Недотрога

Грей Амелия

– Вовсе нет, милорд. И хотела бы заявить вам, что я ничуть не против того, чтобы вы поцеловали меня. Я даже настаиваю, чтобы вы это сделали.

Ее решимость восхитила Дэниела.

– Хорошо, так и быть, я удовлетворю вашу просьбу! – с улыбкой ответил он.

Дэниел обнял девушку за талию и прижал ее к себе. И только сейчас до него дошло, что она в своем легоньком платье, должно быть, совершенно продрогла.

– Да вы вся дрожите! – воскликнул Дэниел.

– Да, мне и в самом деле зябко. Однако, если бы я только знала, что ваши руки

такие теплые, давно бы попросила вас обнять меня!

Ей не следовало бы произносить подобных слов, а ему не следовало прижимать ее к себе. Дэниел понял, что уже не желает выпускать Изабеллу из своих объятий. Она прильнула к нему так смело и так доверчиво! Он чувствовал, как прижимается к нему ее гибкое стройное тело. Тонкая ткань бального платья не скрывала восхитительных округлостей. Реакция его тела на столь нежное и пылкое прикосновение оказалась мгновенной.

– Почему же вы раньше не сказали мне, что замерзли? Я бы непременно накинул вам на плечи свой сюртук.

Она бросила на него высокомерный взгляд и лишь потом, после театральной паузы, ответила:

– Хорошо воспитанный джентльмен сам должен чувствовать, когда ему следует предложить даме свой сюртук.

– В вашем обществе я забываю об учтивости. И мне не следовало говорить, что у меня по отношению к вам нет никаких романтических намерений, в то время как в душе я чувствую совсем иное.

– Я догадываюсь об этом.

Дэниел наклонил голову и осторожно прикоснулся губами к ее губам. Они были холодными и бесчувственными. Изабелла не шевельнулась и не сделала даже малейшей попытки ответить на его поцелуй. Дэниел откинул голову и пытливо посмотрел на девушку.

– Вас когда-нибудь целовали раньше? – поинтересовался он.

– Ну разумеется, меня целовали! – с возмущением проговорила она.

Дэниел так и предполагал. Она была слишком свободолюбивой и раскованной особой, не признающей никаких правил, иначе бы она никогда не заявила с такой откровенностью, что не имеет ничего против, если он поцелует ее. Хорошо – точнее, в строгости – воспитанные девушки так никогда не поступали. Однако тот, кто целовал ее прежде, был полнейшим идиотом. Он даже не соизволил научить ее, как правильно это делать и как ей следует отвечать на поцелуй мужчины. У Дэниела от этой мимолетной ласки возникло крайне неприятное ощущение, будто он прикоснулся губами к холодной скользкой рыбе.

– И как давно, позвольте поинтересоваться, вас целовали?

Изабелла невинно рассмеялась:

– Да сегодня утром, разумеется!

Дэниел никак не ожидал такого ответа. Ну и ну! Неужели она раскованна настолько, что встречается с каким-то мужчиной, который к тому же целует ее по утрам?

– В самом деле? – изумленно протянул он, не скрывая своего потрясения.

– Нуда, – без капли смущения ответила Изабелла. – Тетушка Пифани целует меня каждое утро в щеку.

Дэниел улыбнулся. У него точно камень с души свалился!

– А мужчина вас когда-нибудь целовал?

– Конечно, отец всегда целовал меня

в лоб утром и перед сном, когда я была маленькой.

Ее наивность была просто очаровательна!

– А так, как поцеловал вас я – в губы, – вас кто-нибудь когда-нибудь целовал?

– Пожалуй, что нет...

Дэниел ощутил, как в груди его разливается тепло, и ему захотелось рассмеяться над своими глупыми страхами.

– Не желаете, чтобы я научил вас правильно целоваться? – предложил ей он.

Глаза Изабеллы широко распахнулись, а потом она, смутившись, потупила взор.

– Я сделала это неправильно?

– Ну, не то чтобы неправильно. Просто от поцелуя можно получить немалое удовольствие.

– Тогда, может быть, вы покажете мне, как это следует делать правильно? Просто чтобы знать.

– Ну разумеется, – великодушно согласился Дэниел.

Ему было приятно первым пробуждать чувственность в этой девушке. Он попытался припомнить, когда последний раз обучал кого-то столь приятной науке, однако это оказалось не так-то легко – слишком давно это было.

– Закиньте руки мне на плечи, вот так. А теперь обнимите меня за шею. – Дэниел серьезно и терпеливо помог ей встать так, чтобы он мог крепче прижать ее к себе. До чего же она была восхитительно мягкой и податливой! Держать эту девушку в объятиях было настолько приятно, что Дэниел почувствовал, как дрожь желания сотрясает его тело.

Он снова наклонился и прижался к ее губам, на этот раз целуя ее более страстно. Он ласкал ее губы, показывая, как ей следует отвечать ему. Дэниел обхватил ее лицо ладонями, демонстрируя, как ей надо двигаться и что именно делать. Она покорно принимала его наставления, стараясь усвоить урок. Она немного расслабилась. И теперь ее губы стали мягкими, теплыми и удивительно податливыми.

Напряжение в его теле стало невыносимым, когда Дэниел почувствовал наконец необычайно пылкий отклик своей ученицы. Всего один поцелуй, и жаркая кровь быстрее побежала по жилам, заставляя его уже сгорать от желания к ней. Тело требовало большего, чем просто поцелуй.

Дэниел чуть приподнял голову, позволяя Изабелле успокоиться и почувствовать наслаждение от поцелуя. Он не хотел напугать ее своей страстью, но, как ни странно, испуганной она не казалась. Ее дыхание, как и у него, было частым и прерывистым. Глаза Изабеллы были широко распахнуты от нескрываемого изумления.

– Ну и что вы теперь скажете? Каким показался вам ваш первый настоящий поцелуй? – шепотом спросил он.

Она не сводила с него восхищенного взгляда, ее длинные густые ресницы чуть трепетали.

– Это было довольно приятно, но продолжалось не слишком долго.

Дэниел мягко рассмеялся, а его желание обладать ею стало еще сильнее.

– Поцелуй может продолжаться столь долго, сколько вы того захотите.

– Тогда, возможно, мне следует попробовать испытать более длительный поцелуй, чтобы я могла проверить свои ощущения и понять, так ли это приятно, как мне представлялось.