Недотрога

Бунькова Екатерина

После обеда в гареме воцарилось веселое оживление: сегодня в южном саду проводился ежегодный вечер поцелуев. Мероприятие было не обязательным, но мои мальчики считали своим долгом разбавить романтически настроенные женские стайки и сделать процесс еще более притягательным. Новеньких быстро посвятили в суть дела, и вечером в гареме было пусто.

Я тоже собиралась пойти на праздник, но лишь за тем, чтобы составить компанию Марише. Когда солнечный свет стал не таким жарким, мы уселись на ее балконе, с которого был великолепный вид на садовый лабиринт. У нас было хорошее вино и отличное настроение: как раз, чтобы вдоволь повеселиться, наблюдая за людьми внизу.

Суть

игры была простой: как только входишь в лабиринт, на теле появляется магическая метка в виде маленького сердечка. Ты бродишь по лабиринту, пока не встретишь кого-нибудь. Встреченный тобой человек должен поцеловать тебя в эту метку, а ты, соответственно, должен поцеловать его. В лабиринт можно зайти кому угодно — горничным, гостям, придворным — но только один раз. Игра закончится ровно в тот момент, как ты, не встретив нового партнера, покинешь лабиринт. И все бы ничего, только никогда не знаешь, кого встретишь и куда придется целовать. Вообще-то, заклинание было настроено довольно безобидно, и обычно расставляло метки на видимых частях тела: на лице, руках, реже — ногах. Еще реже метка оказывалась на плечах, животе или спине, и потому все-таки стоило надевать на праздник что-нибудь с разрезами или с возможностью приподнять, закатать, снять и так далее. Но случались и забавные казусы. Как-то пару лет назад, например, сердечко появилось на левой ягодице старой графини — а ей на тот момент стукнуло семьдесят пять — и посол Мальвы, пожелавший принять участие в игре, долго бегал от нее по залам дворца. Правда, ему все-таки пришлось сдаться, так как в случае, если стихийно сложившаяся пара отказывалась от поцелуя и расходилась, метка начинала гореть и жгла хозяина тем сильнее, чем дальше он отходил от партнера или чем дольше оттягивал момент.

Мы с Маришей потягивали вино и смеялись, наблюдая за забавными сценками. Мы были единственными наблюдателями, так как на балкон больше никого не пускали, а живая изгородь была слишком высокой, чтобы люди со стороны могли что-либо разглядеть. Мы хихикали, наблюдая, как конюх целует дворецкого в нос или как две сестры-близняшки пытаются отыскать метки на телах друг друга примерно тем же способом, каким ловят блох.

— Как твои успехи на любовном фронте? — вдруг спросила Мариша.

— Никак, — помрачнела я, недовольная переводом разговора на эту тему. Настроение сразу испортилось.

— Да? А выглядишь так, словно вчера что-то было.

— Эмм. Это не считается. Я просто проверяла свою теорию. И мне не понравился результат.

— Вроде бы не врешь, но твое тело говорит о другом, — чуть пьяно улыбнулась Мариша, покачивая бокалом. — Сегодня ночью кто-то отлично провел время.

— Ну, может быть. Мне снился… приятный сон, — смутилась я.

— Да? — Мариша тут же оживилась и подалась вперед. — Расскажи!

— Нет, что ты, — я отшатнулась. — Я никогда о таких вещах не рассказываю.

— Жадина, — надула губки Мариша, посмотрела на лабиринт, а потом вдруг хлопнула в ладоши и предложила: — А давай сходим вниз, а? Тряхнем стариной, подруга! Когда ты еще так повеселишься.

— Мариш, ну я уже давно не подросток, — попыталась отвертеться я.

— Ты хоть одного подростка там видишь?

— Да. Твою дочь — Теврел. И твою младшую дочь, Лисинду, кстати, тоже там видела. Правда, она чмокнула в щеку одного из моих подопечных и, счастливая, убежала из лабиринта.

— Вот маленькая негодяйка, — рассмеялась Мариша. — Ну пойдем. Подумаешь, пару раз кого-нибудь чмокнешь. Приятно

и ни к чему не обязывает. Пойдем!

Мариша потянула меня за запястье, и я нехотя поплелась за ней: все равно ведь не отстанет. А если буду сопротивляться, может и приказать. Не люблю, когда Мариша пытается сделать мне приятно. У нее всегда получается с точностью до наоборот.

В лабиринт мы вошли вместе, не сообразив, что моментально стали парочкой. Мариша посмотрела на меня и рассмеялась:

— У тебя сердечко на верхней губе, — осведомила она меня.

— А у тебя на нижней.

— Да мы идеальная пара, — снова рассмеялась Мариша, притянула меня к себе и приникла прохладными влажными губами со вкусом вина. Меня такие вещи совершенно не заводили. Поцеловать Маришу было примерно тем же самым, что и чмокнуть свою руку, например. Приятно и нисколько не смущает.

— У-у, недотрога, — погрозила мне пальчиком Мариша. — И когда ты уже растаешь, а? Ладно. Я направо, ты налево.

И она вприпрыжку скрылась за поворотом. Человеку тридцать пять лет, а она скачет как савраска. Мне б такую прыть, хоть я ее и младше. Я побрела в другую сторону. Почти сразу мне встретился первый претендент, и, оглядев его, я ощутила, как мое чувство прекрасного подперло могучими плечами тяжеленную планку настроения и рывком приподняло ее до нормы и даже чуть выше. Моим партнером оказался эльфийский посол. Он галантно поклонился мне и чуть расстегнул воротник, позволяя осмотреть себя в поисках метки. У меня аж слюнки потекли при виде этого эротичного зрелища. Не мужчина, а божество во плоти. Маленькое розовое сердечко отыскалось за правым ухом, и я с удовольствием чмокнула его туда, не упустив возможности обнять очаровашку: когда еще представится такой случай. Мужчина улыбнулся, взял меня за подбородок и поцеловал у основания шеи. На мгновение я ощутила неземной аромат и прикосновение его волос. Стайка волнующих мурашек пробежала по спине и ягодицам. А потом мы разошлись. Какая большая жаль. Я бы не отказалась повторить.

Вторым партнером оказалась одна из горничных. Мы улыбнулись друг другу, так как давно работали вместе. Я поцеловала ее в уголок глаза, она меня — в запястье. Я свернула налево. И…

Лабиринт предложил мне выход. Как? Игра уже закончилась? Но я только-только начала входить во вкус. Хочу еще одного эльфа! Где мои приключения, господин Лабиринт? Я оглянулась в поисках поворота, и он тут же отыскался. Говорят, это нехорошо, и если лабиринт предлагает тебе выход, лучше им воспользоваться. Но с другой стороны, если есть и другой путь, то считается, что лабиринт дает тебе право выбора. И я, естественно, выбрала продолжение игры.

Зря. Лабиринт злорадно увел меня куда-то в темные дебри. Очень долго я бродила по нему, не встречая вообще никого. Желание найти себе приключение сменилось желанием выбраться, наконец, и покушать: где-то там, за пределами лабиринта стояли длинные столы, заваленные всякими вкусностями, а я тут спортивной ходьбой занимаюсь. Несколько раз я пыталась пролезть сквозь изгородь, чтобы выйти к людям, но она была слишком густой, и я рисковала намертво в ней застрять, зацепившись платьем, что было бы уже совсем печально. Я представила себя зависшей в широком, цепком кусте: голова уже на этой стороне, а попа еще торчит на той. Воображение на этом не остановилось и пририсовало мелкого и лысого старичка с большим пивным животом и волосатыми пальцами. Старичок довольно шарил похотливыми ручонками по моей беззащитной попе и никак не мог пристроиться, чтобы начать уже прелюбодеяние, потому что я застряла слишком высоко для его роста. Брр. Фантазия, ты наказана. Нечего меня так пугать, я уже поняла, что лезть через кусты чревато последствиями.