Не плачь, девчонка
Шрифт:
Она осмотрела всех нас с неподражаемым видом, вскинув густую бровь, и сказала:
— Вольно, господа и дамы! Я не экзамен принимать приехала. Леди Анжелика Дарси, я полагаю? Сердечно рада познакомиться и увидеть вас вживую. Не окажете ли мне честь пояснить пару моментов из вашей последней статьи в Альманахе «Нумерология Сегодня»? Да? Чудно! Лаки, чемоданы отнесёшь, куда скажут эти джентльмены.
Надо сказать, апартаменты для высокой гостьи мы подбирали с утра все вместе. Сметвик осмотрел нашу комнату и ещё две похожих, и забраковал
Пока все занимались гостьей, я махнула рукой Тоби, который понятливо мне покивал, и пошла поговорить с Элен. Она уже проснулась и выглядела спокойной и даже почти весёлой.
— Хотя бы высыпаться теперь буду, — зевнула она. — Как там брат с мамой — не сильно ругались?
— Решили тебя не учить больше, — улыбнулась я.
— О, Мерлин! Обиделись, да?
— Нет, просто нашли другого учителя, она уже приехала.
— Да уж, времени не теряют, — проворчала мисс Дарси, ожесточённо расчёсывая волосы. — Надеюсь, это не какой-нибудь извращенец?
— Ну что ты говоришь. Её зовут Гризельда Марчбэнкс, если это тебе что-то говорит.
— Врёшь! — ахнула Элен, замерев. — И она согласилась? Боже, Эль! Я читала про неё книгу на немецком. Ну не то чтобы книгу. У брата нашла.
— То есть ты рада?
— Не знаю, я ей не понравлюсь!
— Ну и с чего ты взяла? Ты же всем нравишься! — Я забралась на широкий подоконник и взяла яблоко из вазы с фруктами. — А у меня к тебе ещё разговор. Неприятный. Я могу только тебе рассказать, но ты должна дать непреложный обет.
— Насчёт него, да? — спокойно спросила Элен. — А он мне тут снился пару раз.
— В кошмарах?
— Ну почему сразу в кошмарах! В эротических снах. И хватит ржать!
Я постаралась стать серьёзной:
— Мы о Тёмном Лорде говорим?
— О нём, родимом. Ублюдок спрашивал моё имя.
— А ты?
— Не пугайся, не сказала. А во второй раз послала его, ну ты знаешь… Меня даже как отпустило после этого, а он больше не снился.
Элен принесла обет, и я рассказала о ритуале. Пифия с утра мне прислала короткую записку с Данко. «Расскажи ей сегодня, я не смогу!». Нетрудно было догадаться, о ком речь.
— Охренеть, — высказалась Элен, когда я закончила. — Всю жизнь о таком муже мечтала! А твой брат мне вчера предложение сделал, прикинь!
Мне и так нелегко было, а тут совсем стало тошно.
— А ты?
— А что я? Отказала, Эль, ты уж прости. Он хороший, и всё такое. Только мягкий слишком. И нечестно было бы.
— Я думала, он тебе нравится.
— Да нравится, конечно, — нахмурилась она. — Только я тут встретила одного, ты только никому не рассказывай. Пришёл в больницу нашу, а я как раз вышла на пост карту больного заполнить, медсестра куда-то свинтила, и больше в холле никого не было. Я его сразу узнала — это он на поляне был, такой, разговорчивый самый, чернявый и смуглый.
— Долохов, что ли? — выдохнула я.
— Назвал
— И что дальше было?
— Стал спрашивать, как ему, мол, Элен Брани найти. А это моё магловское имя. Я сказала, что если ему нужна Элен, то я вот тоже Элен, а конкретно мисс Брани ушла домой после ночного дежурства. «Допустим, — сказал этот тип, — хорошая защита разума, детка!» И прикинь, начал флиртовать, да расспрашивать, не соглашусь ли с ним пообедать. То есть сразу понял, что я ведьма. Но не узнал. На мне просто чёрный парик ещё был — говорила девкам, что покрасилась, они даже поверили. Боялась же, что найдут, вот и носила на работе.
— Молодец!
— Ага, меня потряхивает, а я слушаю его — такой голос! Наплёл, что у него бабушка из русских князей. И много ещё чего.
— А ты?
— А что я? — буркнула Элен, закрыв лицо руками, и глухо призналась: — влюбилась, блин! В такую же сволочь, как тот, хозяин его. Ненавижу обоих!
Я не знала, как реагировать, и тем более не знала, насколько Элен влюбчивая. Может, у неё каждую неделю новый объект воздыханий.
— Ты же это не серьёзно? — робко поинтересовалась я. — Может, от стресса показалось?
— Куда уж серьёзней. Эль, я до этого никогда не влюблялась. Вот так, чтобы сердце болело от невозможности увидеть. Чтобы при воспоминании о взгляде коленки подгибались. А он… цветок мне подарил, — она отняла руки от лица и потянулась за потрёпанным томиком, лежащим на столе. Открыла посередине и показала мне засохшую ромашку. — Потом сказал, что утром придёт и домой проводит после дежурства и аппарировал. А я отпросилась у девчонок пораньше на три часа и сразу сюда, к маме. Раз имя узнали, могли и квартиру обнаружить.
— Когда это было?
— Да позавчера.
— И ты после этого на работу собиралась? — поразилась я.
— Дура, да? Хотела хоть глазком увидеть. Вдруг бы опять пришёл.
— Точно дура, — вздохнула я. — Хотя не мне осуждать.
— Знаешь, Эль, такое чувство? Когда смотришь в глаза и тонешь в них. И наплевать на всё.
— Тебе замуж всё равно нельзя, пока жив Тёмный Лорд. И вдруг он теперь по цветку этому найдёт тебя?
— Не найдёт. Я брата попросила его проверить первым делом. Хотя и сама догадывалась, что это просто цветок.
— А Джеф не заинтересовался, откуда он?
— Не. Наверняка подумал, что от Джея Ли. Даже не спросил. Слушай, не говори никому, и так брат психует, — Элен осторожно закрыла томик и убрала его на полку. — Переживу. И ты права, замуж нельзя, на работу нельзя и с квартиркой тоже придётся распрощаться, и вообще он мерзавец и приспешник Тёмного Лорда. Пошли завтракать, а? И не бойся, я теперь сама боюсь, и с придурком этим встречаться не собираюсь.
Я очень надеялась, что Элен Дарси говорит правду, но уверенности не было. И что мне делать было? Сказать Джефу про Долохова — предательство по отношению к Элен. А не сказать?