Навеки
Шрифт:
Розалин постаралась изобразить на лице кокетливую улыбку, но у нее, видимо, не получилось то, что надо. По его удивленно-любопытному взгляда она поняла, что улыбка была скорее похожа на болезненную гримасу. Она вздохнула:
— Вы очень нетерпеливы, Торн Бладдринкер. С одной стороны, это, конечно, неплохо, но с другой… — Она оглянулась вокруг и продолжала:
— Думаю, это не слишком подходящее место для более близкого знакомства.
Услышав это явно поощрительное замечание, викинг схватил ее за руку и так быстро потащил за собой
— Постойте! — крикнула она. Он остановился, но по его виду было понятно, что но не собирается долго ждать.
— Так как теперь я вряд ли попаду к герцогу сегодня ночью, у нас нет повода для спешки, не так ли? А сейчас… — Она собралась с духом и продолжала:
— А сейчас я хотела бы снова… поцеловать тебя.
В нормальных обстоятельствах у нее никогда не хватило бы смелости на такое заявление, но в данном случае выбирать не приходилось. Он крепко прижал ее к себе и приблизил губы к ее губам…
В это самое мгновение Розалин наконец услышала долгожданный зов из переулка.
Это подстегнуло ее, и она тут же приняла решение, правда, не без некоторого сожаления в душе. Как только его губы коснулись ее губ, она изо всей силы толкнула его ногой под колено. Он шлепнулся на землю, а она понеслась по переулку так, будто за ней гнался сам дьявол, пока со всего разбегу не врезалась в чью-то широкую, твердую грудь.
— Забери нас отсюда! Скорее! За мной уже, наверное, гонится сам знаешь кто!
— Гонится, не сомневайся! — жестко промолвил Торн, с неожиданной силой хватая ее за руку. — Я теперь помню об этом и могу сказать, Розалин, что я довольно долго бегал по переулкам, разыскивая тебя.
Она открыла рот от удивления, но не успела закрыть его, как оказалась в другом времени, в котором им больше не грозила встреча двух Торнов. Она бы очень хотела оставить в прошлом свой испуг и смущение, но, к сожалению, эти чувства благополучно перекочевали вместе с ней из прошлого в настоящее.
Глава 30
Розалин не знала, куда деваться от стыда. Ей хотелось забиться в самый темный угол и притаиться как мышка. Она не в силах была поднять глаза на Торна. Он все еще держал ее за руку, но она стояла к нему спиной, стараясь скрыть пылающее лицо.
"Я теперь помню об этом».
Как она раньше об этом не подумала? Ведь все, что произошло с Торном в прошлом или, как в этом случае, было искусственно изменено в его предыдущей жизни, у настоящего Торна тут же отложилось в памяти.
Наверное, он ясно помнит все, что она ему наговорила и как вела себя с ним. А вдруг воспоминания приходили к нему сразу, как только эти события возникали в действительности? Значит, в
Она похолодела. Как видно, напрасно надеяться, что воспоминания со временем сотрутся, несмотря на то, что с момента той знаменательной встречи прошло ни много ни мало девять с небольшим веков. И Торн собирался сейчас ей это доказать.
Его руки тяжело опустились ей на плечи, и она внутренне сжалась от сознания своей вины. Он заговорил; в голосе звучала еле сдерживаемая ярость:
— Я же предупреждал тебя…
— Прошу тебя, не надо, — пробормотала она, не поднимая глаз. — Я знаю, что вела себя с тобой… с ним… недостойно, поэтому оставим этот разговор.
Но он не обратил внимания на ее реплику и продолжал:
— Разве ты не догадалась, что у него было только одно на уме — затащить тебя в постель. И ты его поощряла.
Она резко развернулась к нему и попыталась оправдаться:
— А что еще мне оставалось делать? Занимать его беседой о проклятиях и волшебных мечах? Сомневаюсь, чтобы это ему понравилось. Он решил бы, что я колдунья, и поспешил бы убраться от меня подальше… и неминуемо столкнулся бы с тобой в таверне. Я спасла тебя от ужасного несчастья, или что там должно было случиться, если бы вы приблизились друг к другу и сказали «привет». И ты еще недоволен?
— Ты разумная женщина — так ты мне всегда говорила, — буркнул он. — Ты могла бы легко удержать и отвлечь его своей непрерывной болтовней. Со мной это у тебя лучше получалось.
Розалин снова залилась краской. Может, Торн прав? Неужели она не смогла придумать ничего лучшего, как вызвать его откровенный интерес к ее прелестям.
Конечно, если бы ситуация не была критической, она могла быть более изобретательной: к примеру, сделать вид, что подвернула ногу. Сказать ему, что уже послала за помощью, и попросить его просто побыть с ней, пока не подоспеет подмога. Он не смог бы отказать благородной даме, попавшей в беду. Да нет, возможно, он так бы и сделал (его же интересовали только две вещи), и ей пришлось бы снова прибегать к уловкам, чтобы задержать его.
— Я что, задела твою гордость? Ты никак не можешь простить мне, что я обвела тебя — то есть его — вокруг пальца, и поэтому ты на меня злишься?
— Нет, я сержусь на тебя, потому что ты позволила ему прикасаться к себе! — буркнул он.
Розалин вытаращила на него глаза и звонко расхохоталась.
— Ты ревнуешь меня к самому себе? Но это же глупо, Торн! Подумай — он ведь и есть ты, во всяком случае, для меня. Не важно, что вас разделяют века, он выглядит в точности как ты…
— У нас с ним разница всего лишь в несколько лет, но есть другие отличия, которые ты не сможешь отрицать. Я тебя хорошо знаю, Розалин, а он — нет. И все же он хотел тебя, не изведав еще наслаждений, которые дарит твое тело. Так скажи, разве мы одно и то же лицо?