Навсегда
Шрифт:
– Пустяки, – поспешно сказала Иоланда, предупредив попытку его преподобия Солтерса вставить слово. – Мы с мистером Грэхемом не сможем уснуть, если позволим вам пойти одной.
Его преподобию ничего не оставалось как безропотно подчиниться Иоланде, которая потащила его обратно в сумрак церкви, в то время как мистер Грэхем любезно предложил Ханне руку.
– В действительности в этом нет необходимости, – попыталась она еще раз убедить его.
– О нет, моя дорогая, уверяю вас, я должен это сделать. Ради всеобщего спокойствия я провожу вас.
И с этими словами они
В тускло освещенном коридоре она чуть не столкнулась с Амандой Армен.
– Вам понравились песнопения, дорогая? – Ханна удивилась, как такой безобидный вопрос так неприятно прозвучал в устах этой женщины.
– Да, очень, – ответила Ханна и направилась вверх по лестнице, слегка опираясь рукой о холодные, недавно отполированные перила.
На верхней площадке ее ждал Джекоб Армен.
– Миссис Барнс?
Хотя его слова означали не более, чем вежливое приветствие, Ханна остановилась на полпути:
– Мистер Армен?
Запах, исходивший от перил, начинал раздражать ее. Было очевидно, что Армен хочет о чем-то спросить ее, но не решается. Впрочем, колебание его было минутным.
– Не хотели бы вы поговорить об оплате? – обратился он к Ханне.
– Я… я полагала, что мистер Уэллз обо всем договорился с вами. – Во взгляде Ханны сквозила тревога.
– На самом деле, моя дорогая, он не сделал этого, – извиняющимся тоном проговорил мистер Армен. Затем, смущенно потеребив свои усы, он сказал. – Ну, я думаю, мы можем обсудить это позже. А сейчас вам надо отдохнуть.
Что-то заставило Ханну обернуться, и она увидела внизу у лестницы ухмылявшееся лицо Аманды Армен. Ханну бросило в жар. Охваченная недоверием, она опять посмотрела на мистера Армена.
– Я не могу воспользоваться вашей добротой. Я сейчас же покину пансион.
– Не торопитесь, миссис Барнс. Разве то, что вы предполагали получить от мистера Уэллза, продиктовано исключительно соображениями доброты? – Джекоб Армен явно намекал на что-то грязное. – А может быть, это было платой за некоторые услуги, которые вы ему оказывали?
Когда смысл его речей дошел до сознания Ханны, ее ослепили слезы, никто еще не обращался с ней так жестоко с того момента, когда в ее жизнь вторглись те трое солдат.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду, – слабым голосом произнесла она.
На лице Джекоба Армена появилась та же ухмылка, что и у его жены.
– Может быть, вы желали бы, – начал он, пытаясь подобрать нужное слово, – обеспечивать подобными услугами одного или двух наших постояльцев?
Подобное «соглашение» существовало между Джекобом и предыдущей жилицей. Это было очень выгодно со всех сторон, пока глупая девушка не решила выскочить замуж за одного из мужчин.
Ханна стояла в оцепенении, не веря в то, что он действительно предложил ей это.
– Нет, – почти прошептала она, затем, собравшись с духом, она повторила уже более уверенным тоном: – Нет.
Она поднялась наверх в надежде,
– Я сейчас заберу свои вещи и уйду. Я постараюсь как можно скорее заплатить вам за ту ночь, что я провела здесь.
– И куда же вы пойдете, моя дорогая? В конце концов, вы вернетесь к тому, от чего сейчас отказываетесь. Подумайте, что лучше для вас: принять милость и жить на те средства, которые вы можете получить, устраивая свою жизнь самой?
Джекоб был раздражен. Он полагал, что легко сможет договориться с этой женщиной. Провела же она несколько дней и ночей с мужчиной, не являвшимся ее мужем. И к тому же Джеб Уэллз не производил впечатления человека, который привык к воздержанию. Почему же она так упрямится? Ведь подобное соглашение устроит всех?
Он подумал, что эта Барнс рассчитывает на какие-то уступки с его стороны. Ну уж нет. Пора с этим заканчивать.
– Я сделал вам подобное предложение, думая, что для вас так будет лучше, миссис Барнс. Я полагал, что вы примете его. Не хотите же вы умереть голодной смертью прямо у дверей моего пансиона?
Ханна смело встретила его взгляд:
– Господь Бог не допустит этого, – спокойно ответила она, стараясь не думать о том, что ее доверие к Джебу пошатнулось. Но, в конце концов, он вовсе не был обязан платить за нее.
– А-а, – протянул Армен, – так вы думаете, что священник станет заботиться о вас, да? Так знайте, как только я кое-что расскажу ему о вас, с вас сразу слетит ореол благочестивой женщины! – говорил он, победно скрестив на груди руки.
– Разрешите мне пройти, – Ханне раньше и в голову не могло прийти, что она способна испытывать такие чувства, какие обуревали ее сейчас. Лишь убийцы Кэйлеба пробудили в ней такую ненависть. Сейчас она не боялась того, кто стоял перед ней, он не страшил ее. Он внушал ей лишь отвращение.
К удивлению Ханны, наверное не выдержав презрительного взгляда, Джекоб Армен посторонился, пропуская ее.
В считанные минуты Ханна собрала то немногое, что у нее было, и уложила в дорожную сумку. Когда она вышла в коридор, ни там, ни на лестнице никого не было. Она устремилась к выходу и, не встретив никого из супругов, благополучно выбралась из пансиона.
Задрав голову, Ханна посмотрела на звездное небо и вдруг впервые осознала, что осталась теперь совершенно одна. И она совершенно не представляла, что ей теперь делать.
Ни свет ни заря Дэниель Гастингс был опять на своем посту – напротив дома Дженни. Он поднес жестяную кружку ко рту и, обжигаясь, отпил немного.
Фонарь светил прямо в окно верхнего этажа. Одна ли там Дженни? Дэниель пожалел, что пришел сюда. К чему нужно мучить себя? Когда он хотел уже повернуться и уйти, он заметил, что к крыльцу метнулась тень. Прищурившись, он разглядел, что это был мужчина.
Когда незнакомец стал осторожно подниматься на крыльцо, Дэниель заторопился через дорогу. Он был уже у ступенек, когда этот некто уже лез в оставленное открытым окно первого этажа. Очевидно, его не закрыли, чтобы хорошенько проветрить помещение ресторана после очередного дня.