Не все карты можно прочесть...
Шрифт:
– Это же ты первый продал моих братьев! Ты обещал, ты сказал, что отплатишь мне за работу! И ты наврал, не сдержал свое слово!
– Да кто ты такая, грязная девчонка, чтобы указывать мне, что делать, а что нет?
– грубо усмехнулся Игмаген, и махнул рукой. В Лису тут же вцепилось несколько рук - воинов у Праведного отца хватало. Рука в железной перчатке с силой ударила в бок - и мир перевернулся. От резкой боли перехватило дыхание и на миг потемнело в глазах.
Кто ударил еще раз ногой в спину, послышался резкий
– Если не оставишь ее в покое, я не прочту не строчки из твоей карты!
– зазвенел резкий голос Галиена.
– Вот с этого надо начинать, суэмец. Не вы диктуете правила, вы только подчиняетесь нашим. Ты прочитаешь мне карту, прямо сейчас. Прямо тут. Я не стану рисковать и отвозить тебя и девчонку в город. Кто знает, сколько у вас еще друзей среди тюремщиков? Мы разберемся тут и расстанемся, библиотекарь. Вот так мы сделаем. И это будет правильно. Ты согласен? Я не слышу. Говори!
Один из рыцарей снова с силой пнул Лису.
– Карта с тобой?
– сухо спросил Галь.
Лиса попробовала подняться, но не смогла - бок буквально жгло огнем.
– Карта со мной. Я слышу, что ты заговорил как мужчина, о деле, мой дорогой суэмец. Карта со мной. Я желаю, чтобы ты прочел ее прямо сейчас, здесь.
Игмаген щелкнул пальцами, и ему тут же помогли спешиться. Он кряхтел от усилий, и его кожаные сапоги скрипели уютным громким скрипом. Издевательским сытым скрипом. Зашуршали кожаные завязки седельной сумки - и вот, в белых здоровенных ладонях Игмагена оказались тонкие коричневые пластины.
– Вот она, карта мудрых. Так она должна выглядеть, библиотекарь? Скажи мне, это карта мудрых?
Игмаген пристально всматривался в напряженное лицо Галиена и улыбался. Победно, радостно, добродушно. И Лиса чувствовала, как разгорается внутри у нее злость. Белая ярость. Бешенный гнев. Так бы и расцарапала эту сытую наглую морду. Плюнула бы в эти заплывшие жиром глазки, вспорола живот ножом, выпустила кишки...
Лиса скрипнула зубами и тихо прокляла и мать Игмагена и всех его предков.
– Спокойно, Лиса, - усмехнулся Праведный Отец, - ты еще успеешь показать свою испорченную натуру. Сейчас важный момент. Момент истины для всех нас. Что скажешь, библиотекарь?
– Это карта мудрых. Карта наших предков. Я могу ее прочитать. Я ее прочту.
– Читай. Или мы отрежем башку твоей девчонке. Вот уж не думал, что Лиса настолько блестяще исполнит задание, жаль будет терять такую девчонку...
– Мне надо... надо рассмотреть. Здесь не все просто, это шифр. Здесь зашифрованное послание и сама карта...
Галь медленно приблизился, двое воинов держали мечи около его горла.
– Оружие, библиотекарь. Брось в снег свой меч, - добродушно велел Игмаген.
Лиса крикнула, было, чтобы не верил этой лисице, но тут же получила такую затрещину, что на мгновение
– Лиса, молчи, я умоляю, - не глядя на проговорил Галь, - тут написано, что последние знания мудрых укрыты в Храме Стихий. Чтобы найти дорогу к Храму надо в правый верхний угол карты вылить белых чернил. Белая дорога растечется и покажет путь к Храму. Храм находится под землей, всегда находился под землей. Верхний правый угол той самой пластины, на которой вырезаны три знака, похожих на солнце, воду и ветер. Знак трех стихий. Верхний угол этой пластины - начало пути.
– Белые чернила?
– нахмурился Игмаген.
– А если я вылью обычные, черные? Что изменится?
– Ничего. Без разницы. Чернила потекут по вырезанным бороздкам и укажут путь. Ты будешь видеть. Чернила, краска - что угодно. Это все. Я все прочел.
– Нет, библиотекарь. Ты так просто меня не подведешь. Посмотри мне в глаза и поклянись своим Создателем, что ты прочел мне все. Что ты не скрыл от меня опасности, поджидающие меня в этой дороге.
– Как я могу увидеть и предсказать опасности, когда я не вижу дороги? Вылей чернила, и я смогу сказать еще.
– Поклянись Создателем, что ты прочел всю карту, - голос Праведного Отца стал жестким и громким.
– Клянусь. Клянусь Создателем. Я прочел все, что было написано на пластинах. Перед тем, как будешь выливать чернила, соедини их. Этого не написано, но это видно. Обе пластины соединяются замочком, вставляются края. Один край подходит к другому. Тогда карта будет единым целым. Больше ничего не написано. Храм Стихий - это место, где мудрые скрыли свои последние знания. Так и написано - Последние Знания. Больше ничего. И три знака Храма Стихий - солнце, ветер и вода.
– Это все?
– Все. Дальше я не могу ничего увидеть. Тут не вся карта. Должно быть продолжение. Видишь еще замочки? Тут должно быть четыре квадрата. Четыре квадрата, Праведный Отец. Не все карты можно прочесть так просто... Отпусти девочку.
– Еще пластины? Должны быть еще пластины? И больше ты ничего не можешь прочесть?
Галь молча качнул головой.
Игмаген улыбнулся, точно здоровый кот, нажравшийся хозяйской сметаны, резко махнул ладонью, и один из воинов сделал выпад, пронзив Галиена мечом.
Лисин крик утонул в ржании рыцарских лошадей.
Галь упал в снег лицом вперед.
Кто-то сверху стукнул Лису по затылку.
Игмаген взгромоздился на лошадь.
Заскрипел снег под копытами.
– Убей и меня, Праведный Отец! Не оставляй меня в живых, иначе ты пожалеешь!
– крикнула Лиса, превозмогая боль.
– Обойдешься. Живи, девочка. Ты честно заработала право остаться в живых, - не оборачиваясь, кинул Игмаген.
Раздался смех. Рыцари Ордена веселились остроумной шутке Праведного Отца. Отряд удалялся, таял в белом облаке снежной пыли.