Наследник
Шрифт:
— Тогда я буду — Шахматист, — первым выбрал себе позывной красноармеец в очках.
— Лучше, чуть покороче: Шах, — поправил Матвей.
— А я легкоатлет, потому кличьте меня Бегуном, — сделал шаг вперёд из шеренги другой боец.
— И я легкоатлет, тоже бегом занимался, но на марафонской дистанции, — подал голос рядом стоявший худой парнишка. — Как быть?
— Будешь — Марафонцем, — махнув ладонью, присвоил бойцу позывной Матвей. — Чуть длинновато, но не критично.
— Гребля на байдарках, — выйдя на шаг, отрапортовал высокий
Следом поочерёдно вышли из строя четверо ребят с понятными мотивами для выбора новых имён.
— Гимнаст.
— Пловец.
— Прыгун.
— Лучник.
— Лучник, почему в стрельбе не блещешь? Ведь глазомер у тебя должен быть отменным, и руки, вижу, сильные, — удивился попаданию крепкого парня в отстающие Матвей.
— Так в мае только первый раз винтовку в руки взял, — виновато потупился невысокий крепыш с чуть раскосыми глазами. — Патронов для стрельбы мало выдавали, не привык ещё к новому оружию.
— А из арбалета стрелять пробовал? — задал неожиданный вопрос Матвей.
— Нет, но, думаю, что с его баллистикой мне разобраться будет нетрудно. А разве в Красной армии на вооружение приняты арбалеты?
— Парагвайский механический гранатомёт может и стрелы метать, — поведал Кадет и обернулся к ещё «безымянным» бойцам. — А вы, ребята, что призадумались?
— Я в волейбол играл, — растерянно пожал плечами розовощёкий паренёк.
— Ну, значит, будешь — Мячиком, — улыбнулся Матвей.
— А я в футбол играл, — заявил правофланговый, рослый, но чрезвычайно худой боец. — Только на воротах стоял.
— Вратарь, — махнул ладонью Матвей и подвёл итог: — Теперь у каждого свой позывной, привыкайте общаться с использованием новых имён. А сейчас, поручаю Шаху записать размеры обуви и одежды всех бойцов отделения.
— Так у меня с собой нет ни бумаги, ни карандаша, — развёл руками шахматист.
— Привезу тебе из города блокнот, а пока попроси у товарища старшего лейтенанта, — кивнул в сторону соглядатая Матвей.
Гусев прекратил запись и возмущённо воззрился на наглого ефрейтора, но голоса подать не решился и, нехотя вырвав из блокнота пару листиков, переломил карандаш, отдав половинку Шаху в руку.
— Так, ребятки, пока Шах будет по очереди вас опрашивать, — Матвей достал из–за голенища воровскую финку и подал нож бойцу, заточить обломок карандаша. — Присядем кружком на травку и поговорим о смерти.
— Какой смерти? — сглотнув, робко высказал общее недоумение розовощёкий Мячик.
— Очень–очень близкой, — усмехнулся заморский пророк и зловещим шёпотом продолжил нагнетать страху. — С этого дня костлявая старуха будет размахивать у вас над головой острой косой каждый божий день, да и дьявольской ночью покоя не ждите. Теперь, если хотите выжить, вам придётся научиться быть невидимками, ползать ниже травы, красться тише воды. Вы заметили, какая нервозная обстановка царит вокруг: железнодорожная станция забита воинскими эшелонами, командиры излишне
— Так, слух идёт, что белоказаки из Китая полезли на дальневосточные рубежи, — попытался дать объяснение Лучник.
— Ага, а чего же тогда эшелоны с войсками табуном прут на запад? — отвлёкшись от заточки карандаша ножом, уловил несуразицу Шах. — Нет, братцы, прав Кадет, неспроста ускоренную подготовку начали: спешит командование с формированием новых пехотных батальонов.
— Вот именно, шибко спешит, — Мне комбат дал всего лишь десять дней, чтобы подтянуть отстающих бойцов до среднего уровня подготовки. — Но мы с вами не к соревнованиям готовимся, а учимся выживать на войне.
— Кадет, так, где же воевать–то будем? — озадаченно почесал затылок Гимнаст. — Японцы–то в восточной стороне крутятся, а с финнами мы уже замирились, да и с немцами у нас пакт о ненападении заключён
— Где — вот насущный для нас вопрос, — уходя от оглашения секретной пока информации, поднял указательный палец Матвей. — Думаю, нам надо готовиться выживать в лесистой местности, под её фон и закажем маскировочную окраску обмундирования. Однако сколь ни была бы хороша форма и совершенно вооружение, без умелого его использования это всего лишь груда тряпья и металла.
Разговор шёл по душам, и бойцы не соблюдали субординацию, да и не успели ещё новобранцы привыкнуть за несколько дней к строгой воинской дисциплине. Парагвайский кадет совсем был не похож на крикливых командиров, что стремились нагнать жути на молодых, не обученных рекрутов. И форма на нём простого красноармейца, и обращается просто, по–свойски, словно старший брат. Но оспаривать его главенство никто бы не решился, уж больно уверенно командир себя вёл, не чувствовалось в опытном бойце излишней бравады.
— Итак, товарищи спортсмены, считайте, что сигнальный выстрел уже прозвучал и бег наперегонки со смертью начат. По результатам забегов, победителям будут выдавать блестящие медали, но главное — добраться до финиша живым, ибо правил в этом соревновании нет. Однако, как и в любом состязании, качественная подготовка сильно повышает шансы на победу, поэтому тренироваться будем напряжённо, днём и ночью. Хорошо, что вы все молоды, здоровы и имеете отличную общую физподготовку, но для воина важно укрепить несколько другие группы мышц, нежели для спортсмена.
— Да уж, борцов и боксёров среди нас нет, — грустно вздохнув, посетовал Мячик.
— Не горюйте, они не намного сильнее вас в воинском искусстве, — усмехнулся казак. — До рукопашного боя им надо ещё дожить. Все новобранцы одинаковые профаны в военном деле. Начнём обучение с азов группового перемещения по местности: умения…
Матвей умышленно сделал долгую паузу, позволив новобранцам продолжить мысль.
— Ползать по-пластунски, — поторопился предположить Прыгун. — Нас товарищ сержант позавчера заставлял пузом равнять полосу препятствий.