что осталось в пальцах Шото после того, как Стерко рванул письмо из его руки.
Стерко наклонился и поднял клочок с пола. «Люблю тебя.» Это был самый уголок листочка с парой слов…
— Ну, и что дальше? — окликнул Стерко сына. — И что ты считаешь, я должен сделать со всем этим? Сообщить в департамент? Самому устроить охоту на ребенка? А может быть, просто покончить с собой?.. Что молчишь, умник?
— Я все сказал, — отрезал Шото.
Стерко подошел к нему, положил руки на брезгливо вздрогнувшие плечи.
Стерко стоял, не зная, что ему делать с собой. Мир переворачивался на глазах. Тот новый мир, к которому Стерко уже стал привыкать и в котором согласен был жить, валился в пропасть.
— Как мне быть теперь, Шото? — в панике прошептал Стерко. — Как же мне быть?
— Неужели ты не понимаешь, Стерко, что он даже после смерти пытается играть с тобой, как с глупой, наивной куклой? — Шото резко повернулся к отцу и с неожиданной болью и горьким сочувствием уставился на Стерко. — Как ты не в состоянии этого понять?
— Но Шото! Теперь речь не о Лэри! Где-то в мироздании живет маленький хавви… — начал Стерко, но Шото возмущенно взмахнул руками:
— Нет, это невозможно! Чем же он заколдовал тебя, отец?! Ты готов бежать и делать то, о чем он просит в этой писульке…