Недотепа
Шрифт:
Трикс серьезно кивнул. Свою стражу, тюрьму и палачей имели все более или менее крупные гильдии. В Дилоне, к примеру, самой страшной считали стражу гильдии кондитеров. Говорили, что в подземельях гильдии томится немало шпионов, выпытывавших секрет нелипкого мармелада или кедровых орешков с шоколадной начинкой. В Столице же самыми влиятельными были гильдии, связанные с развлечениями – гильдия портных, гильдия парикмахеров, гильдия певцов и танцоров, гильдия артистов и гильдия циркачей. Наверное, гильдия алхимиков, отвечающих и за фейерверки, и за изготовление ярких красок, и за производство
– Правильно, – сказал Трикс. – Что ж, пойдем?
– Пойдем, ага! – радостно воскликнул Халанбери.
Трикс и Тиана удивленно посмотрели на него.
– Что? – Халанбери застыл на месте. – Вы хотите сказать, что меня не берете?
– Ага, – сказала Тиана.
– Не издевайся! – Халанбери приготовился заплакать. – Вы не можете так поступить!
– Можем, – сказал Трикс. – Это слишком опасно – раз. И тебя не удастся выдать за ученика алхимиков, таких маленьких они в подмастерья не берут – два.
На лицо Халанбери легла тень недетской серьезности.
– Я понял, – сказал он. – Я все понял… Вы никогда не принимали меня всерьез. Я был всего лишь забавным спутником главных героев, маленьким мальчиком со смешной привычкой говорить к месту и не к месту «ага». Но сейчас я начал мешать вам в ваших приключениях – и вы просто оставляете меня в стороне. Еще удивительно, как вы не отдали меня в ученики к артистам или в оруженосцы к Паклусу! Я чувствовал, чувствовал, ага, что в тот миг моя судьба висит на волоске!
Трикс и Тиана смущенно переглянулись.
– Халанбери, – ласково сказала она, обнимая малыша. – Ты единственный родной мне человек, ты мой младший братишка, и наплевать, что сводный! Ты мне помог убежать из дворца и сражался с витамантами! Но сейчас, честное слово, нам никак не удается взять тебя с собой! Понимаешь… – она вздохнула и развела руками, – …есть сила, которая выше нас. Есть логика происходящего! И вот в эту логику ну никак не получается добавить еще и тебя! Это будет натянуто, шито белыми нитками и вызывать всеобщий смех!
– Понимаю… – печально сказал Халанбери, опуская глаза.
– Так что тебе придется остаться в трактире. Мы тебе скажем, что ты должен беречь… э… какую-нибудь вещь. Мы ее тебе оставим. Ну, к примеру, остатки вот этого мешка… И ты будешь послушным мальчиком и будешь дожидаться нас, хорошо?
– А уложится в логику происходящего, если я выжду минуточку, потом выйду из трактира и тайком последую за вами? – спросил Халанбери.
– Уложится, – кивнула Тиана. – Но во дворец ты все равно проникнуть не сможешь. И будешь как дурачок стоять на дожде в ожидании нас…
– Вообще-то это будет очень трогательно, – сказал Трикс. – Малыш стоит под проливным ливнем перед громадой королевского дворца, ждет свою сестру и старшего друга. А их все нет и нет, смеркается, люди расходятся, и лишь маленькая жалостная фигурка…
– Ну уж нет, – сказал Тиана. – У него ботинки каши просят! Он простудится и умрет! Не надо нам такой логики… – Она покачала головой и сурово закончила: – Знаешь, мы тебя запрем. А из окна
На этом спор и был закончен. Халанбери, понурившись, сел у окна и даже не стал прощаться с сестрой и Триксом.
Осталась с ним и Аннет. Взять фею с собой не было никакой возможности – волшебное существо обнаружили бы, едва оно попало во дворец…
– Ничего, – сказала Тиана, когда они спускались по лестнице. – Пообижается, потом простит.
– А если нас казнят, – добавил Трикс, – то хоть он уцелеет.
– Кстати да! – воскликнула Тиана. – А об этом я даже как-то и не подумала!
До площади Трикс и Тиана добрались загодя. Надо сказать, что никакого дождя не было, да и вчерашний снежок весь растаял. Было зябко, над городом нависли низкие серые тучи, но погода казалась скорее весенней.
– Если у нас все будет хорошо, – сказал Трикс, – то надо будет приехать в Столицу весной. Говорят, тут очень красиво.
Но Тиана явно была не настроена поддерживать разговор. Наверное, она наконец-то поняла, какое тяжелое испытание им предстоит. Некоторое время они слонялись у ворот, потом купили у лоточника по стакану горячего вина с пряностями, потом посмотрели картинки у торговца гравюрами (как назло, сегодня на глаза попадались все больше мрачные сюжеты: «Казнь заговорщиков», «Маркель заточает в темницу барона-предателя», «Вид на Центральную тюрьму дождливым вечером»). Наконец, когда часы пробили без четверти одиннадцать, на площади появилась делегация гильдии алхимиков.
Как и положено по протоколу, алхимики шли пешком, с непокрытыми головами, временами воздевая руки к небу и славословя короля. Впереди три самых старших алхимика несли символы профессии – мешок с гремучей смесью (на нем было крупно написано «Имитация. Не взрывается»), ракету на палочке и колбу с пурпурной краской. Мальчишки-подмастерья (у некоторых не хватало пальцев на руках, у других один глаз закрывала повязка) разбрасывали вокруг процессии петарды.
Но еще лучше петард о появлении алхимиков оповещал запах – едкий, противный запах химикатов, с которыми они работали в своих мастерских. В этом плане с алхимиками могли поспорить только золотари, гильдия которых имела уникальное право встречаться с королем не в тронном зале, а перед дворцом, на свежем воздухе.
Тиана, схватив Трикса за руку, потащила его навстречу алхимикам. Старик с мешком гремучей смеси исподлобья глянул на Тиану, потом на Трикса и кивнул на идущего за ним алхимика помоложе. Тот пихнул в бок алхимика совсем молодого, но совершенно лысого и с удивительными цветными пятнами на голове – синими, красными, зелеными. Разноцветный алхимик поманил к себе Тиану и Трикса, после чего указал на место у себя за спиной – где шли другие подмастерья, чуть старше ребят.
Тиана встала сразу за разноцветным алхимиком, Трикс справа от нее. На головы им тут же надели шапочки с эмблемой гильдии – перекрещенными кистью и ракетой. В руку Триксу кто-то всунул банку с серебристым порошком. Тиане вручили палку с закрепленной на ней трещоткой и велели ее крутить. Какая связь между трещоткой и алхимиками, Трикс так и не понял.