Не все карты можно прочесть...
Шрифт:
– Что ты будешь делать со своим долгом?- спросил Набур.
– Найду наших суэмских Знающих и спрошу у них совета. Они знают, что с таким делать.
Значит, снова дорога. А Лиса так надеялась, что они хоть пару дней смогут отдохнуть в теплоте и уюте. И так не хотелось покидать обжитую хижину. Не хотелось ночевать под открытым небом, не хотелось мерзнуть в седле и дрожать от опасностей, бояться преследователей. Убегать, убегать и убегать...
Куда им теперь? В Суэму? В Свободные Побережья?
Лучше в Суэму, раздобыть денег, освободиться от страшного долга.
А с картой что будет? Ее ведь тоже Галиен хотел раздобыть...
Лиса не стала задавать вопросы. Напряжение и тревога повисли в теплом воздухе хижины, и запахи дров, древесной смолы и мясной похлебки поблекли перед запахами опасности и смерти.
Галиен торопил всех. Говорил, что сейчас тут слишком неспокойно и слишком опасно и что этой ночью они проспали то преимущество по времени, что у них было.
– Если бы знали - отправились бы засветло и были бы уже далеко отсюда, - говорил он, укладывая в рюкзак остатки провизии.
– Может, зря так торопимся?
– сомневался Набур.
– Не зря. Я чувствую, что опасность слишком близко. Я ведь суэмец, а суэмцы умеют предчувствовать.
И Лиса, складывая тонкий плед, вдруг поняла, почему видела утром ворону. Конечно, ворона - знак беды. Если бы она не была такой сонной и уверенной в собственной безопасности - то поняла бы, что ворона всегда являлась ей перед надвигающейся бедой.
Рванув плащ с лежанки, Лиса сказала:
– Давайте быстрее. Времени у нас слишком мало...
Глава 32
Решено было вернуться в Суэму. Да и что еще было делать? Коротко и быстро Галь объяснил, что нужны деньги, хорошее снаряжение и помощь суэмских Знающих.
– Джейк знает, что делать в такой ситуации, он на самом деле - тот самый избранный, что помог закрыть Проклятую Дверь. Один из четверых. Так что он и не в таких переделках бывал.
Лиса не спорила. Главное сейчас - это остаться живыми, всем троим. Потому что если Галь, Лиса и Набур погибнут от рук Игмагеновых рыцарей, то братьям уже никто не поможет. Это понятно.
Потому Лиса не копалась. Рюкзак с жалкими остатками провизии приторочил к своему седлу Галь. Котелок и чайник упаковал Набур. И совсем скоро маленький отряд снова двинулся в путь.
Галиену было тяжело, он не успел оправиться от побоев, потому выглядел неважно. Его золотисто-коричневый цвет лица теперь больше походил на желтый, глаза покраснели и на скуле темнел приличный синяк. К тому же та куртка, что достал для него Набур, не очень-то и грела. Лисе пришлось настоять на том, чтобы Галь принял от нее хотя бы безрукавку.
– У меня есть плащ и в нем вполне тепло. И не возражай, иначе я просто оставлю безрукавку тут, в этой хижине, - твердо пообещала она.
У Галя не было сил спорить, потому он принял помощь молча, сунул руки в проймы безрукавки - и Лисе пришлось помочь ему, потому двигался он медленно, сжав зубы и стараясь лишний раз не тревожить
Все трое почти спустились с горы вниз - остался небольшой отрезок дороги, засыпанный снегом. Именно в этот момент из-за поворота показался отряд рыцарей. Сытые огромные кони мотали головами и фыркали, преодолевая снеговые завалы. В морозном воздухе бряцанье оружия и скрип снега вдруг показались Лисе слишком громкими. Что-то крикнул передний рыцарь, на верхушке шлема которого развивалась узкая белая лента, знак Ордена. Тут же появился сам Игмаген - выехал из-за холма, поднял руку в железной перчатке и зычно крикнул:
– Не вздумайте удирать! Вас все равно догонят!
Лиса уже разворачивала лошадь. Нечего их слушать, надо скрыться как можно быстрее!
Но животное вдруг заартачилось, встало на дыбы, замотало головой, и Лиса от неожиданности вылетела из седла. Снег смягчил падение, но чьи-то руки грубо схватили за капюшон плаща, дернули назад. Обутые в сапоги ноги сильно ударили в бок, в спину, под голени, от чего Лиса, так и не успев толком подняться, снова рухнула в снег.
– Прекратите ее избивать! Игмаген, иначе я не прочитаю ни строчки в твоей карте!
– крикнул Галь, вытягивая меч.
Он спрыгнул на землю и закрыл собой Лису, выставив сияющий клинок.
Лиса обмякла, наклонила голову вниз и сделала вид, что вот-вот потеряет сознание от страха. Рука одного из рыцарей, державших ее за капюшон, ослабла, и в этот момент Лиса, вытянув нож из высокого ботинка, ударила им ближайшего воина. Удар пришелся в бедро, воину ругнулся, свалился вниз и замахнулся мечом. Но Лиса, тут же воспользовавшись свободой, откатилась в сторону и с силой ударила по ногам второго воина. Третьего обезглавил Галь, после рубанул того самого упавшего, которому досталось от Лисы. Набур направил своего коня на тройку кинувшихся навстречу всадников, но и его подвела клятая скотина. Ни с того ни с сего мерин упал на колени и жалобно заржал, будто увидел что-то страшное и ужасное. И от этого дикого ржания Лису пробрала дрожь.
– Ты их видишь, Лиса?
– вдруг спросил Галиен.
– Кого?
– Лиса поднялась на ноги и, выставив колено вперед, приготовилась дать отпор, крепко сжимая в руке рукоять ножа.
– Невидимых духов. Я их отлично вижу, и лошади их чуют. Животные нас не увезут отсюда, их не пропустят Невидимые. Те самые духи, которым я теперь должен, - Галь развернулся, отбил удар одного из рыцарей, покачнулся, хватаясь за бок. Снова поднял клинок, и звон скрещенных мечей заставил Лису вздрогнуть.
– Все правильно, библиотекарь. Ты и твоя девчонка нам должны!
– закивал головой Игмаген, услышав разговор.
Набур упал на колени, пытаясь отбиться от троих рыцарей. Но битва оказалась слишком неравной. Потрясенная Лиса увидела, как брызнула кровь, и сраженный Набур распластался на слишком быстро краснеющем снегу.
Галь, повернувшись, рубанул мечом, отражая удар, но он оказался один против четверых. Где-то сбоку ругались те двое, которым досталось от Лисиного ножа.
Лиса кинулась наперерез Игмагеновскому жеребцу и закричала: