Недотрога
Шрифт:
– Я поручился за вас, капитан. Вы согласились взять у нее вознаграждение. Теперь вы обязаны доставить ее в целости до места назначения.
– Ну и доставлю, – серьезно ответил Тэннер – Но, между прочим, она мне не платила за то, чтобы развлекать ее в постели. Скорее янки запоют нашу песенку «Дикси», чем она завлечет меня своими прелестями. Ладно, хватит. Не забудь завтра доставить моего коня и пистолеты.
С этими словами Тэннер направился к двери.
– Вы там полегче, – крикнул вдогонку Бэрдсли и, глядя вслед Тэннеру, идущему по улице, и подумал, не сделал ли он ужасную глупость.
Шериф
– Вернулись, мисс Уэбстер? – спросил капитан Креймер, когда Эшли предстала перед ним через два с лишним часа – Учтите, я не изменю своего решения, вы не сможете поехать с нами, если только у вас не появились внезапно родители или муж.
И тут брови капитана Креймера удивлено поползли вверх, потому что из-за фургона вдруг появился и встал рядом с Эшли Тэннер, чисто выбритый, в голубой хлопчатобумажной рубашке под кожаным жилетом. Волосы были такие же длинные, но он стянул их на затылке кожаным ремешком. К огорчению Эшли, Тэннер не счел нужным сменить серые форменные брюки на какие-нибудь другие, которые бы выглядели, не столь вызывающе, но она ничего не сказал, так как он подошел к конюшне как раз вовремя.
– Познакомьтесь с моим мужем, капитан Креймер. Я теперь миссис Тэннер Мактэвиш. Таким образом, у вас больше нет причин для отказа взять меня в обоз.
Тэннер и Креймер обменялись рукопожатием.
– Значит, ваш муж? Довольно неожиданно, не правда ли?
– Это вас не касается, – резко ответила Эшли. – Вы же сказали, что я должна быть с мужем, он у меня есть. Каким по счету вы поставите наш фургон?
– Не так быстро, мисс… э-э… миссис Мактэвиш брачное свидетельство у вас есть? Я бы хотел взглянуть на него.
Эшли побледнела. Господи, ей даже и в голову не пришло, что Креймер может спросить брачное свидетельство.
– Разумеется, есть, – ответила она не думая. – Мы должны его забрать сегодня попозже в доме священника.
– Вот и хорошо. Покажите мне его завтра перед отъездом, и тогда вы с вашим… мужем сможете присоединиться к нашему обозу.
По его тону и словам можно было понять, что он ей не поверил. Чуть не плача, Эшли смотрела, как удалялся этот железный, непреклонный человек. Господи, что же ей теперь делать?
Тэннер вздохнул с облегчением. Судьба вмешалась и спасла его от роковой ошибки. Ведь он с самого начала чувствовал, что связываться с этой девицей не стоит. Без всякого сожаления он сунул руку в карман жилета.
– Теперь, выходит, я должен вернуть вам деньги, Янки? Я тут истратил кое-что, но правил игры я не нарушил.
– Вам что так сильно хочется в тюрьму, Мятежник?
Тэннер хмуро посмотрел на нее. Типичная янки – измывается над чужим несчастьем.
– Мне приходилось бывать в тюрьме и раньше.
– И видно, еще придется не в последний раз. Если не в Сен-Джо, так в другом городишке. – В ее голове вдруг зародилась смутная и совершенно невероятная идея. Она посмотрела ему прямо в глаза. – Послушайте, я готова предъявить капитану Креймеру наше брачное
Сначала Тэннер не мог взять в толк, о чем она говорит, но постепенно смысл ее слов дошел до него. Его глаза расширились, челюсть отвисла, и дыхание застряло в горле. Когда он отдышался, то смог лишь нечленораздельно фыркнуть.
– В чем дело, Мятежник? Неужели струсили?
– Вы точно ненормальная, даже с поправкой на то, что вы янки.
Эшли прикрыла веки, и стало заметно, как она измучена.
– У меня нет выбора. Это будет фиктивный брак. Как только мы доедем до места назначения, вы сможете подать прошение об аннулировании брака. Или я подам, если вам так удобнее.
– Да если я соглашусь на это дурацкое предложение, значит я такой же ненормальный как вы. Я ведь терпеть не могу янки. Мы с вами враги. И потом, стоит нам заговорить, от нас сразу искры летят, и в любой момент один из нас может накинуться на другого с кулаками.
Эшли и сама так думала, но, тем не менее, она решилась.
– Возможно, Мятежник, но если вы готовы рискнуть, то и я рискну.
Он молчал. Эшли пришла в отчаяние. Слишком поздно искать кого-либо еще, даже если бы она на это решилась. Она сомневалась, что наберется смелости, чтобы просить еще кого-то жениться на ней. Зло известное все же лучше, чем зло неизвестное.
Тэннер внимательно посмотрел на нее и на этот раз увидел даже больше, чем ему хотелось. Перед ним была женщина, чья девичья миловидность превратилась в особенную, тонкую красоту. Он распознал ее хрупкость и ранимость. В то же время он понимал, что она упряма и не сговорчива. А самое главное, она янки. Он инстинктивно почувствовал, что Эшли Уэбстер может быть опасна, но, в чем заключалась эта опасность, ему пока было неясно. Тэннер мрачно усмехнулся, вспомнив все, что ему сделали янки. Но и возвращаться в тюрьму ему не улыбалось. Наконец он принял решение, которое изменит всю его жизнь.
– Черт побери, Янки, идем, поженимся!
2
Эшли подумала, что золотое колечко, которое Тэннер надел ей на палец левой руки, чем-то напоминает петлю на шее. Она вообще удивилась, когда Тэннер настоял на том, чтобы купить кольцо, перед тем как идти к священнику. Эшли вежливо отказывалась, но проклятый мятежник был непреклонен. Видимо, его забавляло ее смущение, а после этого у него еще хватило нахальства попросить шерифа Бэрдсли быть свидетелем. Она поежилась, вспомнив изумленный вид шерифа, когда Тэннер пригласил его на венчание.
Местный священник быстро обвенчал их. Свидетелем был шериф Бэрдсли с лица, которого почему-то не сходила довольная улыбка. Когда настал момент для поцелуя новобрачных, на Тэннера что-то нашло. Он вдруг крепко обхватил Эшли за плечи и прильнул к ней грубоватым, но долгим и чувственным поцелуем. Эшли как в тумане поставила свою подпись под подписью Тэннера на брачном свидетельстве и спрятала документ в свой ридикюль.
– Разрази меня гром, Тэннер, ты заставляешь поверить в перст судьбы, – сказал Бэрдсли, изумленно качая головой. – Прими мои поздравления. Надеюсь, ваш союз окажется долгим и плодотворным. – И шериф громко расхохотался.