Наследство
Шрифт:
Это уже перестало быть хохмой. Фериде, некогда исполнявшая обязанности личного секретаря управляющего, удачно завершила свою карьеру, вступив в законный брак с владельцем небольшой фабрички по производству дубленок и кожаных изделий. «Лучшее средство избавиться от надоевшего подчиненного – отправить на повышение», – съязвила по этому поводу одна из горничных. Довольно длительная связь Фериде и господина Касли не была секретом ни для кого из служащих. Изменив статус и фамилию, новоиспеченная фабрикантша неожиданно сменила и имидж. Неброские костюмы и строгие черные платья остались в
– Прекрасно выглядишь. Нет слов, одни звуки… Пивка за счет заведения?
– Не откажусь. – Фериде грациозно уселась на «таблетку». При этом ее летящая прозрачная юбочка чуть приподнялась. – Но заплачу. Не могу допустить, чтобы родной отель понес из-за меня убытки. – Она мило рассмеялась, продемонстрировав великолепие жемчужных зубок. – Как тебе вот это? – Она помахала перед носом бармена ухоженной левой ручкой, средний пальчик которой был увенчан массивным перстнем с мерцающим камнем.
– Блеск. Бриллиант?
– А то! Прощальный подарочек благоверного. – Она снова рассмеялась.
– Ты что, разводишься-?
– Ничего подобного. – Она снова махнула ручкой. – Просто мой супруг укатил в Россию налаживать бизнес. Месяц там проторчит, может, больше. – Она сделала очаровательную гримаску, которую следовало расценить как «мне наплевать». Или что-то в этом роде. – Вот и подарил на временное прощание. Понятно?
– Теперь – да, – удовлетворенно кивнул Али. – Что ты с ним не поехала?
– Я похожа на сумасшедшую?! – Ярко-голубые глаза Фериде приняли форму блюдец. – Там же зимой минус двадцать, а на улицах постоянно что-то взрывают…
– Сейчас не зима, – поддразнил девушку Али. – А русские девушки красивы. Гляди, уведут твоего фабриканта.
– Как ты меня напугал, – фыркнула любящая супруга. – Согласно брачному договору, при разводе мне отойдет половина его имущества. К сожалению, – она подавила легкий вздох, – если развода затребует он, и без достаточно веских причин.
– Ни хрена себе! – воскликнул пораженный Али. – Прямо американское кино! Как ты склонила правоверного мусульманина на столь гениальную сделку?
Фериде улыбнулась так, что бармен сразу понял абсолютную неуместность вопроса.
– Как жена?
– Нормально, – пожал плечами Али. – Чего ей сделается?
– А мальчишки?
– Сущие чертенята, – довольно произнес бармен. Сыновья были его гордостью.
– Кажется, старшему скоро в школу?
– Этой
– Потрясающе! Чужие быстро растут.
– Когда же вы заведете наследника?
– Дети портят фигуру, – убежденно заявила Фериде, подкрепив свои слова все тем же неподражаемым жестом маленькой левой ручки. – А где… Асим? – Она задала этот вопрос все тем же непринужденным тоном, словно невзначай. Но по тому, как дрогнули длинные пальцы, сжав стакан так, что благородный металл перстня звякнул о стекло, стало ясно, что именно ради этого вопроса и велась легкомысленная беседа.
Али подавил невольный вздох. Все-таки, несмотря на некоторый перебор в стиле, Фериде была чертовски хорошенькой. И годы ее не брали… Этим заезжим белобрысым шлюшкам до нее как порошковой шипучке до натурального сока. И чего ему не хватало, старому кобелю?
– Понятия не имею. После того как появилась Железная леди, он стал позволять себе некоторые отлучки.
– Какая еще леди?
Али прямо-таки ощутил, как напряглась собеседница. Даже глаза из ясной лазури превратились в пару предгрозовых облачков.
– Ты еще не в курсе? – удивился бармен. – Тогда держись крепче, не то упадешь. Лучше пересядь на стул со спинкой. К нам пожаловала единственная и неповторимая совладелица отеля. Помнишь Надежду?
– Конечно, – кивнула Фериде, доставая из сумки сигареты. – Но ведь она умерла?
– Приехала ее дочь.
Женщина несколько раз щелкнула зажигалкой. На кукольном личике появилось выражение растерянности и озабоченности.
– Она молода? Впрочем, разумеется… Сколько ей? Двадцать?
– Двадцать два, – успокоил Али.
– Красива? Похожа на мать?
– Вовсе нет. Ничего общего. Классический гадкий утенок.
– В конце сказки он превратился в белого лебедя… Как ты думаешь, Асим и она… Ну, ты понимаешь? – Последние слова она произнесла хриплым полушепотом, болезненно покривив ярко накрашенные дрогнувшие губы. – Я спрашиваю тебя, потому что ты не болтаешь лишнего…
– Нет! Босс кто угодно, но не извращенец. По-моему, она его здорово достала.
– Она что, совсем не красива?
– Дело не в этом, – хмыкнул Али. – Просто она мало похожа на женщину. По крайней мере, в нашем понимании. Плюс прескверный характер. Бедолага босс… Думаю, у него прибавилось седых волос. Один день рядом с ней я приравнял бы к месяцу. Возможно, ты и сама будешь иметь удовольствие лицезреть госпожу Нину. Наверняка принцесса где-нибудь поблизости и дрючит подданных.
– Почему он не прикажет ей убираться? – искренне изумилась Фериде, слушавшая бармена с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом.
– Приказать? – Али рассмеялся. – Дорогая моя Фериде, вот бы посмотреть на того, кто попробует отдать приказ мамзель Нине… Лично я бы не рискнул, даже будь я самим президентом.
– Теперь понятно, почему вы ее зовете…
– Железной леди? – Али рассмеялся. – С легкой руки Османа. Однажды вечерком в «Кокос» забрел пожилой англичанин, пропустил пару рюмок и давай крыть Мэгги Тэтчер. Чем-то она ему досадила в старые времена. «Как я вас понимаю, – сказал Осман. – У нас теперь тоже есть собственная Железная леди».