Недотрога
Шрифт:
– Нет. Я пытался, но бедолагу убили прежде, чем я успел с ним все обсудить. Судя по всему, ему не повезло и он связался не с теми людьми.
– Поговаривают, он был заядлым игроком, причем не гнушался играть с кем попало, отнюдь не только с людьми своего круга. И ему нередко случалось бывать в самых злачных местах.
Дэниел слушал друга с пристальным вниманием.
– Да, я слышал про это. Есть предположения, кто его так недолюбливал?
– Недолюбливали его, как я понимаю, многие, но чтобы так с ним обойтись... А были ли у него враги – мне об этом
– Ну не знаю... Ты сам говорил, что он имел дело с самыми разными людьми. Может, он кому-то задолжал крупную сумму, проигравшись в карты, и не смог вовремя отдать долг?
– Или кто-то задолжал изрядную сумму ему и не пожелал возвращать деньги, – в свою очередь, предположил Чилтон.
– Тоже верно.
– По крайней мере одно можно утверждать с уверенностью: больше из-за Трокмортена никому переживать не придется, – сказал Чилтон. – Он, если так можно выразиться, сыграл свою последнюю партию.
– Уж что есть, то есть, – согласился Дэниел. Дэниелу было ясно, что Чилтон не собирается ничего говорить ему о своем визите, который он нанес Трокмортену. Дэниел всячески подталкивал друга к откровенному разговору, однако тот по непонятной причине упорно хранил молчание на сей счет. Дэниел мог бы спросить друга напрямик, каким образом его визитная карточка попала в дом к Трокмортену, но решил, что лучше пока действовать осторожно. Он ни на минуту не допускал, что Чилтон мог оказаться причастен к совершенному убийству, но он вполне мог что-то знать о связи Трокмортена с Гретхен.
Дэниел счел за лучшее подождать, по крайней мере до тех пор, пока он сам не посетит дом Босуэлла Трокмортена во второй раз – причем сегодня же днем. И уж тогда, если возникнет в том настоятельная необходимость, он снова – и гораздо более пристрастно – расспросит обо всем Чилтона.
Три часа спустя Дэниел стоял на пороге дома Босуэлла Трокмортена, держа под руку вновь изменившую свой облик Изабеллу. Он постучал в парадную дверь, к которой уже были прикреплены черные траурные ленты. Дэниел повернулся к Изабелле, и та ободряюще улыбнулась ему. Вполне невинная улыбка вызвала тем не менее у Дэниела желание обнять девушку покрепче.
Дэниел просунул палец за накрахмаленный до немыслимой твердости белоснежный воротничок, почувствовав, что ему внезапно перестало хватать воздуха. Ох уж эта мода! Кто бы знал, что за мука носить все эти жесткие воротники и туго затягивать под челюстью метры материи!
А может, дело совсем не в жестком воротничке и не в жарком солнце, а всему виной девушка, которая стоит рядом с ним? Дэниел предпочел не углубляться мыслями в эту слишком уж щекотливую тему.
День сегодня выдался и в самом деле на редкость теплый. Однако Изабелла в своем маскарадном костюме, в этих немыслимых складках плаща, огромном парике и шляпе, казалась совершенно спокойной и даже не подавала виду, что задыхается, хотя ей тоже наверняка было немыслимо жарко. Интересно, догадывается ли она, какую власть имеет над ним? Дэниел
– Должно быть, я сошел с ума. Поверить не могу в то, что согласился на ваш безумный план.
– Вы делаете это ради того, чтобы защитить свою сестру, – напомнила ему Изабелла.
– Именно об этом я и твержу себе без устали.
– Если мы не найдем никакой книги с записями о назначенных ему или им самим встречах, где бы упоминалось имя Гретхен, нам станет гораздо легче, мы сможем вздохнуть спокойно и забыть обо всем, как о страшном сне. Кроме того, – добавила Изабелла, – мы ведь не кражу намерены совершить. И любая информация уже никак не сможет навредить мистеру Трокмортену. Ему уже, поверьте, абсолютно все равно.
– Совершенно верно. Вы умеете уговаривать! Должен вам сказать, что только по этой причине я и согласился приехать сюда снова. Как только выясню, что Трокмортен не оставил ничего тем или иным образом угрожающего репутации моей сестры, я успокоюсь и забуду о нем навсегда.
Дверь распахнулась, и снова тот же дворецкий с постной миной возник на крыльце. Его глаза округлились от удивления, когда он увидел колоритную парочку, побывавшую здесь накануне.
– Лорд Коулбрук! – воскликнул он, переводя взгляд с Дэниела на Изабеллу и обратно. – Никак не предполагал увидеть вас вновь. Судя по всему, именно известие о кончине моего хозяина привело вас сюда снова?
– Да, совершенно верно. Я... мы с миссис Ванландингем очень сожалеем о безвременно ушедшем от нас мистере Трокмортене.
– Благодарю, милорд.
– Это все так печально. Вы не против, если мы зайдем? Дворецкий изобразил на лице крайнее изумление, однако вежливо ответил:
– Прошу в дом.
Они прошли в ту же гостиную, где уже были днем раньше.
– Не желаете ли присесть, милорд?
– Нет. Мы не хотели бы задерживаться. Я собирался предложить свою помощь – я знаю, когда случается такое несчастье, любая помощь оказывается кстати.
– Брат мистера Трокмортена, думаю, уже получил печальное известие и в скором времени приедет в Лондон. Возможно, вы нанесете ему визит, когда он будет здесь?
– Да, скорее всего мы так и сделаем.
– Ох! Ах! – Изабелла приложила ладонь ко лбу и закатила глаза.
– Миссис Ванландингем! Что с вами? – произнес Дэниел со всей озабоченностью, на какую только был способен.
– Мне что-то нехорошо, уж лучше бы мне прилечь. – И с этими словами Изабелла хлопнулась на пол прямо у ног Дэниела.
Дэниел не верил своим глазам. С такой силой удариться об пол! Да она же могла покалечить себя!
– Ах, Господи! – запричитал дворецкий.
– Миссис Ванландингем, вы не ушиблись? – не на шутку встревожился Дэниел.
Мужчины опустились на колени возле распростертой на полу Изабеллы. Та лежала, не открывая глаз, и в самом деле бледная как мел. Дыхание ее было крайне слабым. Дэниел посмотрел на дворецкого и встревоженно произнес:
– Кажется, она потеряла сознание. Вы не возражаете, если я перенесу ее на софу?