Не плачь, девчонка
Шрифт:
– Мордред? – рассеянно спросила она, дотрагиваясь до навершия посоха кончиками пальцев.
– Да нет же. Посох.
– А! Да я видела его изображение в одном старинном пергаменте. Мне показалось – точь-в-точь. Но конечно, с тех пор могли столько копий наделать. Говорили, что у друидов такой посох мог скрыть целое поселение. Не знаю уж каким образом. Их же преследовали все кому не лень – и маги, и маглы. Потому и извели уже давно. Хотя некоторые верят, что друиды существуют до сих пор. Но, по-моему – это сказки.
Посох странно мерцал синими камушками
А мы отправились на двор.
Тоби в рубахе с закатанными рукавами и потёртых джинсах выглядел очень соблазнительно.
Уж не знаю, почему я так остро на него реагировала – не иначе последствия купальской ночи с их «свободной любовью». Муж пару раз ловил мой взгляд и выпадал из реальности, застывая. А у меня внутри сердце переворачивалось. Даже шашлыков не хотелось.
Поппи с удовольствием крутила Северуса на карусели, тайком помогая себе магией. А я – ничего не делала. Просто сидела за столиком, подперев голову кулаком и за всеми наблюдала.
А потом спохватилась, что завянет ведь мой цветок.
– Эль, ты куда? – окликнул муж, – всё уже готово почти.
– На минутку, – улыбнулась я. – сейчас вернусь.
Я отчётливо помнила, что мне рассказывала Поппи про папоротник и Мерлина.
Цветок следовало положить под подушку, чтобы что-то приснилось, а корни измельчить, вскипятить в питьевой воде и оставить охлаждаться. А потом выпить, видимо. Вот так и собралась сделать. Цветок уж себе положу. А отвар дам выпить Севу.
Использовала на всякий случай «очищенную» воду. Данко по моей просьбе её много закупил в Черняковке. Так что у меня в лаборатории стояло аж семь баков по пятьдесят литров. Как раз поместились под полками с ингредиентами.
Отделила цветок вместе со стеблем от корней – он ничуть не завял от моих манипуляций с уменьшением – положила рядом, сетуя, что про стебель ничего не говорилось. Корни мелко изрубила, пока вода в котле закипала. Всыпала в кипящую воду, и даже отпрыгнула от взвившегося вверх белого дыма. Но сразу бросилась обратно и погасила огонь.
Теперь остужать. Подумала, что пока все на улице, могу поставить в холодильник. А потом сразу дам Северусу выпить вместо лимонада.
Прихватив цветок, бегом поднялась наверх. Метнулась в кухню, перелила из флакона горячую жидкость в высокий стакан и пристроила в уголок на самой верхней полке, за кувшинами с лимонадом. Тоби такой молодец, много заготовил. Два больших стеклянных кувшина и ещё трёхлитровую банку. Один уже почти опустел.
Закрыв дверцу, побежала в спальню, положила цветок под подушку, но накрыть не успела – бордовые листочки опали со стебля. Занервничала, может, я что-то не так делала, но всё же аккуратно накрыла их подушкой. Подумав, стебель решила сохранить – и быстро положила на подоконник, услышав снизу голос мужа:
– Эль! Ты где?
Пришлось спешно бежать вниз, где меня и стиснули мгновенно в объятиях, прижимая к стене.
Поцелуй так опьянил, что я не сразу сообразила, что толкует мне Тоби.
Он усмехнулся
– Эй, в танке! Шашлык готов. Ты идёшь? Я, конечно, всё понимаю, но у нас всё-таки гостья.
– Дурачок! – буркнула я, оттолкнув его руку, и поспешила на улицу.
– Я сейчас, – крикнул вслед мне Тоби.
Шашлык удался. Поппи выглядела довольной и умиротворённой. Даже вроде свыклась со своей новой одеждой. Тоби травил байки про свою учёбу в колледже, и был на редкость красноречив и мил. Он с удовольствием отвечал на вопросы Поппи, следил за Севом, периодически отряхивая ему коленки и вытирая мокрыми салфетками мордашку.
Медиковедьма строила мне непонятные рожицы и делала большие глаза. Не знаю уж, на что намекала.
Лимонад пошёл на ура. Поппи похвалила, удивляясь, что из лимона и сахара можно сделать такой приятный напиток.
Когда шашлыки были съедены, подруга засобиралась уходить. Я пошла её проводить до калитки.
– Думаешь, Сметвик уже дома? – с сомнением спросила я. – Пяти часов ещё нет.
– Я подожду. И вообще, не хочу вам мешать. Я, кажется, поняла, что ты нашла в своём магле. Тут не только о магии забудешь, себя не вспомнишь. У него что, испанцы были в роду?
– Не знаю, – растерялась я. – Ну пиши, как прошло.
– Тогда и ты напиши, а то моя сова не долетает по твоему адресу. С твоим вороном и отправлю.
– Мне-то что? Это у тебя свидание.
– Ну, милая, я конечно, не очень в этом смыслю. Но по виду твоего супруга, тебе будет, о чем вспоминать утром. Так что присылай свою вредную птицу.
Оглядевшись, Поппи достала из кармана жёлудь и я даже разглядела буквы на нём: «М.Г.С.»
Ну, понятно, Морганиус Гиппократ Сметвик.
Пожелав друг другу удачи, мы распрощались, и Поппи исчезла.
Муж встретил меня за домом, вопросительно подняв бровь. В его руках спал наш малыш. Укатали Сивку крутые горки.
– Потом всё уберём, – тихо сказала я. – Отнеси его в дом. Да и мне отдохнуть хотелось бы.
Отдохнуть не вышло. Едва уложив Сева, Тоби тут же озаботился, чтобы раздеть и уложить меня. Заботы его на этом не закончились, и мы очень утомились, доказывая разными способами, что между нами по-прежнему любовь и всё хорошо.
Потом мне даже вспоминать было неловко, что под конец очередных доказательств просто отрубилась, не дождавшись финала. Надеюсь, муж был не слишком огорчен. Я его не застала в постели, проснувшись.
Судя по закатным лучам солнца и крикам Сева, доносившимся в открытое окно, был уже вечер, но не так чтобы совсем поздно. Проверила цветок под подушкой – та была измята и скомкана, а я вообще спала на половине Тоби.
Два измятых лепестка сильно огорчили. Куда делись остальные два – не поняла, хотя перетрясла всю постель, и осмотрела пол, ползая на коленках.
Решив, что вода от корешков давно остыла, побежала дать её Севу, пока и с ней не случилось чего-то загадочного.
На кухне застала Тобиаса. Стоя у холодильника он жадно пил воду из стакана.