Наследник

Коултер Кэтрин

— Какой прелестный день, Арабелла. Для прогулки лучшего и желать не надо.

— Угу, — буркнула Арабелла. — Погода превосходная. — Она ускорила шаг. Когда есть цель, время течет быстрее.

Руины старого аббатства купались в золотом сиянии летнего дня. Солнце заливало теплым светом три уцелевшие каменные арки, которые отбрасывали резкие полукруглые тени на груды камня и щебня. Арабелла попыталась пробудить в себе интерес к предстоящему приключению.

— Ну, Жервез, вот мы и пришли. Как видите, первоначально аббатство занимало очень

большую территорию — почти всю эту возвышенность. Видите эти высокие полуразвалившиеся арки? На этом уровне только они и уцелели. Почти все остальные стены обрушились. В прошлый раз, когда мы с вами тут были, я забыла рассказать вам об истории аббатства. История его достаточно печальна. Отец рассказывал мне, что в течение четырехсот лет оно было святилищем, пока в шестнадцатом веке его не сожгли, предварительно разграбив, по приказу короля Генриха.

Жервез, казалось, с неподдельным интересом слушал ее повествование, и она воодушевилась. Что ж, это поможет ей скоротать время.

— Когда я была ребенком, я часто спускалась вниз и исследовала комнаты, которые скрывались под землей. Смотрите, — сказала Арабелла, указывая в глубь строения. — Видите, там расчистили обвал? Вот под этими стенами и находится вход в монашеские кельи. Мне говорили, что, если встать там тихо-тихо, можно услышать, как монахи бормочут свои молитвы.

— Ах, как это романтично! Элсбет тоже рассказывала мне о подземном коридоре. Значит, кельи сохранились нетронутыми?

— Ну, по крайней мере четыре-пять комнат выглядят точно так же, как и семьсот лет назад. Их двери выходят в единственный коридор, который еще не обвалился.

Графа, похоже, заинтересовал ее рассказ — глаза его заблестели.

— Нам надо спешить, моя дорогая Арабелла. Я должен увидеть это подземелье. Другого шанса у меня не будет.

Арабелла неуверенно возразила:

— Но это же очень опасно, Жервез. За последние десять лет каменные стены еще больше искрошились. Когда я там была в последний раз, я видела, что они вот-вот упадут.

Он гордо выпятил грудь.

— А я и не прошу вас сопровождать меня, Арабелла. Я не хочу, чтобы вы подвергались такому риску. Вы подождете меня здесь, в безопасности, а я пока обследую старое подземелье. — В его голосе звучала мужская самоуверенность.

О черт! Не может же она его отпустить туда одного, как бы он ни петушился перед ней.

— Ну ладно, в последний раз. Идемте же.

Он явно обрадовался, что она согласилась. Ей это было непонятно.

— Я буду слушаться вас во всем, — сказал Жервез и с почтительным поклоном пропустил ее вперед.

— Следуйте за мной и не отставайте, — бросила она через плечо и ступила под полуобвалившиеся каменные своды аббатства.

Огибая огромные груды камней, Арабелла прошла в дальний конец развалин. Здесь небольшое пространство у стены было расчищено от обломков, чтобы как можно дольше сохранять открытым подземный коридор. В некоторых местах потолок так обветшал, что сквозь него в полутемные

комнаты пробивались тонкие лучики света. Она посмотрела туда, где изогнутые плиты окаймляли проход на каменную лестницу, ведущую в подземные помещения. Подойдя поближе, она заглянула в дверной проем.

— Я забыла взять свечи. Внизу очень темно — мы ничего не увидим. Мне жаль, Жервез, но ничего не получится.

Ну вот, наконец-то она сможет избавиться от него. Надо поскорее найти Джастина. Она бросится ему на шею и будет целовать, целовать, пока не задушит его в объятиях. А потом спросит его, когда и как он узнал правду, когда он впервые понял, что она не предавала его, когда…

Жервез вынул из жилетного кармана две свечи и спички:

— Voil'a, моя дорогая Арабелла. Как видите, я все предусмотрел.

Нет, не может быть! Проклятие, как ей не везет! Она взяла свечу из его протянутой руки.

— Там, внизу, очень темно, — предупредила Арабелла, когда они зажгли свои свечи. — Будьте внимательны, не торопитесь.

Они осторожно спустились по выщербленным ступеням в подземный коридор. Вокруг было темно как в склепе, слабое мерцание свечей не могло рассеять мрак. Арабелла проворно перешагивала через обломки камней. Мысленно она пожелала Жервезу споткнуться и сломать себе шею, но вслух промолвила:

— Смотрите под ноги, Жервез. — Голос ее жутким эхом разнесся по коридору. Она остановилась и подняла свечу над головой. — Поглядите сюда. — Арабелла показала на стены. — Они всегда влажные и холодные. Странно, правда? Ведь над нами, наверху, так жарко сияет солнце.

Жервез послушно подошел к стене и провел пальцами по ее влажной шершавой поверхности.

— Да, это просто поразительно. Так где же монашеские кельи, Арабелла?

Почему он стал вдруг нетерпеливым и рассеянным? Это же была его идея обследовать руины. Куда подевался его пыл?

— Подземный проход разветвляется на два коридора — левый и правый, который обвалился много лет назад. В кельях не сохранилось никакой обстановки. По правде говоря, там нечего особенно и смотреть.

— Все равно, — отозвался Жервез у нее за спиной. — Здесь такая таинственная, зловещая атмосфера. Я хотел бы впитать в себя дух старых развалин.

Проход внезапно оборвался, и Арабелла снова подняла свечу:

— Вот тот коридор, который сохранился. Комнаты расположены вдоль стены по левую сторону от нас.

Она скользнула в узкую дверь первой кельи.

— Не прикасайтесь к дверной раме. Видите? Дубовые балки прогнили и вот-вот упадут и сверху посыпятся камни.

Они стояли рядом в маленькой келье, их свечи отбрасывали колеблющийся свет на влажные стены. Воздух в комнате был затхлый, спертый.

— Наверное, семьсот лет назад здесь было не так мрачно. — Арабелла наклонилась и провела пальцами по песку, покрывавшему пол.

— Я осмотрю другие кельи, — сказал вдруг Жервез, направляясь к двери. — Оставайтесь здесь, Арабелла, я скоро вернусь.