Настоящие
Шрифт:
— Это уже после того как он впервые увидел Сеть, — пояснил Ренни, — первый месяц ходил сам не свой, а потом… сами видите.
Сарин молча рассматривал работы, остановившись напротив одного из рисунков. На нём было нечто странное — казалось, будто Рей рисовал по живым линиям древесного среза, и в этих линиях проступали незнакомые лица.
— А сейчас Рей работает с Сетью?
— В данный момент он именно этим и занят, — усмехнулся Ренни. — Официально он мой ученик, на самом же деле… После реакции Блэки сводных пар Встречающих осталось три. Ученическая
Сарин задумчиво покивал. Странный рисунок притягивал его взгляд почти гипнотически.
— Главное, чтобы душа слышала окружающий мир, ну а техники… я вижу, он вполне способен создавать их сам.
— Вы так считаете? — с сомнением спросил Ренни. — Сэртос этим работам и их автору вежливо улыбались, а сами, по-моему, посмеивались у него за спиной.
— Конечно, парень не профессионал, — кивнул Сарин. — Ну и что? Ведь получается живое! Разве это не главное в искусстве?
— Да, захватывает, — согласился Ренни. — Ну что, идёмте вниз? Обед уже скоро.
— Ещё один вопрос, пока не забыл, — спохватился Сарин. — Мы с Таной даже спорили. Вот вы говорили, что никто не подозревал в Лине с Пятым будущих Сэфес. Рей опять же… он ведь уж точно не обладал способностями! Так в чём загвоздка, никак мы не можем понять? Любой человек может стать Сэфес или Встречающим, или эти способности есть либо нет, раз и навсегда? Но тогда разве не выходит, что одни — изначально избранные, хорошие они люди или нет, а другим заведомо ничего не дано? Может, способности в латентном виде есть у всех, но проявляются лишь под влиянием экстремальных обстоятельств?
— Не совсем. — Ренни присел в кресло, Сарин устроился на диване напротив. — Я не рискнул бы назвать это способностями. Выбирают не люди, а Сеть. Возможно, у человека есть потенциал, но Сеть на него не реагирует — и он даже не знает, что она существует. Рей, судя по всему, до какого-то момента был Сети неинтересен, но потом всё в одночасье изменилось. На горе ли, на счастье — не нам знать. Мы с женой тоже не думали о своих способностях, а вот поди ж ты. И никаких экстремальных ситуаций мы не переживали.
— Но какие-то признаки должны быть, — возразил Сарин. — Не просто же так этот выбор, не может он быть случаен! Почему Сеть выбрала именно вас? Талант её слышать? Но смотрите: талант в обычных областях, увы, вполне совместим со злодейством. Даже гений совместим. А если Сеть выберет человека вообще без моральных достоинств и он получит возможность кроить реальность вдоль и поперёк? Представьте, к каким катастрофам это может привести!
Ренни улыбнулся:
— Ну вдоль и поперёк не раскроит, Сеть этому сопротивляется. А неприятности имели бы место, и немалые. Я слышал о таких случаях… правда, они очень редки. Вы правы — чудище обло, чудище стозевно… Во многом выбор пути зависит от человека. Что касается конкретно нас, — он с сомнением пожал плечами, —
— Вы были их друзьями? — догадался вдруг Сарин. — Ну будущего семьсот восемьдесят пятого, верно?
— Пытались дружить, в юности. Наши родители к этой дружбе относились прохладно. Мы были из хороших семей, а эти… — Ренни махнул рукой. — Нищие, без родственников, без связей. Да ещё и хулиганили постоянно. Сейчас тот же Лин ведёт себя относительно прилично, а в молодости был жуткая оторва, которому на дороге лучше не попадаться. Работали они средне, особыми талантами не блистали. А потом случилось то, что случилось. Попали на Землю…
Сарин кивнул, нахмурившись:
— К этим, как их… — Он пощёлкал пальцами. — Ах да, Кинстрей. Знаю. Но вы же не отказались от поисков только потому, что они были нищие, без родичей и связей?
— Конечно нет! — возмутился Ренни. — Разве это имеет значение?..
— Для некоторых очень даже имеет.
— К Окисту это не относится. — Ренни смотрел куда-то в окно, мимо Сарина, в весеннее небо над лесом.
— Хороший мир, — проговорил Сарин. — У вас таких миров больше. А вот на Эвене, боюсь, случись такое — помощи бы никто не дождался.
— Не думаю, — ответил Ренни. — Рауль провёл много реформ, за последние годы люди Эвена сильно изменились. Сам я там не был, но нам хватает информации от Сэфес.
— За десять лет люди сильно не изменятся, — возразил Сарин. — Новые поколения — может быть, но что люди, которые всю жизнь прожили в том ужасе… ну вы понимаете, я о прошлом Эвена… что они вдруг станут любящими братьями, — нет, не верю. Даже жаль Рауля с его затеей. Мы-то, когда подобные вещи делаем, хотя бы обладаем силой, возможностями, поддержкой. А он, видите, ещё и от помощи Ордена отказался. Справимся, говорит, своими силами. Недоброе место этот Эвен, помяните моё слово, Реджинальд, недоброе. Мы такие вещи чувствуем.
— Я жду оттуда только неприятностей, — медленно кивнул Ренни, — Нарелина мне жаль.
Он прикрыл на секунду глаза, скользнул по бывшему дварх-капитану внутренним, сетевым зрением. И увидел нечто заставившее его восхищённо улыбнуться.
— Адай, — прошептал он с тихим восторгом. — Потрясающе…
— Кто Адай? — с недоумением спросил Сарин.
— В будущем вы, с высокой долей вероятности, станете Адай, — пояснил Ренни. — Как же это красиво… Впрочем, всему своё время. Пойдёмте лучше обедать, Тон уже недовольна.
Сарин даже закашлялся от неожиданности.
— Гм, — сказал он наконец, — пойдёмте-ка и правда пообедаем.
— Вы хотите пригласить их к себе в гости? — спросил Ренни, когда они спустились вниз и вышли в просторный холл.
— Да, собственно, именно из-за этого мы здесь, — ответил Сарин.
— Я согласен. Думаю, они не откажутся, — покивал Ренни. — Но только с полной блокировкой, естественно. На неделю я их к вам выпущу. Вроде бы они собирались на Эвен, но, думаю, Рауль с Клео подождут. А у вас ребята хотя бы смогут отдохнуть спокойно.