Навсегда
Шрифт:
Корнуольцы так и не привыкли считать контрабанду чем-то предосудительным. Большинство живущих здесь время от времени занимались ею. Бочонки французского коньяка регулярно появлялись на свадьбах и днях рождения, и, судя по веселым смешкам, ни один из них не был обложен налогом. Но на этот раз все могло быть иначе.
Холли рассеянно погладила бутылочку, лежащую в кармане. Вещица была столь же странной, как и тот мужчина, который встретился на скале.
Подойдя к дому, Холли первым делом крепко привязала Жоржетту.
Отец ждал ее у дверей. На его лице застыли тревога и раздражение.
— Как мама? — быстро спросила Холли.
— Спит, и тебя в этом благодарить нечего, — ответил он с редким для него сарказмом. — Тебя надо выдать замуж, иначе ты отобьешься от рук.
— Я хочу поехать с вами в Америку, — заспорила Холли.
— До этого еще очень далеко, — устало произнес отец, — а я хочу, чтобы ты была устроена. Дэниел Грей на прошлой неделе просил разрешения зайти к нам. Я сказал, что поговорю с тобой.
— Он же… — Холли чуть было не выпалила «старик», но вовремя остановилась. Дэниел был ровесником отца, имел троих вконец избалованных детей. Его вторая жена умерла при родах два года назад.
— Пусть он и кузнец, но о тебе будет хорошо заботиться, — сказал отец. — Ты едва ли дождешься лорда, который захочет жениться на дочери арендатора.
Он, как поняла Холли, намекал на предательство Беркли Хафорда.
— Знаю, — ответила она, — но, может быть, в Америке все иначе.
— Ты слишком разборчива. У тебя же были весьма неплохие ухажеры. А любовь придет со временем.
— Но вы с мамой…
Отец выглядел постаревшим на много лет. Он женился на женщине выше его по положению — дочери богатого купца. Ее берегли для выгодного замужества, но она сбежала с Джонатаном Гастингсом и была лишена наследства.
— Да. Ради твоей матери я и ищу тебе хорошее замужество. Я не хочу, чтобы ты страдала, как она.
— Я уверена, что она ни о чем не жалеет. — Холли, вспомнила, как в прошлом te родители часто смеялись, и даже теперь, оставаясь вместе, почти не сводили друг с друга глаз. Ей хотелось найти такую же любовь, а не сдержанную вежливость, которую она видела во многих семьях.
— А я жалею, — с горечью произнес отец, и Холли поняла, как глубоко в нем запрятана боль. Он никогда бы не занялся контрабандой, если бы не верил, что это единственный способ спасти жену.
Сейчас всех поджидает новая беда. И это ее вина. Если бы она послушалась отца…
Холли приподнялась на цыпочки и поцеловала отца в щеку.
— Я люблю тебя, па.
— Иди спать, — строго сказал он, — и подумай о Дэниеле.
— Обязательно, — пообещала она. И честно сдержала обещание. По крайней мере на несколько секунд.
Выполнив долг перед отцом, Холли быстро зажгла лампу и взобралась на чердак. Там она поставила фонарь на стол и достала из
Она разглядывала ее, поворачивая так и сяк. Удивительно, как эта вещица попала в бочонок с коньяком. Холли перевернула бутылочку, наслаждаясь ее гладкостью. Горлышко было отделано серебром, а зеленое стекло оказалось довольно прозрачным.
Внутри что-то есть!
Холли быстро отвернула крышку и вытряхнула на стол скрученный кожаный лоскуток. Дрожащими руками она развернула его и прочитала:
«Будь собой, и твое желание исполнится. Не лети мотыльком на огонь».
Не охватило разочарование, Никаких джиннов. Никаких волшебных палочек. Только загадочные слова, которые вызывали больше вопросов, чем давали ответы.
Сегодня днем она встретится с чужаком и выяснит, что он хочет. От семьи ей придется каким-то образом скрыть эту встречу.
Холли еще раз оглядела бутылочку — благодаря отделке серебром за нее, возможно, удастся выручить пару фунтов.
А послание?
Было ли совпадением то, что этой ночью в ее жизни появились бутылочка и незнакомец? Может быть, они связаны друг с другом? Может быть, это знак свыше?
«Будь собой, и твое желание исполнится». Какие у нее желания? Здоровье матери. Хорошее будущее для Пола. А для себя? Любовь. Любовь, которая переживет годы, как пережила время эта зеленая бутылочка.
Холли сжала в руке кожаный лоскуток. Может быть, слова на нем действительно что-то значат.
Но внутренний голос повторял вторую часть послания. «Не лети мотыльком на огонь». Вдруг это предупреждение держаться подальше от незнакомца?
Нет! Она отказывалась даже думать об этом. Бутылочка была добрым знаком — счастливым талисманом. Иначе и быть не может!
Глава 4
Холли не любила лгать. Особенно она ненавидела лгать матери.
Но именно это она сейчас и делала.
Заставив себя успокоиться, она болтала о Жоржетте, погоде и о книге, которую взяла почитать у викария. Это был сборник стихов сэра Вальтера Скотта, и она прочитала вслух несколько строк, которые ей особенно понравились.
Она умолкла, и на глаза матери набежали слезы.
— У нас с твоим отцом была именно такая любовь, как в этом стихотворении, — прошептала она.
Сейчас казалось, что годы пошли вспять, и ее мать снова стала молодой и полной сил. В то ушедшее время она отказалась от богатства ради любимого и работала весь день в поле, чтобы их дети могли получить образование. Она мечтала о лучшей доле для них, мечтала о своей земле и о стране, где ее семья найдет свою судьбу.
— Па хочет, чтобы я вышла замуж за Дэниела, — неуверенно сказал Холли.
— А ты хочешь?
Холли прикусила губу. Ей хотелось успокоить родителей. Они так много дали ей и Полу, и она мечтала отплатить им такой же любовью.