Небеса подождут

Леонард Элмор Джон

– Зато он пытался убить тебя, да?

– В меня стрелял мистер Псих. Идиот, он не ведал, что творил. Но в следующий раз, когда мне понадобится уехать...

– Погоди...

– Я хочу сказать: в следующий раз, когда нам придется пожить отдельно... Мне опять угрожает то же самое. Один тип хочет меня пристрелить.

– Знаю... Джек.

– На сей раз я буду на ореховой ферме.

– Ну и?..

– Я не хочу, чтобы ты была со мной.

Лули сохраняла спокойствие.

– Почему?

– Не хочу, чтобы тебя случайно застрелили

из-за меня.

– Почему? Потому что мы – напарники? Кем ты себя вообразил? – Голос Лули звенел; она забыла о том, что решила быть хладнокровной. – Идиот, да мы ведь все равно что женаты! Когда мы не вместе, я скучаю по тебе, потому что я тебя люблю! Милый, я люблю даже смотреть на тебя, когда ты этого не замечаешь. Если нам придется все время жить раздельно, я с тем же успехом смогу уйти в монастырь. Я даже приму католичество, и мой отчим, мистер Хагенлокер, позаботится о том, чтобы сжечь меня на костре. Карл, мне нужно быть с тобой. Вот и все!

Карл снова возразил: он не хочет, чтобы ее застрелили. Вот почему нужно, чтобы она оставалась дома. Потом сказал:

– Я люблю тебя всем сердцем. И не хочу подавать ему ни малейшего повода убить тебя... как он убил Нэнси Полис.

– Так вот в чем дело! – воскликнула Лули. – Тогда я еду с тобой.

Карл снова и снова убеждал ее остаться, но его доводы на нее не действовали. Как будто в кино, где герой просит девушку не ехать с ним. Только его девушка – не нежный цветочек. Она застрелила Джо Янга, когда у нее не осталось другого выхода.

– Ладно, – сдался он, – если хочешь...

– Ты знал, что я поеду, – обрадовалась Лули. – Давай уговоримся. Если ты возьмешь Джека на ореховой ферме, мы с тобой поженимся в этом году.

– Вот какая у тебя ставка?

– У нас. Ты ведь хочешь этого?

– Да, но?..

– Но ты боишься, что, если мы поженимся, ты не сможешь отдавать всего себя работе и навсегда останешься простым маршалом. Если ты возьмешь Джека, ты докажешь, что сумеешь заниматься своим делом, не беспокоясь обо мне.

– А если он меня уложит? – на всякий случай спросил Карл.

Лули ответила не сразу.

– Раньше ты никогда об этом не думал, верно?

– Или сбежит. Он всегда сбегает.

– Что, если ты дашь мне пушку и я возьму Джека? – предложила Лули. – Я бы не возражала – он как ядовитая змея.

– Нет, в таком случае пусть лучше Вирджил его уложит, – улыбнулся Карл, – из своего нового "крэга".

Они перешучивались. Но ни один из них даже в шутку не предположил, что Джека может застрелить Наркисса.

22

Карл и Лули прибыли на закате в "шевроле", машине, заменившей простреленный "понтиак". Карл не вошел в дом; они с отцом сразу расположились на веранде и принялись рассуждать о погоде. Вирджил сообщил: последние двадцать пять дней стоит жуткая жара, дальше некуда. Таким был весь июль, и вот тебе пожалуйста –

август.

– В Окмалджи на бульварах засыхают деревья. Я еще не подсчитывал убытки, но погибло не меньше пары дюжин ореховых деревьев. Нефтяники с низинных скважин высасывали воду из ручья; пастбище начало выгорать, и я распорядился перекрыть скважины.

– На нефти не проживешь, – заметил Карл.

– Что верно, то верно.

– Ты давным-давно внушил мне это. В ту ночь, когда Диллинджер пошел в кино, в Чикаго было сто два градуса [1] .

– С теми двумя женщинами, – кивнул Вирджил.

– Первая, по прозвищу Леди в Красном, – содержательница борделя по имени Анна Сейдж, а вторая – Полли Гамильтон, его подружка с тех пор, как Билли Фрешетт дали два года. Говорят, Диллинджер не разрешал ей пить, потому что она индианка.

1

По Фаренгейту.

– Никогда не слыхал, что она индианка. Значит, вот кто там с ним был – две женщины.

– В жару все ходят в кино. Как написано в рекламе, в кинозале зрителей обдувает "прохладный очищенный кондиционированный воздух".

– У нас текст на плакатах другой: "Воздух, охлажденный для вашего удобства", и нарисован белый медведь на глыбе льда.

На веранду вышла Наркисса.

– Вот вам, двум белым медведям. – Дождавшись, пока Вирджил отодвинет стопку газет, она поставила на стол поднос с миской льда, бутылкой виски и двумя стаканами.

– Знаешь, какое кино смотрел Диллинджер перед смертью? – спросил Карл.

– Если там действительно был Диллинджер, – возразил Вирджил.

– Неужели ты сомневаешься? – устало спросил Карл. – Да, кое-кто считает, что в кино был не Диллинджер. Он сделал пластическую операцию, вот и все, что мне известно. Пока пишут, что взяли действительно Джона Диллинджера.

– Не буду с тобой спорить. – Вирджил разлил виски по стаканам. – Фильм с пятницы идет в "Орфее". Я надеялся, что ты его увидишь до того, как он пройдет.

– Всю прошлую неделю я сидел дома, – сообщил Карл, – и ждал, что Белмонт позвонит и обвинит меня в нечестной игре, потому что к моей квартире приставили охрану. Он знал мой телефон, но, должно быть, потерял. По-моему, ему уже на все наплевать. Сегодня днем он звонил на службу, спрашивал меня, ему сообщили, что я еду сюда, и продиктовали твой номер. Обычно они так не поступают, но хотят, чтобы с делом поскорее было покончено.

– Хочешь сказать, в нашей округе полным-полно маршалов?

– Я попросил Боба Макмахона держаться в стороне, если он хочет поскорее изловить Джека. Он сказал: как только я позвоню и сообщу ему, что Джек в твоих владениях, – он расставит посты на дорогах, чтобы Джек не смог удрать.