Недотрога
Шрифт:
– Вы любите меня, Дэниел?
Она увидела, как он судорожно сглотнул, прежде чем ответить ей.
– Нет, но я желаю обладать вами.
Она помолчала, размышляя над его словами, и лишь спустя некоторое время произнесла:
– Да, вероятно, так можно назвать те странные чувства, которые я испытываю к вам. Можно ли сделать что-нибудь такое, что помогло бы нам прогнать их?
Он вздохнул и многозначительно произнес:
– Если и есть такой способ, я пока что не готов им воспользоваться.
– Тогда, может, стоит попытаться как-то контролировать
– Лучший способ – держаться подальше друг от друга. – Дэниел отступил еще на шаг назад.
– Но мы не можем это сделать, Дэниел.
– Нет. – Он бросил на нее пристальный взгляд. – Совершенно не уверен, что сможем. Благодарю вас, что согласились встретиться со мной сегодня, Изабелла. Я попрошу вашу служанку проводить меня к выходу.
Дэниел развернулся и вышел из библиотеки.
Глава 12
Дэниел отправился в дом на Мейфэр, принадлежавший их семье, и на протяжении всей дороги думал лишь об одной-единственной девушке. О восхитительной и волнующе привлекательной Изабелле Уинслоу!
Он протянул пальто, шляпу и перчатки дворецкому и попросил сообщить Гретхен о его приезде и о том, что он хотел бы увидеться с ней в саду. Ему необходимо было еще раз серьезно поговорить с сестрой, причем так, чтобы ни одна живая душа не смогла их подслушать.
Быстрым, уверенным шагом Дэниел прошел через дом к двери, которая вела в сад. Он вышел и закрыл за собой дверь. Возможно, прохладный воздух прояснит его мысли и поможет избавиться от навязчивого желания быть неотступно с Изабеллой и постоянно думать о ней одной.
Дэниел с тоской оглядел голые ветви деревьев. Когда же наконец придет весна? Природа никак не желала просыпаться. День сегодня был прохладный, а в воздухе пахло сыростью. Сквозь затянутое плотными серыми облаками небо не пробивался ни один солнечный лучик. Сегодня было на редкость мрачно, но такая погода очень подходила к невеселому настроению Дэниела.
Дэниел понимал, что должен сосредоточиться на Гретхен и на том, в какую передрягу она по своей глупости оказалась втянута, вот только мысли об Изабелле никак не оставляли его. Он желал ее так сильно, что это просто сводило его с ума. К тому же эта странная леди совершенно отказывалась играть в обычную для девиц ее возраста и положения игру по отлову женихов. После того, что было между ними, она вполне могла потребовать, чтобы он женился на ней. Однако она ничего подобного не сделала.
Совсем не так он планировал свою жизнь по возвращении в Лондон. Вместо того чтобы искать мужа для Гретхен и супругу для себя и заводить полезные знакомства с членами парламента, как и следовало бы новоиспеченному графу, он думал лишь о прелестной интриганке и занимался поисками таинственного убийцы.
Дэниел полагал, что ему не составит труда найти достойную молодую девушку, чтобы сделать ее своей женой, еще до окончания нынешнего великосветского сезона. Но лишь одна Изабелла занимала все его мысли и вызывала у него неподдельный интерес к своей персоне. Рядом с ней все другие молодые девушки
Дэниел улыбнулся. Ну надо же! Она предполагала, будто он станет рыться в бумагах покойного Трокмортена. Что за дерзкая девица! Она прочитала чересчур много авантюрных романов. Хотя определенный резон в том, что она предлагала, несомненно, имелся, вот только Дэниел ни за что не признался бы ей в этом.
Всего каких-нибудь пару лет назад он сделал бы это, не моргнув глазом, но смерть брата наложила на него определенные обязательства, ведь титул графа теперь перешел к нему. Теперь он не имел права навлекать на себя неприятности и ввязываться в какие бы то ни было дела сомнительного свойства.
– Ты посылал за мной? – раздался мелодичный голосок Гретхен.
Дэниел поднял голову и увидел спускающуюся по ступенькам в сад сестру. Ее плечи были укутаны серой, тонкой шерсти, шалью.
– Да, посылал. Подойди, присядь рядом со мной.
Дэниел решил пристальнее приглядеться к сестре. Ростом она была немного выше, чем большинство девушек ее возраста, не слишком худая, не чересчур крепкая. Любой нормальный мужчина счел бы ее «такой, как надо». Ее чудесная улыбка открывала ровные белые зубки, а губы ее были полными и сочными.
Очки, что она носила, не скрывали ее красивых больших карих глаз. Нежная кожа щек была окрашена легким румянцем. Теперь, хорошенько разглядев ее, Дэниел понял, почему многие мужчины находили ее довольно привлекательной.
Когда он покидал Лондон, Гретхен была совсем другой. Она была так застенчива, что постоянно разглядывала пол, вместо того чтобы смотреть на собеседника. А что уж до разговоров, так она и вовсе предпочитала молчать. Он полагал, ее смущение вызвано тем, что она вынуждена носить очки. Сейчас же Дэниел видел, что очки нисколько не скрывают ее красоты, и уже опасался того, что от ее застенчивости не осталось и следа. Уж не мисс ли Уинслоу так славно потрудилась над перевоспитанием своей подопечной?
– Ты заехал убедиться, что я не отправилась к Изабелле в ее литературный салон? – спросила Гретхен, присаживаясь на скамейку рядом с братом.
Дэниел подвинулся и устроился поудобнее, закинув руку на спинку скамейки.
– Нет, я здесь не за этим. Есть очень важное дело, которое нам с тобой необходимо обсудить. Только на этот раз ты должна рассказать мне все без утайки.
– Снова эти серьезные разговоры! Как же я устала от них!
– На этот раз разговор будет действительно очень серьезный.
Гретхен тяжело вздохнула и, переменив позу, села, сложив руки на коленях.
– Ну ладно, – усталым голосом произнесла она. – Давай, начинай читать мне нотации.
– Мне нужно знать все – абсолютно все – о том, что произошло между тобой и Босуэллом Трокмортеном, – сказал Дэниел, сразу переходя к делу.
– Но, Дэниел! Об этом ты уже и так все знаешь. Мы все обсудили, сделали соответствующие выводы. Зачем снова возвращаться к этому?
– Затем, что на этот раз Босуэлл Трокмортен действительно умер, Гретхен.