Недоверчивые сердца
Шрифт:
— Кто идет?! — раздалось с внутренней стороны частокола.
— Гаррик Уильям, граф Таррант и лорд Суинтон по праву моей жены, леди Агнессы, госпожи Суинтона. — Гаррик, возглавлявший колонну, приподнялся в стременах.
В дальнем конце узкого помоста на верху стены какой-то человек заглянул в щель между остриями бревен. Шлема на нем не было, жирные спутанные волосы давно не знали гребня. Он обернулся во двор и с глумливой усмешкой сказал:
— Сайрил, тут какой-то человек говорит, что он — лорд Суинтон. Полагаю, я не должен его впускать без распоряжения нашего лорда. Что скажешь?
Из-за
— У нас уже есть лорд Суинтон, и это не вы. — Стражник засмеялся и воскликнул: — Он, видите ли, женился на сестре Агнессе, ха! Думаете, мы настолько глупы? Нас не так-то легко провести!
Несса узнала говорившего, это был один из приспешников Гилфри. Она не сомневалась, что сопровождавшие ее два лорда легко и быстро объединенными силами возьмут ворота штурмом, но в кровопролитии не было необходимости.
— Альфред, боюсь, тебя и впрямь легко провести, если ты поверил, что сэр Гилфри — лорд моих земель. — Голос Нессы звенел чистым колокольчиком; она выехала вперед и поставила свою кобылу рядом с могучим боевым, конем графа.
Гаррик увидел безмятежную улыбку на лице жены. В этот момент он ею восхищался. Его небольшое войско столкнулось с враждебным приемом, и Несса выехала на передний край. Конечно, она сделала это из сострадания, чтобы предотвратить тот гнев, который он обрушит на мерзавцев, оказавших ему сопротивление. Но пока он медлил… Медлил и любовался женой.
Альфред же, судя по всему, испугался; через несколько мгновений он исчез из виду.
— Я… я прошу прощения, милорд, — пропыхтел он из-за стены и трясущимися руками отодвинул засов. Распахнув ворота, добавил: — Сейчас вокруг рыскает столько разбойников, что нам приходится проявлять осторожность. Ведь любой мог бы выдать себя за мужа леди Агнессы, то есть за вас.
Оправдание было слабовато, но Гаррик не стал отчитывать привратника. Конечно же, не найдется таких грабителей, которые могли бы завладеть его лошадьми и вооружением. Да и крепость казалась довольно надежной — Суинтон явно был выстроен не для защиты от разбойников.
Они въехали в ворота, и граф перенес внимание на деревянный двухэтажный дом посреди двора. Какой-то человек — несомненно, вышеупомянутый Сайрил — тут же скрылся за дверью. Через мгновение из этой же двери выбежали вооруженные люди. Среди них выделялся сэр Гилфри — с прямыми длинными волосами на мясистых плечах и с обнаженным мечом, грозно блиставшим в бледном свете уходящего дня.
Гаррик подал жене знак отступить под прикрытие отряда, но она пустила лошадь в галоп, чтобы не отставать от широкого шага его коня. Во взгляде графа уже горел ответ на вызов врага, и он, нахмурившись, покосился на Нессу. Но она лишь горделиво вскинула голову, и глаза ее сверкнули зеленым огнем; она чувствовала, что рядом с мужем ничего не боится.
Сделав глубокий вдох, Несса пристально посмотрела на сэра Гилфри. Кастелян же про себя усмехнулся. Что ж, эта жалкая монашка нашла-таки себе мужа и набралась храбрости. Когда он только появился в Суинтоне, его забавляла антипатия худенькой девчушки. Он тайком отпускал в ее адрес гадкие замечания, она в испуге шарахалась, и так он впервые почувствовал вкус к власти —
Изучая врага, Гаррик заметил злобный взгляд в сторону Нессы и положил руку ей на плечо.
— Сэр Гилфри, в результате брака я теперь лорд Суинтон — так же, как и граф Таррант. — Серебряные глаза встретились с глазками Гилфри и нанесли им сокрушительное поражение.
Неуклюже наклонив голову, Гилфри ответил:
— Поскольку под рукой у вас доказательство, а за спиной небольшая армия, мне остается лишь уступить.
— Я опытный воин и знаю, что вы будете сражаться за свои претензии, если дать вам такую возможность, так что я повелеваю вам и вашим людям отбыть немедленно. — Гаррик указал на группу людей, стоявших у двери с самым враждебным видом.
Сэр Гилфри фыркнул и пожал плечами, как будто требование графа не имело особого значения. Кастелян собирался уйти в дом, чтобы побыстрее собрать свои вещи, но при этом он уже думал о том, как бы отомстить двум лордам и монашке, выгнавшим его с насиженного места, которое он давно считал своим.
— Сэр Гилфри, — опять заговорил граф, — у меня имеются отчеты о мелких и крупных кражах, а также о мошенническом приобретении прав — с того дня, как вы стали кастеляном. Я также знаю о немилосердных налогах, которые вы собираете, при этом вы обвиняете в жадности короля, а налоги кладете себе в карман.
Несса задохнулась от гнева. Она и не знала, что здесь происходило, как дурно обращались с ее людьми! Ее люди… Как приятно звучат эти слова. Прежде она смиренно служила Богу, и ничего своего у нее не было, а теперь…
С напряженной улыбкой Гаррик смотрел на жену, явно пришедшую в ужас от обвинений, которые он выдвинул против ее кастеляна, сторонника королевы.
— Сэр Гилфри и его люди, — ровным голосом продолжал граф, — усиленно распространяют слухи, вызывающие недовольство правлением Генриха.
— А вы никогда не берете налогов в свою пользу? — с усмешкой осведомился кастелян.
— Не больше, чем мне полагается как господину и защитнику моих людей, — с невозмутимым видом ответил Гаррик. — Вы забирали себе и это, и многое сверх того. Так что я прошу вас и ваших людей уходить только с одним конем и одеждой, которую сможете унести на спине. То, что останется, я разделю среди тех, кого вы ограбили.
Сэр Гилфри был в ярости, однако ничего не мог поделать; резко развернувшись, он ринулся в дом, в комнату лорда, которую давно считал своей. Гаррик соскочил с коня и пошел за разъяренным рыцарем, жестом он приказал своим воинам обеспечить такой же эскорт каждому из отъезжающих.