Наваждение
Шрифт:
– Что ж, доказательств вины не требу… – начал д’Агоста. – Вот черт!
Слуги спрятались за перилами. С веранды прогремел выстрел, и позади гостей взметнулся фонтанчик пыли.
Оба кинулись за машину.
– Ну и ну, – пробормотал д’Агоста, вытаскивая свой «глок».
– Оставайтесь здесь. – Пендергаст вскочил и побежал.
– Эй!
Снова грохот; пуля с громким звоном ударила о джип, выпустив фонтанчик пыли. Сжимая ствол, Д’Агоста глянул из-за покрышки на дом. Куда, черт возьми,
Лейтенант прижался к земле, и тут прозвучал третий выстрел, срикошетивший от стальной рамы. Господи, да сколько же можно изображать из себя мишень! Над головой д’Агосты просвистела четвертая пуля, и он стал целиться поверх крыла джипа в стрелка, притаившегося за перилами. Лейтенант уже почти нажал на спусковой крючок, когда из кустов у веранды возник Пендергаст. Удивительно быстро он перескочил через перила, уложил стрелка сильным ударом в шею и направил пистолет на другого африканца. Тот медленно поднял руки.
– Теперь можете войти, Винсент, – сказал Пендергаст, забирая оружие, лежащее возле стонущего стрелка.
Уизли прятался в погребе для фруктов. Он выстрелил в непрошеных гостей из своего слонового ружья, но промазал – то ли от страха, то ли спьяну – и растянулся на полу. Прежде чем он успел выстрелить снова, Пендергаст прыгнул вперед, ударил ногой по стволу и окончательно свалил противника двумя сильными ударами в лицо. Вторым ударом он сломал Уизли нос, и на крахмальную белую сорочку брызнула яркая струя крови. Пендергаст достал из кармана платок и протянул Уизли. А потом ухватил его за плечо и вытолкал из подвала наверх, к передней двери и затем на веранду, где сунул толстяка обратно в плетеное кресло.
Слуги застыли, словно онемев. Д’Агоста махнул им пистолетом:
– Отойдите на сто ярдов и стойте на дороге, на виду. И руки поднимите.
Пендергаст засунул свой «лес-баер» за пояс и встал перед хозяином:
– Спасибо за теплый прием.
Уизли прижал к носу платок.
– Я просто обознался. – Говорил он с акцентом – австралийским, как показалось д’Агосте.
– Напротив, я восхищен тем, как быстро вы меня узнали. Похоже, вам есть что рассказать.
– Нечего мне рассказывать, приятель.
Пендергаст скрестил руки на груди:
– Спрашиваю только один раз: кто организовал убийство моей жены?
– Понятия не имею, о чем вы, – глухо ответил Уизли.
Пендергаст презрительно скривил губы и взглянул на него сверху вниз.
– Позвольте кое-что вам объяснить, мистер Уизли, – сказал он после небольшой паузы. – Могу вас уверить, причем совершенно точно, что вы расскажете мне все, о чем я попрошу. А вот насколько вы пострадаете – до того, как расскажете, – предоставляю вам решать самому.
– Иди в задницу!
Пендергаст
– Винсент, – попросил он, – сопроводите мистера Уизли к нашему автомобилю.
Вдавив ствол в жирную спину, д’Агоста толчками погнал толстяка к джипу и засунул на сиденье рядом с водителем. Потом сам забрался на заднее, смахнув с него клочья набивки. Пендергаст завел двигатель и поехал по дорожке мимо изумрудной травы и цветов, ярких, как в рекламном ролике, мимо слуг, стоявших недвижными статуями, и в лес.
– Куда это вы меня везете? – спросил Уизли, когда дом скрылся за поворотом.
– Не знаю, – ответил Пендергаст.
– Что значит «не знаю»? – неуверенно осведомился толстяк.
– Устроим сафари.
Они ехали не спеша минут пятнадцать. У берега ленивой темно-коричневой реки резвилась пара бегемотов. С воды белым облаком поднялась большая стая птиц, похожих на аистов: длинные желтые ноги, огромные крылья. Солнце катило к горизонту, дневной жар спал.
Пендергаст снял ногу с педали газа, и джип остановился на поросшей травой обочине.
– Вот подходящее место.
Д’Агоста растерянно огляделся: местность ничем не отличалась от той, по которой они ехали последние пять миль. А потом замер. В четверти мили, в стороне, противоположной от реки, он увидел львов, обгладывающих какой-то скелет. Желто-коричневые шкуры почти сливались с невысокой травой.
На переднем сиденье, не отрывая взгляда от хищников, застыл Уизли. Он-то сразу их заметил.
– Попрошу вас выйти из машины, мистер Уизли, – ласково сказал Пендергаст.
Уизли не двигался.
Д’Агоста приставил ему к затылку пистолет:
– Шевелись.
Медленно, на негнущихся ногах, Уизли вышел из джипа.
Д’Агоста перебрался на его место. Очень ему не нравилось, что машину остановили невдалеке от полудюжины львов, и тем более не хотелось вылезать наружу. Львами хорошо любоваться в зоопарке Бронкса, из-за двойной стальной решетки.
– Добыча у них, похоже, не первой свежести. Жалкие объедки… – Пендергаст указал оружием в сторону прайда. – Думаю, звери проголодались.
– Львы людей не едят, – проговорил Уизли, прижимая к носу платок. – Практически.
Однако он утратил остатки уверенности.
– Им и не нужно вас есть, мистер Уизли, – ответил Пендергаст. – Все и так пойдет как по маслу. Стоит им подумать, что вы интересуетесь их добычей, и они тут же на вас набросятся. Вам ли не знать львов?
Уизли не отрываясь смотрел на зверей.
Пендергаст выдернул у него платок. По лицу Уизли тут же потекла свежая кровь.
– Это их привлечет… Давайте идите к ним.